Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 479 из 612

Том 5. Сияющий подобно свету дня. Глава 115. Вместе

"В будущем у нас будет много-много времени"

– Может, покатаемся? – Тоба Янь, наступив на край тяжелого щита, легким движением закинул его себе за спину.

Сяо Шань постоянно сохранял легкую настороженность. На этом Празднике конца осени Тоба Янь неотступно и страстно преследовал Лу Ина. Перед выходом из дома Лу Ин не один раз напомнил Сяо Шаню, что нельзя без особой причины вспарывать животы простым смертным и вызывать убийственные удары молнии тоже нельзя. Лишь поэтому Сяо Шань из последних сил сдерживал себя. И все равно, он был ужасно, ужасно недоволен.

Уголки губ Лу Ина слегка приподнялись:

– Не пойду.

– Хоть я и не из племени теле, – сказал Тоба Янь, – но все же мы можем попробовать. Обещаю, что не свалимся.

Уже не единожды Тоба Янь покупал еду для Сяо Шаня, надеясь хоть ненадолго устранить помеху. Однако всякий раз это приводило к обратному результату – Сяо Шань почти моментально возвращался и продолжал сверлить Тоба Яня еще более пристальным взглядом.

Когда они повстречались в Чанъане, Тоба Янь поначалу подумал, что Сяо Шань приходится Чэнь Сину то ли младшим братом, то ли приемным сыном, в общем, каким-то сродственником. Дружбы между ними не сложилось – Сяо Шань не понимал по-сяньбийски, он мог изъясняться лишь на ханьском языке, да к тому же был немногословен. Но несмотря на это, Тоба Янь все же чувствовал некую едва различимую неприязнь, исходящую от Сяо Шаня.

– Лу Ин, – не выдержав, позвал Сяо Шань.

Лу Ин перевел взгляд на Сяо Шаня и спросил:

– Хочешь покататься?

– Не хочу, – буркнул недовольный Сяо Шань. – Я хочу найти Чэнь Сина.

– Не надо его беспокоить, он сегодня очень занят. Тебе лучше остаться с нами.

Сяо Шань глубоко вздохнул и еще раз ответил:

– Нет.

И Сяо Шань направился в другую сторону. Время от времени он оглядывался назад, надеясь, что Лу Ин попытается остановить его. Но Лу Ин так ничего и не сказал.

Наконец-то ушел. Неизвестно почему, но когда Сяо Шань был рядом, Тоба Янь всегда ощущал скрытую опасность, словно в любой момент может получить удар в спину.

– Он вырос, – с улыбкой произнес Лу Ин и, обернувшись, посмотрел на Тоба Яня.

– Ты же только-только оправился после своей тяжелой болезни? Устал? – спросил Тоба Янь.

Лу Ин кивнул.

– Хочешь выпить капельку чего-нибудь?

Лу Ин ни к чему вокруг не проявлял особого интереса. Он просто пошел туда, куда несли его ноги, наблюдая за тем, чем занимаются другие. Хотя изредка на его лице все же появлялось изумленное выражение. Он был похож на юношу, который после тяжелой болезни впервые за многие годы вышел из дома и почувствовал, как пригревает солнышко.

Тоба Янь, заметив это, принялся рассказывать о прекрасных пейзажах Чанъаня, о величественных горах в сяньбийских землях, о купцах, путешествующих по Великому Шелковому пути... Хотя повествуя об этом, он чаще всего просто пересказывал истории, услышанные от других. После того, как Фу Цзянь взял его ко двору, бóльшую часть времени Тоба Янь проводил во дворце либо совершенствуя свои собственные воинские навыки, либо тренируя солдат личной охраны императора. Ему нечасто выдавалось возможность побывать снаружи. Впрочем, изредка он все же выезжал из Чанъаня, сопровождая Фу Цзяня во время его поездок с проверками по стране.

Сейчас Лу Ин и Тоба Янь сидели рядом возле длинного стола. Взяв себе выпить, Тоба Янь пересел на место напротив Лу Ина.

Веселье на празднике к этому моменту уже перешло на новый уровень. Женщины были настолько разгорячены алкоголем, что прижимались к своим избранникам и беззастенчиво целовались повсюду – на столе, под навесами, на снегу, везде, где только можно представить. Воины же, подхватив бесстыдно хохочущих девушек на руки, отправлялись прокатиться с ними на щите с горы, а затем уединялись в юртах, где предавались безудержной любви. И среди многолюдья на площадках для соревнований, и возле длинных столов с напитками мужчины и женщины, подобно отливной волне, начали покидать праздник. Они были похожи на диких зверей, разбредающихся по степи, и вольных расположиться где угодно под небесами в поиске страстных удовольствий.

