Страница 468 из 612
На том они и порешили. Подойдя к лагерю хунну, Чэнь Син позвал:
– Сяо Шань!
Сяо Шань в этот момент играл с песиком Чэнь Сина, которого обучал прыгать через обруч. Завидев юношу, мальчик ойкнул и рассмеялся.
– Когда рядом Лу Ин, обо мне ты уже и не вспоминаешь, – недовольно промолвил Чэнь Син.
– Я вчера хотел прийти спать с тобой! – ответил Сяо Шань. – Но старший братец прогнал меня.
Тоба Янь уже был знаком с Сяо Шанем, а потому они улыбнулись друг другу и обменялись парой слов. Чэнь Син посмотрел в сторону примыкающей к юрте рощи, откуда, как ему послышалось, доносились тихие голоса беседующих Чунмина и Лу Ина.
– Я иду, – заранее предупредил о своем появлении юноша, дабы случайно не стать свидетелем того, как Чунмин его поносит, а после сразу же направился под сень деревьев.
Это был отдаленный и укромный уголок Чилэчуаня. Сян Шу специально разместил их рядом с рощей и ручьем и подальше от лагерей племен, чтобы шум и крики не беспокоили Лу Ина.
Лу Ин был занят тем, что срывал с дерева листья, а Чунмин, скрестив руки на груди и прислонившись к стволу, что-то ему говорил.
Казавшиеся осязаемыми рассеянные солнечные лучи, похожие на льющееся сверху божественное сияние, освещали рощу. В белых одеждах и с листьями в руках Лу Ин своим обликом напоминал древнего лесного духа.
– Проснулся? – спросил он. – Хорошо спалось? Прошлым вечером мы нарочно заглянули к тебе, чтобы подарить ночь без сновидений.
Силы души Чэнь Сина уже полностью восстановились. На этот раз использование Сердечного Света не требовало от него сжигать душу. Чэнь Син мог действовать без ограничений. Тем не менее, если использовать Сердечный Свет много и часто, это все равно чревато истощением сил души. Прошлой ночью юноша спал очень хорошо, без каких-либо странных сновидений, а потому сейчас был бодр и в приподнятом настроении.
Стоило Чэнь Сину появиться, и Чунмину тотчас стало не по себе, что не преминуло отразиться на его лице. Скорее всего, догадался юноша, перед самым его появлением они как раз обсуждали пресловутое третье желание. Возможно, Чунмин жаловался Лу Ину и пенял ему за то, что тот некогда отдал янтарь с его пеплом нирваны Чэнь Сину, из-за чего феникс теперь оказался у юноши в руках.
– Для начала, Ваше Величество князь яогуаев, позвольте уточнить, – с улыбкой промолвил Чэнь Син, – третье деяние ведь по-прежнему считается несовершенным, так?
– Гуван – князь яогуаев, разве он нарушит данное слово? – гневно огрызнулся Чунмин.
Лу Ин не удержался от улыбки:
– Какое желание ты все-таки хотел бы загадать? Почему бы тебе не освободить его побыстрее из уважения ко мне?
Чэнь Син лукаво улыбнулся: на самом деле он уже придумал третье желание.
– В таком случае дождемся окончания Праздника конца осени, а после я все устрою, – ответил юноша и задал встречный вопрос: – Лу Ин, что ты теперь планируешь делать? Чем займешься дальше?
– Хочу собрать листья целебных растений, – объяснил Лу Ин, – чтобы лечить смертных Чилэчуаня.
Лу Ин ловко ушел от темы, так и не дав Чэнь Сину прямого ответа. Со своей стороны юноша, разумеется, очень хотел бы, чтобы Белый Олень вошел в число его спутников. Да и Сяо Шань всем своим видом показывал, что совершенно не желает расставаться с Лу Ином. Однако в прошлый раз Лу Ин, прежде чем превратиться в звездную пыль, упомянул, что мечтает покинуть земли Центральных равнин и отправиться по следам Будды. Кроме того, окончательный уход Сизого Волка наверняка оставил в его душе горечь огромной утраты. В такой момент Чэнь Син счел за лучшее уважить решение Лу Ина и позволить ему сделать собственный выбор.
Внезапно в роще появился Сяо Шань в компании Тоба Яня.
– Лу Ин, – сказал мальчик, – это Тоба Янь, мой друг.
