Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 205 из 612

Том 3. Будун Жушань. Глава 53. Ужин

[1]

«А как у вас-то двоих сейчас обстоят дела?»

- Сто тысяч лян золотом, - ответил Сян Шу.

- Сто тысяч лян! - разом воскликнули Чэнь Син и Фэн Цяньцзюнь.

- Все верно... именно так, - голос Вэнь Чжэ слегка дрожал. - Договор проверен, ошибок нет, и деньги до сих пор сберегаются в банке. Соответственно, за тридцать лет при пяти процентах годовых и с учетом ежегодного начисления процентов...

Стоявший в стороне служащий тут же достал суаньпань[2] и - клик-клак! - начал считать. Стоило ему щелкнуть костяшками слева и справа, как Чэнь Син и Фэн Цяньцзюнь переглянулись.

Счеты-суаньпань

- Четыреста тридцать две тысячи двести лян, - Чэнь Син, Фэн Цяньцзюнь и Вэнь Чжэ сказали это одновременно, и от названной суммы Фэн Цяньцзюнь едва не лишился чувств.

Вэнь Чжэ наконец поняла, что происходит. Она глубоко вздохнула, пытаясь взять себя в руки, и посмотрела на Сян Шу. Затем окинула взглядом зал. Ее глаза забегали - женщина явно была на грани паники.

- Если вы в самом деле намерены не признать эту сумму, - предупредил Сян Шу, - то я с вами тоже церемониться не стану.

- Да Вы шутите! - Вэнь Чжэ внезапно залилась краской, словно ее оскорбили. - Никакой ошибки нет, все согласно договору. За прошедшие годы именно столько и получается. Вы предъявляете отпечаток пальца, и банк должен выдать деньги. Это непреложное правило[3]. Как можно не признать своих обязательств перед людьми?!

Чэнь Син вдруг почувствовал себя нехорошо. Он совершенно определенно не использовал Сердечный свет, но неожиданно от всего происходящего вокруг начал задыхаться. Прежде с ним подобного не случалось.

Сян Шу произнес ту фразу, только чтобы надавить на Вэнь Чжэ. Получив утвердительный ответ, он озвучил свое решение:

- В таком случае забираю все.

И Вэнь Чжэ не выдержала:

- Шулюй-дажэнь! Четыреста тридцать тысяч золотом. Это же четыре миллиона лян серебром, четыре миллиона гуаней[4]! Ты хоть представляешь себе, сколько весят четыре миллиона лян серебром?! И это уже не говоря о том, что в денежной лавке просто нет столько денег. Но даже если мы опустошим хранилище и все его содержимое отдадим тебе, как ты это унесешь?

Один гуань - связка из 1000 монет

- Не надо об этом беспокоиться, - стоило Фэн Цяньцзюню понять, что его ничтожная жизнь спасена, как у него тут же поднялось настроение. - В банке Сифэн достаточно работников. Они немедленно перенесут все на другую сторону улицы.

Вэнь Чжэ опешила, да и Сян Шу, казалось, несколько удивился:

- Разве я сказал, что буду хранить деньги у тебя?

- Братец Сян... - затараторил Фэн Цяньцзюнь. - Ну, старший братец! Старший братец Шулюй! Уважаемый старший брат[5]! Вам это... это же так неудобно повсюду таскать с собой двести пятьдесят тысяч цзиней[6]. Банк Сифэн всей душой и сердцем готов служить Вам, принимать деньги на хранение и выдавать по первому Вашему требованию. Нам достаточно будет просто видеть Ваше лицо, чтобы Вы могли забрать деньги.

- А если Фу Цзянь снова тебя ограбит, - не спешил соглашаться Сян Шу, - что тогда будет с деньгами моей семьи?

Чэнь Син уже начал прикидывать в уме, как ему позднее все это аукнется и что Сян Шу может заставить его сделать. Выражение лица этого хитреца было таким, словно он что-то задумал, нечто из ряда вон выходящее.

- Верно сказано! Пусть они остаются у нас, - тут же предложила Вэнь Чжэ. - Почему Вы вдруг решили забрать столько денег? Шулюй-дажэнь... Братец! Не могли бы Вы сказать нам...

- Причина очевидна. Потому что вы обидели меня, - ответил Сян Шу. - Денежная лавка в Майчэне... Я не собираюсь и дальше хранить деньги в Дунчжэ.

Вэнь Чжэ мгновенно замолчала. Видя ее замешательство, Сян Шу встал и сказал:

- Так отдаете деньги или нет? Если не отдаете, тогда пеняйте на себя.

