Динхайские хроники иного мира

– Пойду вымоюсь, – прошептал Сян Шу. – Осталось пережить этот вечер, а завтра все будет хорошо.

Вскоре Чэнь Син услышал плеск – Сян Шу обливался во дворе холодной водой. Завтра все будет хорошо. А сегодня надо сдержаться, чего бы это ни стоило.

На следующий день кленовые листья во дворе департамента окрасились алым. Чэнь Син проснулся рано утром, но снаружи уже доносился гул голосов.

Переодевшись и умывшись, он вышел во двор. Сян Шу в этот момент расчесывал гриву лошади. Едва Чэнь Син увидел Сян Шу, как тут же захотел наброситься и стянуть с него всю одежду.

Сян Шу взглянул в глаза Чэнь Сина, и юноша понял, что Сян Шу тоже с трудом сдерживается.

– Я... проснулся, – сказал Чэнь Син. Он чувствовал себя немного странно – Сян Шу не поцеловал его утром, как обычно они начинали эти дни в предыдущие несколько раз.

– Тогда поедем? – предложил Сян Шу. – Давай спустимся с горы. Переодеваться не нужно.

– Ладно, – с радостью кивнул Чэнь Син. Оба они были одеты в тонкие одежды, в которых сочетались лазурный, черный и белый цвета. Сян Шу надел свободные белые штаны с низким поясом, завязанным скользящим узлом – очевидно, что такой покрой он выбрал, чтобы можно было легко сбросить их. Сверху он накинул на себя легкий черный халат, открывавший ключицы и верхнюю часть груди. На Чэнь Сине тоже была лишь тонкая одежда без подкладки и штаны, перехваченные ремешками у щиколоток. Обуты оба были в легкие кожаные сандалии.

Сян Шу пригласил Чэнь Сина первым забраться на лошадь, а потом и сам сел за его спиной. Сквозь тонкую материю Чэнь Син чувствовал жар, исходящий от груди Сян Шу.

После двухнедельного воздержания от таких объятий сердце юноши пустилось вскачь. А Сян Шу уверенно повел лошадь вниз по склону горы Дуншань. Рыночная площадь уже кипела людьми – все пили вино и любовались алыми кленами.

– Все точно так же, как и в первый раз, – заметил с улыбкой Чэнь Син.

Сян Шу привязал лошадь у обочины, переплел пальцы Чэнь Сина со своими и повел за собой через ярмарку:

– Я отведу тебя кое-куда.

Чэнь Син видел, что многие из встречавшихся им по пути держатся за руки, а на запястьях у них повязаны браслеты – красная нить и лунная раковина.

Сян Шу это тоже заметил и с укоризной взглянул на Чэнь Сина.

Чэнь Син: "?"

Сейчас настроение Сян Шу было довольно сложным. Несмотря на связь, возникшую между ними после совместного воспламенения, Чэнь Син не смог распознать его. Он просто чувствовал, что это странная эмоция.

– О чем ты думаешь? – спросил он напрямую.

Сян Шу ничего не ответил.

– Почему ты вдруг превратился в немого? – со смехом продолжил допытываться Чэнь Син.

Упомянув о немоте, Чэнь Син неожиданно припомнил:

– Ты хочешь подарить мне что-нибудь?

– Ты можешь говорить о чем-то еще, а не только издеваться на тем, как я молчу? – наконец ответил Сян Шу. Лишь тогда до Чэнь Сина наконец дошло, что когда-то, очень давно, он уже прощупывал Сян Шу похожим образом.

Когда они подошли к прилавку, торговец с улыбкой поприветствовал их:

– Ой, уважаемые гости снова наведались к нам! А? Почему это я сказал "снова"?

Чэнь Син в голос расхохотался, а Сян Шу между тем произнес с самым серьезным видом:

– Я возьму два. Вот, держите. Сдачи не нужно.

И Сян Шу протянул золотой слиток. Торговец чуть в обморок не упал.

– Это все вам! – продавец подтолкнул в их сторону свою стойку с украшениями, и пока щедрые покупатели не успели передумать, убежал, радостно сжимая золото в ладони.

– Выбирай, – предложил Сян Шу.

– А какую пару мы тогда выбрали?