Лу Ин, сорвав последнее целебное растение, улыбнулся Тоба Яню и кивнул. В этот самый миг он словно купался в пестрой тени листвы. На его прекрасное лицо лился мягкий свет, а длинные волосы плавно ниспадали вниз. С безукоризненно правильным профилем, белой кожей и в светло-голубых одеждах, он казался изгнанным в бренный мир небожителем, возвышенным и утонченным.
– Благодарю, что заглянул, – нежным голосом промолвил Лу Ин.
Тоба Янь ничего не ответил. Он остолбенело уставился на Лу Ина, и какое-то время эти двое молча смотрели друг на друга.
Увидев Тоба Яня, Лу Ин тоже вдруг стал немного рассеянным. Из его тонких белых пальцев выскользнул лист и полетел на землю.
Их молчание длилось всего несколько вдохов-выдохов, а потом Тоба Янь стремительно шагнул вперед, наклонился, поднял упавший лист и вернул его Лу Ину. Тот улыбнулся.
– Это Лу Ин, – представил его Чэнь Син. – Тоба... ты...
Лицо Тоба Яня вмиг покраснело. Он безотчетно взглянул на Чэнь Сина, а затем снова уставился на Лу Ина.
Окружающие с недоумением воззрились на Тоба Яня, и, в первую очередь, Сяо Шань, который пришел в полное замешательство.
– Посидим в юрте? – предложил Лу Ин.
– Да... да... – тут же согласился Тоба Янь, – благодарю за приглашение.
Внезапно этот человек показался Лу Ину весьма занятным. Он развернулся и первым двинулся обратно к юрте. По пути, не удержавшись, он рассмеялся. Когда же они, вернувшись, расселись внутри, Лу Ин собственноручно приготовил всем чай с молоком. Глядя на Лу Ина, в уголках губ которого продолжала играть легкая, еле различимая улыбка, Чэнь Син вдруг оцепенел. Прежде на Кароше он лишь мельком видел его лицо и не обратил внимания. Сегодня же, когда юноша присмотрелся к нему поближе, то заметил, что от этого превратившегося в Белого Оленя древнего духа исходит некая чудесная, завораживающая аура, как, собственно, и должно быть.
Казалось, пока Лу Ин рядом, вокруг будто цветет весна и жизнь бьет ключом.
– Я... я... Здравствуй, Лу Ин... – только и смог выдавить из себя Тоба Янь.
Чэнь Син почти сразу же понял, что произошло. Нынешняя ситуация очень напоминала ту, когда в прошлый раз он сам впервые встретился с Тоба Янем в доме Юйвэнь Синя. Сердце юноши невольно забилось быстрее.
Тоба Янь снова без памяти влюбился с первого взгляда!
– Я... пойду прогуляюсь, – молодой человек, несколько одуревший, развернулся и покинул юрту.
Сяо Шань проводил его озадаченным взглядом, Чунмин же просто молча посмотрел вслед.
Чэнь Син потер лоб. У него и правда сил не было на это смотреть. И он не мог сказать, к добру ли все это или нет.
– Это ваш друг? – спросил Лу Ин.
– Он обычно совсем не такой, – удивился Сяо Шань. – Тоба Янь?
Чэнь Син, глубоко вздохнув, улыбнулся:
– Лу Ин, похоже, он в тебя... немного... немного...
Лу Ин все понял и внезапно рассмеялся, а Чэнь Син подумал: вот это проблема! Бедный Тоба Янь, как же ему теперь быть?
– Неважно, – промолвил Лу Ин, чарующе улыбаясь, – скоро он забудет меня.
– Ты же все еще... – начал было что-то говорить Чэнь Син, но потом передумал: – Впрочем, ладно, поступай, как знаешь.
Чунмин молча пил чай с молоком, погрузившись в раздумья, причем думал он, похоже, о чем-то своем. Допив, он встал и вышел из юрты. Чэнь Син вдруг вспомнил о цели своего визита и спросил у Лу Ина:
– А что делать с воспоминаниями Сян Шу? Лу Ин, ты должен мне помочь с этим.
Поначалу, после истории с каменной башней, Чэнь Син думал дождаться, когда Сян Шу примется его расспрашивать, и, воспользовавшись данной оказией, рассказать ему обо всем, что происходило с ними в прошлом. Однако замешательство и смятение Сян Шу помешали юноше это сделать. Видя его реакцию и состояние, Чэнь Син опасался, что его рассказ еще больше выбьет того из колеи, и потому с трудом заставил себя пока повременить с этим. Он и сейчас еще пребывал в нерешительности, не зная, стоит ли выкладывать Сян Шу всю правду о том, случилось в прошлом.