Вэнь Чжэ оставалось лишь согласно кивнуть.

- Однако сейчас, - предупредила она, - в главной цзяньканской конторе действительно не наберется столько лян серебром. Даже если мы и медяки все отдадим, этого тоже не хватит. Шулюй-дажэнь, прошу, дайте нам несколько дней, чтобы мы могли доставить сюда деньги из других денежных лавок.

- И сколько придется ждать? - холодно спросил Сян Шу.

Вэнь Чжэ глубоко вздохнула, подумала немного и ответила:

- Нам потребуется три месяца.

- Прежде говорилось совершенно иное, - возразил Сян Шу.

- Сколько у вас есть сейчас в главной конторе? - снова вмешался Фэн Цяньцзюнь. - Доставайте пока это, чтобы мои люди могли не торопясь все перенести.

Вэнь Чжэ стало трудно дышать, и было заметно, что держится она исключительно за счет силы воли. Женщина бросила взгляд на служащих - у тех разом затряслись поджилки.

- Ступайте! Пересчитайте, что есть в хранилище! - сердито сказала она. - Кучка никчемышей!

Спустя полшичэня содержимое подземного хранилища денежной лавки Дунчжэ было пересчитано. Там оказалось четыреста тысяч лян серебром, четыреста тысяч гуаней медных монет и двадцать тысяч лян золотом. Один гуань на тот момент равнялся одному ляну серебром, а десять лянов серебром равнялись одному ляну золотом. Работники банка Сифэн уже ждали у дверей. Перегородив с двух сторон большую дорогу, они приготовились в целости и сохранности перенести деньги на другую сторону улицы.

Итак, Сян Шу получил один миллион лян серебром, и еще три миллиона триста двадцать две тысячи лян ему остались должны. Лицо Вэнь Чжэ приобрело пепельный оттенок, и выглядела она так, словно у нее более не осталось причин жить.

- Отсчитай три тысячи лян и отправь в дом Се, - равнодушно произнес Сян Шу.

- Хорошо, уважаемый старший брат! - тут же ответил Фэн Цяньцзюнь. - Ваш младший брат немедленно принимается за дело.

Сразу же после этого Фэн Цяньцзюнь быстрым шагом направился к своим людям с указанием пересчитать деньги.

Сян Шу знаком предложил Чэнь Сину взглянуть: все работники банка Сифэн трудились не покладая рук. Они выносили из лавки Дунчжэ один ящик с деньгами за другим, и каждый был доверху наполнен ослепительно белым серебром. Юноша не нашелся, что сказать. Не обращая внимания на его молчание, Сян Шу снова сделал приглашающий жест: мол, не хочешь открыть и посмотреть? Ответа опять не последовало.

Покончив с делами, Фэн Цяньцзюнь таким же быстрым шагом вернулся к Чэнь Сину и Сян Шу.

- Вы двое непременно должны отужинать у меня, - от всего сердца предложил он. - Все уже готово. Ну же, скорее идем.

С этими словами Фэн Цяньцзюнь схватил Чэнь Сина и пошел, увлекая юношу за собой. Если он утащит Чэнь Сина, Сян Шу тоже обязательно придет.

- Братец Чэнь, во что бы то ни стало помоги мне сделать так, чтобы Сян Шу не передумал, - прошептал Фэн Цяньцзюнь. - Продолжит мой банк существовать или нет, зависит от тебя.

- Как мне сделать так, чтобы он не передумал? - изумился Чэнь Син. - Разве он когда-нибудь прислушивался к моим словам? Ты же сам видел, как он только что припер меня к стенке. Я даже понятия не имею, что он теперь заставит меня сделать.

Чэнь Сина не оставляло стойкое ощущение, что Сян Шу непременно найдет способ отыграться на нем. Пройдя какое-то расстояние с Фэн Цяньцзюнем, юноша обернулся.

- Эй, - окликнул его Сян Шу.

- Ясно, - подавленным тоном произнес Чэнь Син. - Что я должен сделать? Скажи уже.

Фэн Цяньцзюнь пригласил двоих гостей в резиденцию банка Сифэн. По своей планировке она во многом напоминала поместье Сунбай в Чанъане. Прямо за главным входом находилась лавка, а за ней раскинулся большой сад, занимавший несколько му[7]. Также там имелась школа боевых искусств, где тренировали бойцов для охраны денежных лавок и сопровождения странствующих торговцев.