Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 149 из 612

Том 2. Цанцюн Иле. Глава 40. Ответственность

"Это самая большая опасность, с которой когда-либо сталкивался Древний Союз Чилэ, с самого своего основания"

Бедствия приходят яростно и без предупреждения. Жители рассказали Сян Шу, что через три дня после его ухода словно ниоткуда появилась орда живых трупов и прорвалась в Чилэчуань.

Поначалу, как и приказал Великий Шаньюй, все просто усилили наружную охрану лагерей - обходили с дозором окрестности, ярко освещали все вокруг, а также выпустили много ястребов, чтобы следить за передвижением неприятеля.

Однако непредвиденное, несмотря на предосторожности, все же произошло. Более того, оно началось изнутри. Первые намеки пришли с северо-восточных склонов Иньшань. Сперва каждый из вождей кланов все еще думал, что это просто борьба между племенами. Но беспорядков становилось все больше и больше, совсем скоро они вышли из-под контроля, а Чилэчуань погрузился в хаос. По ночам же приходили демоны и остервенело грызли всех, кого могли поймать.

В кромешной ночной тьме нельзя даже было увидеть кончиков своих пальцев на расстоянии вытянутой руки. Вожди опасались, что в такой темноте их воины могут ранить своих же соплеменников, и у них не было иного выбора, кроме как отступать снова и снова. Оборонительные сооружения, выставленные кочевниками, были очень быстро разрушены. А вскоре в лагерь ворвалась и другая армия живых трупов, тех, что ранее были враждебны им. Их вел Юдо. Демоны оставили свою охоту на живых людей, и вместо этого стали сражаться друг с другом.

- Юдо... - тихо произнес Чэнь Син. - Да, Юдо пришел, чтобы отомстить.

Чэнь Син покрылся мурашками от ужаса. Даже по словам рассказывающего можно было понять, насколько хаотичной и отчаянной была ситуация.

Предводители теле, гаоцзюй, хунну, лушуй, северных цзе, ухэн и остальных племен ху собрались у костра на открытом месте, каждый из них выглядел весьма внушительно и торжественно. На фоне темноты все они стояли как бесстрашные защитники на страже - не говоря ни слова и ожидая, когда Сян Шу примет решение.

- Что находится у северо-восточных склонов Инь? - у Чэнь Сина было нехорошее предчувствие насчет этих беспорядков. Поскольку свары начались внутри Чилэчуань, это как-то связано с ху, проживающими именно там.

- Лагерь жужаней, - шепнул Сян Шу.

Перед своим уходом Сян Шу попросил Чэ Лофэна действовать от имени Великого Шаньюя, как если бы это был он сам. Но живые трупы появились впервые в лагере жужаней, а Чэ Лофэн во время всех этих атак на Чилэчуань так и не появился. После той ночи, потрясшей всех до глубины души, вожди племен в конце концов собрали свои разбитые армии и отступили с нижних предгорий Иньшань. Перед этим они подожгли свои дома, не заботясь совершенно о вещах и припасах.

Вот так пожар и сжег Чилэчуань дотла. Почти 240 000 ху из различных родов и племен в спешке бежали в глубины горного массива Инь. Через несколько дней демоны Ба вернулись. На этот раз они заблокировали вход в каньон и попытались заманить живых еще глубже в горы.

- Кто их лидер? Юдо? - спросил Чэнь Син.

Основываясь на обрывках разных историй, он сделал вывод, что между Юдо и Чэ Лофеном прежде была кровная вражда. Беспорядки начались на месте, занимаемом жужанями, очень даже вероятно, что именно поэтому Юдо начал свой прорыв оттуда.

Хан племени ухэн ответил Чэнь Сину по-сяньбийски:

- Нет. Хатун сказала, что она видела Чэ Лофэна и Чжоу Чжэня (1). Также она видела и Юдо. Она захотела остаться, чтобы отомстить за своего сына.

Чэнь Син: "..."

Сян Шу: "!!!"

Сян Шу, до того отстраненно смотревший в огонь, поднял голову и бросил удивленный взгляд - как возможно слышать такое от вождя ухэн? Кто-то тут же сделал выговор ухэнцу и велел не говорить глупостей. Кочевники расселись вокруг костра. Чэнь Син читал сомнение на их лицах. Доверие предводителей племен к Сян Шу как Великому Шаньюю ослабло, и Чэнь Сину казалось, что это как-то связано с ним самим. Во-первых, Сян Шу, став Великим Шаньюем, несколько раз пропадал без вести. Далее он перепоручил свою ответственность Чэ Лофэну, который явно был не из тех, кто способен отречься от себя ради служения простым людям, а сам без всяких объяснений пустился в путь на Север.