Сян Шу, нахмурившись, начал наблюдать за ним со стороны. Каждая из ракушек имела свою неповторимую форму. Чэнь Син мечтал найти именно те, которые приглянулись им в прошлый раз. Но теперь, когда желание его было так близко к исполнению, выяснилось, что он не может ясно вспомнить, как выглядели те раковины.

Сян Шу больше не мог смотреть на это. Не выдержав, он произнес:

– Этот и этот.

Сян Шу аккуратно потянул за шнурки и вытащил два лунных браслета из сотен похожих. Положив на ладонь, он протянул их Чэнь Сину, чтобы тот взглянул.

– Действительно? Но почему я запомнил эти? – Чэнь Син достал другие и сравнил их с теми, что были на ладони Сян Шу.

– Ты... – наконец взорвался Сян Шу.

– У меня день рождения! – тут же нашел что ответить Чэнь Син. – Ты собираешься ругаться в мой день рождения?

Сян Шу пришлось проглотить свое раздражение. Стараясь держать себя в руках, он терпеливо произнес:

– Я смотрел на эту раковину каждую ночь, бессчетное количество раз. Как я мог ошибиться и выбрать неправильную?

Чэнь Син был так тронут этим признанием, что чуть не расплакался. Он сжал все четыре браслета в руке, внезапно обнял Сян Шу и молча уткнулся ему в грудь.

– Ладно, – согласился растерянный Сян Шу. – Как ты захочешь, так и будет.

После полумесяца воздержания оба они почти не могли себя контролировать, а Сян Шу, казалось, и вообще скоро рассудок потеряет. Если бы они не находились среди бела дня на рыночной площади, то что-нибудь наверняка произошло бы.

– Вот этот, я уверен, – Чэнь Син тоже узнал веревочку, которую когда-то носил, на поверхности этой раковины была приметная царапина.

Сян Шу перебросил браслет Чэнь Сину, спрятал подальше свой и зашагал прочь.

– Эй, постой! – воскликнул Чэнь Син. – Ты не собираешься отдать его мне?

– Зачем? – удивился Сян Шу. – Назови мне причину.

– Разве ты не любишь меня? – улыбнулся Чэнь Син.

– Смотря. Как. Ты. Будешь. Себя. Вести, – с расстановкой проговорил Сян Шу. – Идем!

И Чэнь Сину не оставалось ничего другого, кроме как беспомощно поспешить вслед за Сян Шу. Но кочевник не собирался отдавать ему браслет, а вместо этого привел к резиденции какой-то семьи. Остановившись возле входа, Сян Шу несколько раз стукнул по двери металлическим кольцом.

Дверная ручка-молоточек в виде кольца в зубах дракона

– Что это за место? – спросил Чэнь Син.

– Открывайте! – крикнул Сян Шу.

Изнутри по-прежнему никто не отвечал, тогда Сян Шу просто толкнул дверь. Она оказалась не заперта. Что-то ты довольно вежлив на этот раз, – подумал Чэнь Син. Обычно если Сян Шу заранее условился с кем-то, а ему не открыли и не приветили, значит, хозяин не чувствует к гостю никакого уважения. Исход в подобной ситуации обычно был одинаков – Сян Шу поднимал ногу и тяжелым пинком сносил ворота.

– Удивительно, что ты не распахнул дверь с ноги, – заметил Чэнь Син.

– Потому что это мой собственный дом. Если выбью двери, то мне же и придется чинить.

– Что?!

Сян Шу с самого начала собирался показать Чэнь Сину усадьбу, которую купил для него. Он просто не ожидал, что все работники сегодня уйдут, чтобы насладиться празднеством осеннего жертвоприношения. Резиденция по большей части уже была готова, и даже установлены опоры для цветущих глициний.

– Аааааааа! – Чэнь Син и мечтать не мечтал о том, что Сян Шу когда-нибудь подарит ему дом!

Это была очень просторная усадьба. Раньше дом принадлежал бывшему торговцу солью в Цзянькане, приобретение обошлось Сян Шу в солидную сумму. Вдобавок он немало потратился, скупив дома вдоль берегов Хуайхэ, чтобы расширить территорию.

Несколько многоэтажных строений вдоль русла образовывали что-то вроде длинной извилистой полосы, перекликаясь с улицей Уисян, находящейся через реку. С третьего этажа можно было разглядеть сады семейств Се и Ван.

Задний двор оказался огромным садом, спускающимся к Хуайхэ, по берегам которой были высажены глицинии. Длина участка составляла почти целый ли!