Страница 249 из 612
Том 3. Будун Жушань. Глава 64. Представление императору
Жители Цзянькана, Цзяннани и других мест все еще не подозревают, с какой катастрофой им предстоит столкнуться
После последних слов Сян Шу Чэнь Син еще долго не мог прийти в себя. Его тело восстанавливалось очень быстро, не прошло и трех дней, а он уже легко и свободно передвигался по округе. Пока Чэнь Син в бессознательном состоянии был прикован к постели, он нисколько не похудел благодаря заботам Сян Шу. Несколько дней спустя, обедая с Се Анем и пришедшей в гости Се Даоюнь, Чэнь Син неожиданно подумал о такой возможности: "Неужели Сян Шу, так же, как Фэн Цяньцзюнь и Сяо Шань, мог пожелать воспользоваться негодованием для управления Будун Жушанем?"
Однако после того, как древние могущественные артефакты проходили усовершенствование посредством затаенной злобы, они показывали иное воздействие. Например, согласно историческим записям, Сэньло Вансян в ту пору, когда духовная ци небес и земли еще существовала, мог усиливать рост всего живого. Позаимствовав же силу из негодования, он превратился в темный клинок, от соприкосновения с которым растения дичали и увядали.
Или же когти Цанцюн Иле, которые, по преданиям, были способны призвать гром, очищающий зло и изгоняющий нечисть. В руках Сяо Шаня они обратились в божественное оружие, разрывающее пространство.
Если бы Будун Жушань встал на путь зла, то, пожалуй, удерживать его силу под контролем было бы очень затруднительно. Кроме того, Чэнь Син всегда очень опасался взаимодействия с негодованием. Воздействие этой силы на душу Сяо Шаня и Фэн Цяньцзюня не прошло бесследно. Если бы у него был выбор, он ни за что не хотел бы, чтобы Сян Шу как Божественный воин-защитник связывался с негодованием, даже если применение темной маны поможет противостоять Ши Хаю.
Чэнь Син, в конце концов, не смог удержаться и украдкой бросил взгляд на Сян Шу. Экзорцист и раньше думал, что Сян Шу очень хорош собой, но сейчас защитник казался ему еще прекраснее. Прежде, глядя на него, Чэнь Син находил это просто приятным для глаз, но рассматривая Сян Шу сейчас, он чувствовал печаль в сердце и желание говорить с ним. Но у Сян Шу постоянно было такое отчужденное выражение лица, как будто он отталкивал от себя всех на тысячи ли. Попытки Чэнь Сина сблизиться с защитником раз за разом лишь оборачивались ударом по его собственному достоинству. Чэнь Сину так и хотелось заскрежетать зубами - защитник ему одновременно и нравился, и злил до невозможности.
- Нашли место, которое изображено на карте? - внезапно поинтересовался Сян Шу у Се Аня.
Чиновник, подвергшийся неожиданному допросу, чуть не поперхнулся.
- Кто-то говорил, что это может находиться на горе Лунмэнь, в Лояне, - ответил Се Ань, - но я пока не нашел этому подтверждения. Я отправил людей проверить это, дабы быть уверенным, что вы не зря туда съездите.
- Сейчас и к северу, и к югу от Янцзы положение очень тревожное, - добавила Се Даоюнь. - А ты, Чэнь Син, только-только поправился. В течение полугода тебе не следует бегать и волноваться.
Сян Шу, на мгновение задумавшись, произнес:
- На днях я собираюсь наведаться на гору Наньбин.
Чэнь Син припомнил второй рисунок и проявил инициативу:
- Я с тобой.
- Ваши попытки убить дракона в Куайцзи потрясли всю Цзяннань, - прибавил Се Ань. - Что случилось с драконом?
- Он сбежал, - ответил Сяо Шань.
Многое случилось за эти три месяца, пока Чэнь Син лежал без сознания. Прежде всего, банк Дунчжэ практически полностью рухнул. Часть его собственности была конфискована императором Цзинь, который давно изыскивал такую возможность и теперь уж не упустил своего. А денежные лавки Сифэн, принадлежащие Фэн Цяньцзюню, окончательно придавили Дунчжэ. Для семейства Ван, которое тайно оказывало поддержку товариществу Дунчжэ, это стало непредвиденным бедствием. Побегав по многим местам, они все же сумели сохранить часть имущества и на время перенесли основную деятельность в округ У. В ближайшее время Дунчжэ не был конкурентом банку Сифэн.
