Страница 92 из 612
Фэн Цяньцзюнь звучно выругался:
- Ублюдок! Сукин сын!
Сян Шу негромко произнес:
- Идемте. Не будем терять времени.
- Подожди, у меня есть идея, но я не знаю, сработает она или нет... - Чэнь Син видел, что Тоба Янь остановился не так далеко, на берегу реки, поэтому громко позвал его:
- Генерал Тоба! Мы выходим прямо сейчас! Не хочешь присоединиться к нам?
Тоба Янь оглянулся. И пошел к ним.
Чанъань. Дворцовый комплекс Вэйян
Фэн Цяньи поднялся в главный зал дворца Ханьгуан. Окутанный длинными сияющими языками темного пламени, он взошел по лестнице и уселся на императорский Трон Дракона.
Это один из императорских Тронов Дракона, находящийся в Запретном городе. Примерно такие были, скорее всего, и в вэйянских залах
Генерал, закованный в черные доспехи, привел с собой отряд призрачных воинов и теперь стоял у подножия трона. В зале царила мертвая тишина. Лишь Фэн Цяньи поглаживал меч Сэньло Ваньсян, покоящийся на его коленях, и едва слышно бормотал себе под нос:
- Теперь, теперь ты тоже сможешь отомстить... ...
Призрачный генерал медленно преклонил одно колено.
- Этот день... Я так долго ждал его, - негромко произнес Фэн Цяньи охрипшим голосом. Затем он поднял голову и оглядел пустое пространство зала. Возвысив голос, он продолжил:
- Мой господин! Благословите нас своим присутствием! Мы с почтением ожидаем Вашего прибытия!
Однако под темными мрачными небесами ничего не произошло.
- Смертные - всего лишь никчемный мусор, - губы Фэн Цяньи подрагивали от непроизвольного волнения, - одна лишь Ваша сила способна простираться на тысячи осеней и десятки тысяч веков--
Чэнь Син и три его спутника подошли к Западным Воротам Чанъаня. В городе уже не осталось живых мертвецов, всех их Фэн Цяньи отправил на атаку дворца Эпан.
Длинная улица была пустынной. Вскоре перед глазами путников предстал дворец Ханьгуан. Величественное строение было битком набито призрачными воинами - даже на первый взгляд их было очень много, порядка двадцати тысяч.
Сян Шу недолго подумал, а затем произнес:
- С этого момента действуем раздельно.
Эти четверо уже обсудили по дороге план, как каждый из них будет действовать, когда придет в город. Чэнь Син кивнул.
- Если захват невозможен, тогда просто убиваем их, - напомнил Сян Шу. - Нет необходимости оставлять их в живых, чтобы поболтать.
После этого Сян Шу еще раз выразительно посмотрел на Фэн Цяньцзюня, без всякого намека на вежливость. Мастер понял, о чем предупреждает его Сян Шу - ни к кому не проявлять ни капли жалости и мягкосердечия. Сдержав раздражение, Фэн Цяньцзюнь промолвил:
- Не волнуйся. Как только я найду меч Сэньло, то уже ни за что не выпущу его.
- Я сделаю все возможное, - сказал Чэнь Син. - Просто я боюсь, что он не даст мне даже возможности заговорить, а сразу нанесет удар.
- Если он увидит только тебя или только Фэн Цяньцзюня, то не станет наносить удар сразу же, - успокоил его Сян Шу. - К тому же, разве твоя удача не была к тебе добра все это время?
Чэнь Син улыбнулся:
- Да Шаньюй, ты такой умный.
- Начнем, - скомандовал Сян Шу.
Чэнь Син взял в руку зеркало Инь Ян. Темный туман вырвался из него и с громким хлопком втянул Сян Шу, Тоба Яня и Фэн Цянь Цзюня внутрь артефакта.
В зеркальном мире они оказались перед дворцом Вэйян. Повсюду были разбросаны осколки черепицы. Казалось, что по комплексу прокатилось большое сражение - следы военных действий были повсюду отчетливо видны.
- Это кто сделал? Я, что ли? - изумился Фэн Цяньцзюнь.
Сян Шу даже не потрудился ответить ему. Тоба Янь все еще пребывал в шоковом оцепенении после перемещения и лишь вздохнул:
- Это и есть зеркальный мир?
Сян Шу указал на бронзовое зеркало, размещенное на двери дворца Ханьгуан, и скомандовал спутникам спрятаться по бокам в засаде.