На столе царил самый настоящий бардак, повсюду валялись опрокинутые  чашки. Лу Ин тихо сидел за столом и смотрел вдаль.

Тоба Янь улыбнулся:

– Я слышал, что снег очень редко выпадает на Муцю. За последние пятьдесят лет такое случалось лишь дважды. Первый раз это было пять лет назад, когда Шулюй Кун унаследовал титул великого шаньюя. В тот день Его Величество прибыл, чтобы поздравить Шулюй Куна. Я же тогда занимал пост простого охранника дворцовой стражи.

– Ваш император много значит для тебя, – заметил Лу Ин.

Тоба Янь немного подумал и со вздохом продолжил:

– Он для меня почти как отец. Так же, как ты и Сяо Шань. Он... тебе как младший брат?

Да, Лу Ин в одиночку присматривал за этим ребенком. И все же нельзя было сказать, что их отношения похожи на отношения отца и сына, так же, как и на братские отношения.

– Приемный сын, – едва заметная улыбка скользнула по губам Лу Ина. – Я уже доверил его Чэнь Сину. И, кажется, за последние несколько лет этот молодой человек весьма преуспел в его воспитании. Раньше Сяо Шань вряд ли держался бы рамок приличий, его когти давно бы уже прошлись по всему, что есть вокруг.

***

Сяо Шань в это время молча сидел рядом с Сыма Вэем на окраине лагеря. Когда к ним подходили чилэчуаньские детишки, Сыма Вэй окунал бамбуковую палочку в горшок с расплавленным "сахаром от демона засухи" и раздавал им угощение. Заметив, как Сяо Шань вздыхает, глядя куда-то вдаль, Сыма Вэй и ему протянул порцию лакомства.

Сяо Шань взял палочку с "сахаром демона засухи", покрутил ее в руках и озадаченно произнес:

– Лу Ин не собирается отвечать на чувства этого смертного. Почему же он проводит сегодняшний праздник с ним вместе?

– Не знаю, – беспечно ответил Сыма Вэй.

Поза, в которой сидел Сяо Шань, в точности повторяла позу Сян Шу. Хотя он и был еще совсем молод, однако облегающее хуннское одеяние военного покроя подчеркивало его узкую талию, которая находилась в идеальном соотношении с широкими плечами, а в его юном приятном лице уже проступали признаки того, что, повзрослев, он станет настоящим красавцем-мужчиной. Если сравнивать с тем временем, когда Сяо Шань первый раз повстречался с Сян Шу, тогда оттенок кожи мальчика был немного смуглее из-за того, что он проводил много времени на солнце среди снегов. Лицо его было немного хмурым, так же, как и лицо прежнего Сян Шу, и это делало его похожим на одинокого волчонка.

– Лу Ин уйдет? – спросил Сяо Шань

Сыма Вэй заглянул в горшок – там на дне оставалось еще немного "сахара демона засухи" – и сам попробовал сладость, хотя, будучи мертвым уже многие годы, все равно никакого вкуса не мог почувствовать.

– Все, у кого выросли ноги, могут уйти, – произнес Сыма Вэй.

– Я имею ввиду, он покинет нас?

– Почему бы тебе его самого не расспросить? – вопросом на вопрос ответил Сыма Вэй.

– Я спрашивал, но он не ответил. Он сказал, что я еще маленький, и мне еще предстоит пройти долгий путь. Но я уже вырос!

Сыма Вэй выскреб остатки сахара и отдал последнему ребенку, а затем нахлобучил опустевший горшок себе на голову.

– Пойдем в снежки поиграем! – позвал он Сяо Шаня

У Сяо Шаня было очень тоскливо на душе, ему совсем не хотелось сражаться. Но Сыма Вэй уже поднялся, слепил снежок и – "Бац!!" – запустил в Сяо Шаня, целясь прямо в лицо.

Сяо Шань: "!!!"

Мальчик тут же вскочил и бросился в ответную атаку. Со всех сторон к ним помчались дети, с громким хохотом присоединяясь к снежной битве.