Чувствуя себя неспокойно, Чэнь Син все же задал вопрос:
- Линь-дажэнь, он...
Речь шла о посыльном, что был направлен с письмом и погиб от рук банды Ши Хая. Теперь было очевидно, что хотя его пытали и замучили до смерти, он держал рот закрытым, подобно закупоренной бутылке, и ни слова не сказал о результатах своего расследования.
- Он погиб, исполняя долг на своем посту, - успокаивающе произнес Се Ань. - Линь Юн не был женат. Такой юный и талантливый уроженец Молина (1)...
После таких слов на сердце у Чэнь Сина волей-неволей стало очень тяжко. Сян Шу нахмурил брови, словно собирался что-то сказать, но потом передумал. К счастью, последовавшие за этим слова заставили Чэнь Сина почувствовать себя немного лучше.
- Родители и младшая сестра Линь Юна тоже были заражены поветрием и провели в постели около полугода, - тихо вымолвила Се Даоюнь. - Благодаря всем вам им наконец стало лучше. Должно быть, это именно то, чего он больше всего хотел при жизни.
Только это и могло утешить Чэнь Сина.
- А как там У-дажень и Чжэн Лунь?
- Они были ранены, - на этот раз отвечал Сян Шу, - но по счастью, ничего опасного. Проведя в постели два месяца, они пошли на поправку.
Чэнь Син облегченно вздохнул. Он собственными глазами видел в последние мгновения, как двое выдающихся ученых, принадлежащих к императорскому двору, встали, заслоняя его, перед князьями - демонами засухи. Если бы эти чиновники получили серьезные ранения, то последствия, разумеется, были бы нешуточными, тем более что У Ци также являлся и начальником округа.
Когда эти новости распространились, весь цзиньский двор, от низших чинов до высших сановников, на добрую половину месяца погрузился в жаркие дискуссии, обсуждая возвращение экзорциста. Сыма Яо даже посылал отряды солдат, чтобы те повсюду разыскивали следы лазурного водяного дракона, вот только искатели возвращались с пустыми руками, и со временем он тоже сдался. Вскоре после этого с севера пришли вести о том, что Фу Цзянь по настоянию Ван Цзые усиленно набирает рекрутов, готовясь в следующем году отправить войско, чтобы завоевать южные земли и напрочь разбить Цзянькан.
Среди цзиньских придворных тут же поднялось величайшее волнение, Се Ань также был невероятно занят. Чиновничество надеялось на счастливый случай - одни предпочитали просто наблюдать со стороны, другие посылали своих людей в Гуаньчжун, чтобы получить самые свежие сведения. И при дворе, и в народе все бурлило и клокотало от обилия новостей.
- Я думаю, скорее всего, Ши Хай это Ван Цзые, - неожиданно сказал Чэнь Син. - Магические артефакты поля Десяти тысяч духов теперь у нас, и оно больше непригодно для использования. И больше половины князей-ба уничтожено. Он, вне всякого сомнения, найдет иной способ воздействовать на Фу Цзяня, чтобы тот начал войну. Тогда будет возможность законным образом получить больше убитых людей, а если погибают от убийства, это значит, что у него будет больше негодования.
Произнося это, Чэнь Син не смог удержаться и посмотрел на Сян Шу. Их глаза встретились - оказалось, что Сян Шу тоже смотрел на Чэнь Сина. Оба неловко отвели взгляд друг от друга.
- Ничуть не удивительно, - заметил Се Ань, - что рядом с Фу Цзянем ошиваются такого рода люди - демоны, переодетые богами. Вот только подтвердить его личность, это задача не из простых. Нынче Чанъань выстроил несокрушимую, будто железное ведро, защиту от ханьцев, и даже наши разведчики больше не могут добывать сведения. Я даже побаиваюсь, что он использует то, что вы называете "армией демонов засухи" и переправится через Янцзы. В таком случае плохи будут наши дела.
Оказавшись перед лицом национального бедствия, Се Ань продемонстрировал преданность и искреннее старание в трудах. В эти дни мысли его были заняты только войной. Хотите одним махом уничтожить циньскую армию и вернуть себе Чанъань с Лояном? Это невозможно, все же должно быть какое-то понимание достоинств и недостатков. Нужно лишь временно ограничить в действиях более сильную армию противника, и тогда будет возможность продержаться еще немного. Но если войско, отправленное на юг, будет состоять из оживших мертвецов, и они будут способны заражать живых, и тогда, боюсь, солдаты Великой Цзинь сдадутся без боя.