Чанъань в реальном мире. Дворцовый комплекс Вэйян
Чего же ждет Фэн Цяньи? Чэнь Сина невольно охватили сомнения. В конце концов, черный генерал не пошел во главе армии на захват дворца Эпан, значит, вероятнее всего, он где-то неподалеку, охраняет Фэн Цяньи. В авангарде войска, отправленного на разведку, были всего лишь низкоуровневые обычные живые трупы.
Сквозь Чэнь Сина пронесся порыв жуткого ветра. Неожиданно экзорцист ощутил - здесь опасно. Очень опасно. Это был первый раз, когда Чэнь Син и Сян Шу разделились за время их совместного путешествия. Теперь, когда они были разделены зеркалом, Сердечный Свет как будто потерял часть своей силы.
Чэнь Син глубоко вдохнул, собираясь с духом, закрыл глаза, открыл их и зашагал ко дворцу Ханьгуан.
Экзорцист увидел сотни призрачных воинов, стоявших на страже вокруг дворца. Когда он вышел на открытое место, все воины одновременно, как по команде, вытащили свои клинки.
- Зачем же так нервничать? - громким голосом произнес Чэнь Син. - Фэн Цяньи, у меня к тебе есть несколько вопросов!
После своих слов Чэнь Син вытянул руку. Несравненный ослепительный Сердечный Свет вырвался из его ладони и озарил огромное пространство вокруг, далеко за пределами дворца Ханьгуан. Призрачные воины, в отличие от низкоуровневых яо, не разбегались в страхе из-за этого чистого Света, но все же, встревожившись, немного отступили.
- Я даю тебе шанс, - холодно произнес изнутри Фэн Цяньи. - Чэнь Син, ты просто вершина человеческой глупости! Даже прямо сейчас ты все равно питаешь наивные иллюзии, что можешь бросить мне вызов со своей сердечной лампочкой, у которой даже маны нет!
Чэнь Син поднялся по ступеням и вошел во дворец. Призрачные воины с демонстративно обнаженными мечами со всех сторон плотно окружали юношу. Едва Фэн Цяньи отдаст приказ - они тут же покрошат Чэнь Сина на маленькие кусочки.
- Я тоже даю тебе сейчас шанс, - ответил Чэнь Син. - Фэн Цяньи, вернись, а? Оставь свою одержимость, еще не поздно остановить свою лошадь у обрыва.
Фэн Цяньи разразился пронзительным хохотом.
- Не поздно?! Ты хоть понимаешь, что это значит - остановить лошадь у обрыва, пока не стало с л и ш к о м п о з д н о"?
Наклонив голову, Фэн Цяньи взглянул на Чэнь Сина и произнес, отчетливо, с паузами выговаривая каждое слово:
- Хотя принцесса Цинхэ и была из рода Сяньби, в четырнадцать лет ее сделали бездомной нищенкой. Вся ее семья была вынуждена переехать в Чанъань. Вместе со своим младшим братом, которому не исполнилось и тринадцати, Цинхэ стала игрушкой Фу Цзяня. Их заперли во дворце, где они даже дневного света не видели и были вынуждены страдать от невыносимого унижения. Если бы они сказали хоть одно неверное слово или совершили проступок, весь их род тут же отправился бы на кладбище. Это называется одержимостью?
Когда твоя жена будет убита солдатами Великой Цинь, когда два твоих ребенка будут заколоты насмерть, когда по обеим твоим ногам проедутся боевой колесницей, сделав тебя калекой, на всю оставшуюся жизнь привязанному к креслу-каталке - вот тогда лучше бы тебе вспомнить свои сегодняшние слова. Во чтобы то ни стало вспомнить. Тогда ты сможешь быть великодушным за счет других, сможешь убедить себя остановить своего коня у обрыва. Сможешь вернуться и раскаяться!
- Ты забыл, - невыразительно заметил Чэнь Син, - что не только ты потерял дом и семью.
Ошарашенный Фэн Цяньи умолк. Чэнь Син легко улыбнулся и продолжил:
- Ведь ты же сам рассказал мне историю моей семьи. Иначе я бы никогда, до самого конца своей жизни так и не узнал, кто именно повесил моих родителей.
Фэн Цяньи действительно позабыл об этом.
- Выродок, ты недостоин быть частью семьи Чэнь! - сердито закричал он. - Ты никогда даже не думал о том, чтобы отомстить за свой род и страну! У тебя нет ни почтения к родителям, ни благочестия - так с чего ты решил, что у тебя есть лицо попрекать меня?*