Страница 125 из 612
- Ты все узнаешь, когда мы доберемся до Чилэчуаня, - сказал он.
Спустя четыре шичэня, проведенные в дороге, их караван наконец-то прибыл в Чилэчуань. Выбравшись из телеги, Сян Шу первым делом схватил хана акеле за верхние одежды и поволок в свою юрту, попутно приказав всем племенным старейшинам Древнего Союза явиться на совет.
Всадники всех племен собрались в степи возле северных окраин Чилэчуаня. Словно в ожидании огромной вражеской армии, они усилили дозорные отряды и выставили рогатки (2). Лучники приготовили колчаны, зажгли факелы и, не взирая на бушевавшую вокруг метель, заняли свои позиции в укрытиях перед лагерем, а лазутчики отправились к Шарусголу на разведку.
Тем временем обстановка в юрте, где проходил совет, накалилась до предела. Ругань стояла такая, что небеса готовы были перевернуться. Каждый из старейшин твердил свое, будучи не в состоянии воспринимать слова других. Они снова и снова задавали вопросы, перемежая их проклятиями, коих, казалось, было не меньше, чем вопросов. Лицо хана акеле сделалось мертвенно-бледным от страха. Сян Шу уже переоделся в одеяние шаньюя и теперь просто молча внимал крикам присутствующих, восседая на своем почетном месте.
Послушав их, Чэнь Син более или менее понял, что произошло. Однако чем больше он слушал, тем неспокойнее становилось у него на душе. Итак, чуть более полумесяца назад живые мертвецы напали на акеле у восточного берега Баркёль, из-за чего все племя в панике бежало к Чилэчуаню. При этом каждый раз, когда хану акеле задавали вопрос, он отвечал на него одним предложением. Было понятно, что мужчина явно не желает вдаваться в подробности.
- Почему ты должным образом с этим не разобрался? - гневно допытывался старейшина лоуфань (3).
- Когда Великий Шаньюй услышал, что твое племя угодило в ловушку, - добавил старейшина теле, - он ни слова не говоря повел своих людей тебе на подмогу. И вот как ты ответил Чилэчуаню?!
- Откуда мне было знать, что они придут сюда! - оправдывался вождь. - Я и предположить не мог, что эти горные призраки будут неотступно преследовать нас, совершенно не желая оставить в покое.
Чэ Лофэн, лицо которого покраснело и отекло от удара Сян Шу, не мог сдержать радости при виде несчастья, обрушившегося на хана акеле, и отпустил в его адрес несколько язвительных замечаний. Сян Шу устрашающе посмотрел на него и велел держать себя в руках.
- Хан Акеле, - спросил Чэнь Син на языке хань, - раз Вы с самого начала обо всем знали, то скажите мне, появление этих живых мертвецов имеет к Вам какое-то отношение? Если Вы не объясните все сейчас, то когда они объявятся снова, как в таком случае мы сможем с ними справиться?
Никто из собравшихся не знал языка хань, а потому все они непонимающе уставились на юношу. Пришлось Сян Шу вмешаться и перевести.
- Разве ты не заклинатель из Срединных земель? - спросил хан акеле. - У тебя должен быть способ разобраться с ними!
- Каков наглец! - буркнул Сян Шу.
Хана акеле снова охватила дрожь. Он и так уже был встревожен и напуган, а теперь слова и вовсе застряли у него во рту. Чэнь Сину казалось, что его голова вот-вот взорвется. Он не знал языка варваров, а их манера вести разговор казалась ему бестолковой. Они походили на цыплят, пытавшихся говорить с утками, но совершенно не способных нормально общаться.
- Я скажу, - мягким голосом произнесла сидевшая у стенки юрты хатун. - Видите ли, тот, кто командует этими горными призраками, - это мой сын.
Чэнь Син опешил.
- Три года назад этот жужанин, Чэ Лофэн, убил моего сына, - глазами полными слез она взглянула на сидящего в стороне Чэ Лофэна и медленно проговорила: - Он вырвал его сердце...
