Страница 541 из 612
Том 5. Сияющий подобно свету дня. Глава 130. Передача знаний
«Так вот кто... разбудил меня.» (рулейт)
– Так ты не ненавидишь меня?! – Вэнь Чэ схватил стоявшую в доме чашку с чаем и запустил ею Синь Юаньпину в голову. Выплеснувшийся чай забрызгал мужчину, но тот даже не поднял руки, чтобы утереться, а лишь продолжал покорно стоять на коленях, повторяя:
– Это я виноват, я был неправ!
Почему его слова так похожи на мои, когда я признавался в своей неправоте Сян Шу? – подумал Чэнь Син.
– Эй, – Сян Шу хотел остановить Вэнь Чэ, ибо больше уже не мог на это смотреть, однако сам был остановлен Синь Юаньпином:
– Не надо. Пусть бьет меня, пусть бранит и поносит, не страшно. Это я виноват.
Сян Шу посмотрел на него с каменным выражением лица.
– А ну-ка сам расскажи, – уперев руки в боки, гневно крикнул Вэнь Чэ, – да поподробнее, в чем твоя вина?
– Я виноват, что, ничего не сказав тебе, сам пошел убивать того водяного дракона, – смиренно проговорил Синь Юаньпин.
– А еще в чем? – Вэнь Чэ наконец дождался того дня, когда мог свести счеты с Синь Юаньпином.
– Когда ты убивал меня, я не позволил смиренно убить себя, а напротив, воспротивился этому, – серьезным тоном произнес Синь Юаньпин.
У Вэнь Чэ внезапно перехватило дыхание:
– Да будь у меня выбор, разве ж я пошел бы на то, чтобы обнажить против тебя меч?
Вэнь Чэ подошел к Синь Юаньпину и с горечью посмотрел на него. В глазах мужчины стояли слезы.
– А еще я виноват в том, что поддался одержимости, – продолжил Синь Юаньпин. – Виноват, что, погибая от твоей руки, я упорно не желал смириться с этим и затаил в сердце обиду, тем самым дав Ван Хаю возможность воспользоваться мной.
– Неужто ты наконец понял? – срывающимся голосом промолвил Вэнь Чэ. – А я-то, грешным делом, надеялся, что ты не станешь упорствовать и без сожаления примешь смерть от моей руки.
Синь Юаньпин, не вставая с колен, подполз к Вэнь Чэ, поднял голову, взял его руки в свои и прошептал:
– Это я виноват, милый мой Чэ.
– И что ты собрался делать? – спросил Вэнь Чэ.
– Я попросил их прийти сюда, – искренним тоном проговорил Синь Юаньпин, – чтобы они помогли тебе избавиться от твоих демонов, а потом мы поможем молодому поколению уничтожить бога войны. Отныне и впредь, что бы ты ни сказал, я всегда буду слушаться тебя.
Чэнь Син мысленно отметил про себя последнюю фразу.
Сян Шу поднял руку и прижал ее ко лбу, будучи уже не в состоянии продолжать все это слушать.
Вэнь Чэ повернул голову, окинул молодых людей полным бешеной ярости взглядом и холодно промолвил:
– Пусть уходят, я не желаю им помогать. И я не одержим злом.
– Ты одержим, – возразил Чэнь Син.
– Не одержим, – повторил Вэнь Чэ.
– Одержим, – продолжил настаивать Чэнь Син.
– Н-е-т, – чеканя каждый звук, промолвил Вэнь Чэ.
– Но ты правда одержима, владелица, – не сдавался Чэнь Син. – Тьфу ты, владелец... Я уже почти и забыл, что ты мужчина.
– Нет. Сколько еще раз мне это повторить? – сердито огрызнулся Вэнь Чэ. – Или, если я не желаю помогать тебе, значит, я одержим? У меня что, собственной воли не может быть? Ну а ты! Да, ты, верзила, чего уставился? Тебя-то как касается, что я ругаю Синь Юаньпина? С чего вдруг такое лицо?
Вэнь Чэ почти вплотную приблизился к Сян Шу, но тот немедленно поднял руки в примирительном жесте:
– Это не мое дело, ругай его сколько влезет, на здоровье.
– Какая сумма у тебя там набежала? – нетерпеливо спросил Вэнь Чэ. – Я тебе все верну, а сейчас давайте проваливайте!
– Да что ты за человек такой! – возмутился Чэнь Син. – Не спаси мы Синь Юаньпина, была бы у вас возможность снова видеться?
– Вот и забирайте его себе, – не полез за словом в карман Вэнь Чэ. – Я его спасать не просил. Вперед, пусть отправляется к Цзя И. Цзя И и труды писать мастер, и Сердечный свет у него есть, вот пусть и живут вместе, а я плевать на него хотел!