Но даже если это не было связано с Чэнь Сином, Че Лофэн был названым братом Сян Шу. И тот факт, что он не появлялся среди народа во время всего инцидента, вызвал большое недовольство в Чилэчуань.

- Великий Шаньюй! - начал речь вождь ухэн. - Что нам теперь делать? Еды у нас нет, люди только и могут, что натопить немного снега, чтобы водой подавить свой голод.

- Наши дома разрушены, - подхватил хан племени гаоцзюй, - и мы даже не знаем, где скрывается преступник. Как мы можем отомстить?!

- Это нелепо! - выкрикнул кто-то.

После этого толпа подняла суматошный гвалт. Сян Шу глубоко вздохнул, сурово свел брови вместе и неожиданно поднялся. Чэнь Син чувствовал, что в этот момент единственной заботой Сян Шу было вывести кочевников из каньона и найти Чэ Лофэна.

- Я прошу всех вернуться к своим племенам и немного отдохнуть, - произнес Чэнь Син и оглядел собравшихся. Он понимал, что Сян Шу было бы хорошо сначала успокоиться, поэтому быстро добавил. - Завтра утром Великий Шаньюй даст всем объяснение.

- А ты кто такой? - грубо оборвал его вождь лушуй. - Какое такое ты право имеешь, чтобы говорить от имени Великого Шаньюя?

Все многозначительно посмотрели на него. Предводитель теле напомнил:

- Это Божественный Целитель! Разве ты его не узнаешь?

Впрочем, ночью было темно, Чэнь Син было покрыт с ног до головы покрыт дорожной пылью, поэтому неудивительно, что его не все узнали. Хан племени лушуй, поняв, кто такой Чэнь Син, больше ни о чем не спрашивал. Чэнь Син уже столько времени лечил пациентов и спасал жизни в Чилэчуань, что приобрел некую известность. Престиж Сян Шу тоже пока еще был на высоте. После стольких дней ожидания не было необходимости спешить, можно было потерпеть еще несколько часов.

Вскоре все разошлись, Сян Шу и Чэнь Син тоже вернулись в лагерь теле. Всю дорогу Сян Шу не осмеливался поднять глаза. С тех пор как он стал Великим Шаньюем, это был первый раз, когда он столкнулся с такой серьезной проблемой.

- Почему твой Сердечный Свет не сработал? - спросил он у Чэнь Сина.

- А ты себя спроси! Отпусти мою руку! Шулю Кун!

Чэнь Син несколько раз попытался выдернуть свое запястье из жесткой хватки Сян Шу, но тот впился и не отпускал

- Объясни мне! - тон Защитника был угрожающим.

Но Чэнь Син не уступил и в ответ уставился на Сян Шу. Его взгляд излучал чувство уверенного достоинства. Изумленный Сян Шу выпустил его руку.

- В твоем сердце была только месть, - пояснил тогда Чэнь Син. - Так как твое сердце было переполнено ненавистью, ты не мог почувствовать, как вспыхнул мой Сердечный Свет.

Это было как пощечина, которая заставила Сян Шу очнуться. С тех пор как они вернулись в Чилэчуань, перед его глазами было только опустошение и разруха. Ему не было известно, где его народ, было неизвестно даже, живы они или мертвы. Он глубоко увяз в ловушке, созданной из вины и ненависти. С гневом, затмевающим разум, он вообще не мог рассуждать здраво, хотел только расчленить того, кто напал на Чилэчуань.

Его глаза были ослеплены горем, негодованием и намерением убить. Конечно, он в таком состоянии он не смог бы войти в один ритм с Сердечным Светом Чэнь Сина.

- Когда ты увидел несчастье своего народа, ненависть поглотила твой разум, - отчитал его Чэнь Син. - Я тоже видел трупы наших людей, лежащие по всему полю. Но видел ли ты, чтобы я пытался кому-нибудь отомстить? Мертвые уже ушли. О чем тебе сейчас действительно следует беспокоиться, - это о защите тех, кто остался в живых! Настоящее - вот что самое главное!