Сян Шу склонился набок и шепотом перевел ее слова Чэнь Сину. От услышанного подозрения юноши только усилились. В этот момент раздался голос Чэ Лофэн. Он снова не удержался от соблазна унизить акеле и вмешался в разговор:
- Твой сын убил многих моих воинов, убил моего Чжоу Чжэня! Даже смерти мало, чтобы искупить его злодеяния! Я жажду и ваши сердца вырезать!
- Заткнись! - внезапно рявкнул Сян Шу, даже не заботясь о том, чтобы сдержать гнев. - Чэ Лофэн! Опять напрашиваешься?!
Чэ Лофэну пришлось умолкнуть, хотя его злоба никуда не делась. Хатун немного успокоилась и продолжила свой рассказ.
- Как раз когда гроб с телом моего сына ожидал погребения, у озера Баркёль объявился целитель. Подобно твоему другу-хань, уровень его мастерства был невероятно высок, сродни божественному...
Внезапно Сян Шу перестал переводить. Поэтому Чэнь Син, который услышал лишь половину, потянул его за край одежд, знаком прося продолжить. И Сян Шу назвал имя:
- Кэера.
Хатун опешила, затем быстро кивнула. Довольно долго Чэнь Син пребывал в недоумении, но потому собрался с мыслями и неожиданно вспомнил: этот человек, разве это не тот самый целитель, который в свое время лечил отца Сян Шу, прежнего великого шаньюя?!
- Что он сделал с твоим сыном? - спросил Сян Шу на языке хань?
- Он сказал, что у него с собой есть сердце и что он собирается подарить его нам. Он достал из деревянного ящика черное сердце и поместил его в грудь Юдо. Еще он дал ему снадобье. Через три дня Юдо вернулся к жизни.
Поскольку теперь Сян Шу и хатун говорили по-ханьски, Чэнь Син их понимал.
- Однако после того как он ожил, он не ел, не пил и даже не спал, - еле сдерживая слезы произнесла хатун. - Он не узнавал ни меня, ни отца, ни людей своего племени. Наконец однажды он покинул нас и ушел на север. С тех пор он не возвращался. Вплоть до этой осени. А когда вернулся, то привел за собой горных призраков...
Хатун закрыла лицо руками и зарыдала.
- Он приснился мне, - продолжила она срывающимся голосом. - Он указал на свое сердце и спросил, почему я не помогла ему отомстить, почему...
Услышав это, Сян Шу встал и вышел из юрты.
- С этого момента все племена начинают готовиться к сражению с приближающейся ордой живых мертвецов. Пока все не закончится, любое племя, которое вздумает жаловаться на кровные обиды, будет полностью, без исключений, изгнано из Древнего Союза Чилэ.
Чэ Лофэн посмотрел на Сян Шу. Целая гамма эмоций отразилась на его лице. Между тем Сян Шу уже дал знак Чэнь Сину подняться и выйти из юрты.
Шел легкий снег. Во второй половине дня люди из племени теле закончили возводить деревянные оборонительные укрепления на севере Чилэчуаня. Чэнь Син подошел и остановился перед ними. Тем временем Сян Шу, с головы до пят облаченный в железный доспех (4), инструктировал командиров боевых отрядов каждого племени, дабы как следует подготовить их к встрече с врагом.
- Не позволяйте им оцарапать или укусить вас, - в который раз предупредил Сян Шу. - Увидев мертвеца, просто обезглавьте его. Не затягивайте бой.
Упорядочив в голове рассказ хатун и свое собственное представление о Кэере, Чэнь Син теперь уже почти не сомневался, что этот «целитель», должно быть, принадлежал к той самой таинственной группе, которая использовала затаенную злобу для создания демонов засухи. Не исключено также, что именно он сам и был причиной всего произошедшего, кукловодом, дергающим за ниточки, или даже главным вдохновителем, скрывающимся в тени. Три года назад (5) этот человек покинул пределы Великой стены. Сначала он обратил сына хана акеле в живого мертвеца, а затем, по пути обратно на юг, дал прежнему Великому Шаньюю особое снадобье.
- С Юдо произошло то же самое, что и с твоим отцом, - пробормотал Чэнь Син, - все они превратились в живых мертвецов. Нам надо найти Кэеру. Тогда, возможно, мы сумеем понять, что стоит за всеми этими беспорядками с демонами засухи.