Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 118 из 612

Вскоре пришел Сян Шу и принес с собой чашку и сладости, приготовленные теле. Такова была традиция: в день выпадения первого снега пить напиток из черного имбиря с бурым сахаром и есть дагао (4).

Он нахмурился и спросил:

- Здесь прохладно?

- Мгм... - Чэнь Син уловил запах имбиря. Зная о его согревающих свойствах, юноша с трудом поднялся, чтобы взять настой: - Просто вспотел немного.

- Даже целители порой болеют, - сказал Сян Шу.

- Это нормально, если целитель заболевает, - ответил Чэнь Син. - Я же не ты, это твоему организму даже всякие яды нипочем.

Сян Шу сел и в очередной раз поддел его:

- Ты разве не экзорцист? Как насчет Сердечного Света?

- Сердечный Свет - это всего лишь магическая сила, - беспомощно ответил Чэнь Син, - она не способна защитить тело и даровать бессмертие. На самом деле, как раз из-за использования магической силы Сердечного Света мое тело и ослабло. Я тоже хочу быть таким же крепким, как вы, понятно? Военная мощь хань по-прежнему сильна.

«Военная мощь хань по-прежнему сильна» - в этом он действительно не ошибся. Даже спустя сотни лет все варвары за Стеной продолжали бояться грозной армии, как это было в те времена, когда император У-ди (5) находился у власти. Чэнь Син имел в виду, что хотя его организм оставлял желать лучшего, это вовсе не означало, будто другие ханьцы такие же слабые. Более того, с самого детства он, обладая Сердечным Светом, использовал магию, наносящую вред его душе и физическому состоянию. В общем, он был отбросом, сорной рыбой (6).

Чэнь Син попытался сбивчиво объяснить свою мысль в нескольких предложениях. Затем он снова лег на живот, намереваясь уснуть. Обливаясь потом, он думал: завтра буду в порядке.

Сян Шу не уходил. В этот день он встал очень рано, поэтому сейчас решил ни во что не вникать и лечь спать. Вечером небо заволокло тучами, ледяной ветер усилился, и началась метель. Вдруг снаружи раздался голос Чэ Лофэн, которому, судя по всему, снежная буря была нипочем.

- Аньда, выйди и давай поговорим!

Сян Шу взглянул на Чэнь Сина, встал и, боясь его разбудить, вышел. Чэнь Син спал, но по какой-то непонятной причине внезапно проснулся. Возможно, такова была воля Небес, чтобы он услышал их разговор. Более того, его сознание было как никогда четким и ясным. Чэ Лофэн говорил по-жужаньски, но Чэнь Син какое-то время жил в Чилэчуань и успел немного выучить этот язык, поэтому по тону его голоса он смог более или менее догадаться, что Чэ Лофэн им слегка недоволен.

- Если хочешь поговорить, то отойдем подальше, - Сян Шу развернулся, собираясь уйти, - или ты драки ищешь?

- Это мой собственный дом. Неужели, чтобы поговорить, я должен прятаться от этого ханьца? - возмутился Чэ Лофэн. Сян Шу промолчал. В его глазах появились явные признаки гнева. Однако Чэ Лофэн не унимался:

- Аньда, что этот ханец тебе наплел?!

- Заткнись, Чэ Лофэн! Он спас тебе жизнь! - Сян Шу был в ярости, однако Чэ Лофэн уже закусил удила:

- Шантажируешь меня моей жизнью? Может, мне вернуть ему эту жизнь обратно? - с этими словами он выхватил кинжал и, указав на свой живот, закричал: - Ради меня, сделай так, чтобы он убрался из Чилэчуаня!

Чэнь Син моментально поднялся с кровати. Юноша подумал, что должен выйти и сказать хоть что-то, иначе он, этот чужак, сам того не желая, действительно станет причиной разлада между Сян Шу и Чэ Лофэном.

Сян Шу уже собирался было шагнуть вперед и отнять у Чэ Лофэна кинжал, который тот держал в руке, но внезапно остановился. Сквозь снежную бурю несколько всадников-теле вели прибывшего в долину кочевника.

- Посланник акеле желает видеть Великого Шаньюя! - крикнул главный среди них.

Чэнь Син тут же поднял полог и вышел из юрты в поисках Сян Шу.

- Вернись обратно, - сказал Сян Шу, - ты же болен.

Лицо Чэ Лофэна определенно не выражало ничего хорошего. Увидев, что Чэнь Син проснулся, Сян Шу дал знак всем зайти внутрь.

Примечания:

1. Тоба Шиицзянь (320-376), последний правитель сяньбийского царства Дай (310-376), основанного выходцами из клана Тоба. При нем власть тобасцев распространилась на всю территорию современной Монголии. В 376 г. Дай было завоевано Ранней Цинь - империей Цинь из новеллы. Кстати, когда в главе 12 принцесса Цинхэ назвала Тоба Яня своим младшим братом, это была вовсе не метафора. Сяньбийские кланы Тоба и Мужун действительно состояли в родственных отношениях, так как Тоба Шиицзянь был женат на сестре Мужун Хуана, основателя Ранней Янь, приходившегося Цинхэ дедом.

2. Имеется в виду созвездие Большой Медведицы. Правда, не совсем понятно, как Чэнь Син собирался по нему определять направление на север. Дело в том, что из-за лунно-солнечной прецессии (смещения) в разное время ближайшими к полюсу Мира становятся разные звезды. В наше время (с 1100 по 3200 г.) это, несомненно, Полярная звезда (α Малой, но не Большой (!), Медведицы). Во II-I тыс. до н.э. роль полярной выполняла другая звезда Малой Медведицы - Кохаб (β), что, кстати, отражено в ее названии (Кохаб-эль-Шемали (араб.) - Звезда Севера). А в первое тысячелетие н.э., в том числе и в IV в., когда происходят события новеллы, собственно полярной звезды вообще не было. Были лишь так называемые стражи - Кохаб и Полярная звезда Малой Медведицы, находившиеся примерно на равном расстоянии от северного полюса. Соответственно, известный сегодня каждому школьнику способ нахождения Полярной звезды с помощью Большой Медведицы в те времена тоже не сильно бы помог с определением северного направления.

3. Примерно 1500 м.

4. Дагао (打糕 "битые пирожки") - близкий родственник корейским ттокам, блюдо из рисовой муки, очень плотной консистенции. Готовятся путем долгого "отбивания" теста, потому и "битые". Традиционное праздничное кушанье у некоторых народностей Китая.

5. Имеется в виду Лю Чэ (156-87 до н.э.), седьмой император империи Западная Хань, в период правления которого были достигнуты значительные успехи в ослаблении сил хунну.

6. Согласно анлейтерам, так рыбаки называют мелкую и потому бесполезную рыбешку.