Слова Вэнь Чэ немало удивили Чэнь Сина. Сян Шу тоже пришел в недоумение и воззрился на Синь Юаньпина.
– Я сейчас тебе все объясню, – серьезным тоном промолвил Синь Юаньпин. – Я по-любому должен тебе все объяснить, хотя уже и так делал это невесть сколько раз. Чэ, милый, между мной и Цзя И действительно ничего нет. В моем сердце всегда был только ты.
Вэнь Чэ обернулся и посмотрел на Синь Юаньпина. Чем дольше Чэнь Син наблюдал за Вэнь Чэ, тем больше ему казалось, что тот и правда не был одержим. А коли так, то что же случилось в прошлый раз?
И тут вдруг юношу осенила догадка: если Вэнь Чэ и испил в прошлом крови божественного демона, то это произошло уже после его первой встречи с Сян Шу[1]. Ну а во второй раз, после того как жемчужина Динхай разбилась и время отмоталось вспять, может такое быть, что он ее не пил?
Тогда сколько же Вэнь Чэ лет?! Как он вообще столько прожил? Совместное воспламенение! Совместное воспламенение магической силы! Чэнь Син понял: Вэнь Чэ являлся божественным воином-защитником, Синь Юаньпин – великим экзорцистом, и они были связаны друг с другом совместным воспламенением. Синь Юаньпин превратился в ядовитого водяного дракона, затем был оживлен кровью божественного демона, и, разумеется, последствия этого распространились и на Вэнь Чэ.
Когда же Чэнь Син, изгоняя зло из Синь Юаньпина, рассеял кровь божественного демона, то и Вэнь Чэ, понятное дело, тоже избавился от ее влияния.
– Вэнь Чэ не во власти крови божественного демона, – прошептал Чэнь Син, обращаясь к Сян Шу, – по крайней мере, сейчас уже нет. А то, что мы видели прежде, было следствием совместного воспламенения.
Стоило Сян Шу услышать это, как он тут же все понял и кивнул:
– В таком случае, братец Юаньпин, разбирайся тут со всем сам, а мы откланиваемся.
– Погоди, постой, – запротестовал Синь Юаньпин. – Помоги мне успокоить сердце моего милого Чэ, и я обучу тебя искусству совместного воспламенения, идет?
– Ах ты еще и учить его этому собрался?! – не веря своим ушам , воскликнул Вэнь Чэ. – Втроем спать, что ли, будете?!
– Нет! Да нет же! – в панике бросился оправдываться Синь Юаньпин. – Ну можешь ты меня выслушать?
– Стой давай мне тут на коленях, – холодно промолвил Вэнь Чэ. – И пока я не решу иначе, не смей вставать.
У Сян Шу от этих двоих уже голова шла кругом.
– Ну а ты чьих будешь? – обратился Вэнь Чэ к Сян Шу. – Из семейки шибко богатеньких? Неси сюда свой договор – я верну тебе деньги!
– Вэнь Чэ, – не выдержал Чэнь Син, – ты же, в конце концов, божественный воин-защитник. Поднебесная на грани гибели, а ты все продолжаешь дуться на старшего Синь Юаньпина. Ну на что это вообще похоже!
– А. Мне. Так. По. Сердцу, – чеканя каждое слово, ответил Вэнь Чэ. – Или что? Не нравится, какой из меня божественный воин, тогда, может, сам им будешь?
От таких слов Чэнь Син опешил.
– Что нужно сделать, чтобы ты перестал злиться? – попытался найти компромисс Сян Шу.
– А я вот буду злиться, и что? – не унимался Вэнь Чэ. – Так, где там твой договор? Неси его сюда.
– Ты же не на него злишься, – парировал Сян Шу. – Ты на себя злишься. И на людей в целом. А все потому, что вы оба сделались одержимыми.
Подобное заявление застало Вэнь Чэ врасплох. Впрочем, обдумав слова Сян Шу, он не мог не признать справедливость сказанного:
– Так и есть, однако, что с того? Я говорил Синь Юаньпину не ходить, а он все наоборот сделал. Как-то он этого водяного дракона убил, но в итоге сам стал ядовитым водяным драконом. Сын же Неба не только не отблагодарил его, а напротив, отправил на дно реки...
...С тех пор в глазах людей всего мира он стал нечистью, злой тварью, – говоря о былом, Вэнь Чэ сам не заметил, как стиснул зубы и зацедил сквозь них: – Да я сам готов заделаться божественным демоном. Если бог войны меня примет, я стану его телом и уничтожу всех людей в Поднебесной до последнего...