Страница 9 из 36
Сонхун задорно хмыкнул на мою палку, увидел недалеко еще одну ветку, схватил ее и, мило-премило улыбаясь, начал нападение. Боже, откуда я могла знать, что он так хорош в фехтовании! Я-то умела совсем чуточку - Владимир лишь немного учил меня. И из своих успехов в фехтовании я могу смело отметить только то, что я научилась правильно держать меч и стоять в стойке. Видимо, наш счет с Сонхуном сравняется. Но не все же мне его по носу щелкать…
- Есения, ты уже пожалела, что решила сражаться со мной?
Парень слишком умело играл со мной. Видно было, что он прощупал мои умения, они же – полные неумения, и откровенно веселился, делая простые выпады, от которых я только и делала, что коряво отбивалась. Он мог гонять меня так целый вечер и даже при этом одновременно есть печенье, запивая его компотом. Меня же силы уже покидали.
- Не думала, что тот, кто боится рыб - умеет держать палку. - Что еще я могла сказать? Не просить же пощады, в конце концов...
Сонхун одним красивым разворотом ловко выбил палку из моих рук, наступая. Я снова отошла назад и вдруг уперлась спиной в дерево. Парень, и когда только успел выбросить свою палку, наступил на меня и уперся двумя руками в дерево около моей головы, взяв меня в кольцо своих рук. Время как будто замедлилось и растянулось на сотни микросекунд. От внезапности происходящего, от такой близости с Сонхуном, от его резкого дыхания и блеска карих глаз у меня не то, что сердце забилось как сумасшедшее – у меня мир перевернулся. Планета сделала целый, полный оборот и снова встала на место. Никто и никогда не был так близок ко мне. Взгляд парня перестал быть смешливым, он смотрел мне в глаза, а я в ответ неотрывно смотрела ему и, казалось, тонула в них. На какой-то момент я и вовсе перестала дышать, затаив дыхание. Миллион бабочек заклубились у меня в животе. Сонхун медленно перевел взгляд мне на губы. Я инстинктивно облизала их. Мир начинал кружиться или это я начинала терять сознание? Не знаю… Еще час или два назад я мечтала увидеть корабль, который увезет меня домой. Сейчас же, я больше всего на свете хотела, чтобы Сонхун прикоснулся ко мне своими губами. Парень наклонился ко мне ближе. Сейчас мы дышали одним воздухом на двоих. Может быть, он ожидал от меня действий, а я просто стояла и ничего не предпринимала? Но, через три долгие секунды, Сонхун закрыл глаза, громко сглотнул и медленно отвернулся.
Мир снова вернул себе свои краски: запели сверчки, зашумел прибой, ветер принес порцию свежего, вечернего воздуха.
Я понимала, что сегодня долго не усну – ночь раздумий и бичевания себя под названием «Почему он не поцеловал меня» мне обеспечена. Сейчас я не хотела забивать этим голову, пока он здесь, пока он рядом.
Чтобы, не идти с пустыми руками, я взяла чей-то брошенный прутик. Возможно даже Сонхуна, но я не хотела думать, что это он его держал в своих руках. И, наверняка, залившаяся краской до самых кончиков волос, вышла из-за дерева. Парень стоял в воде со снятой шляпой в руках и смотрел в сторону моря. Когда я практически подошла к нему, он повернулся, улыбнулся, и, как ни в чем не бывало, предложил пойти к дому. На небе уже во всю хозяйничали сумерки. Море было тихим и ласковым. Сонхун шел в воде по щиколотку, а я просто плелась рядом по сырому и холодному песку. После такой неловкой ситуации, как и о чем говорить – я не имела представления. Так мы и шли, молча.
Дойдя до аккуратной кучки с одеждой и обувью Сонхуна, и не очень аккуратной – моей, я молча села на песок и стала отряхивать по очереди ноги и надевать носки. Сонхун потоптался, будто не решаясь сесть просто так, без ничего, но все-же устроился рядом и начал повторять за мной.
Когда дело было сделано, но парень еще возился со своими завязками – что дитя малое, будто и не умеет, я взяла палку и начала просто писать на влажном песке свое имя. Настроение было так себе – чем еще занять себя – не знала, вот и выводила привычные завитки один за другим.
- Что тут? – парень, видимо, справился все-таки, и с интересом рассматривал слова.
- «Есения Одоевская» - вот, что тут. Мое имя, - он протянул руку, я отдала веточку. Парень написал интересные кружочки-палочки.
- Я тоже написал «Есения Одоевская».
Я показала пальцем на одну букву и сказала «Буква». Сонхун тут-же перевел это на свой язык. Я спросила.
- Это буквы? – указала на каждый знак в его надписи. Он медленно проговорил мое имя по звукам, повторно обводя нужную букву. Очень необычная у них письменность. Я протянула руку для прутика, парень вернул его, и я написала «Ли Сонхун». Потом вернула ветку обратно ему и Сонхун повторил на своем языке.
Тогда я пальцем вывела букву «А», а парень написал, как она будет у него писаться. Я улыбнулась и попросила, осмелев. В глубине души, я боялась, что парень больше не вернется, как он пропал было на несколько дней до этого, и это был некий план, как увидеться с ним хоть еще разок.
- Сонхун, научи меня твоим буквам.
Парень улыбнулся.
- Хорошо. Но взамен, - он хитро улыбнулся, а мое сердце пропустило один удар, в ожидании его условия, - Взамен, ты научишь меня твоим буквам.
Я облегченно выдохнула и улыбнулась в ответ. Слава Богу, он не попросил взамен исчезнуть из его жизни…
Я встала, Сонхун поднялся следом. Ночь уже практически захватила все небо и видимость была уже крайне слабая, пришло время расставаться. Постояв, минуту у забора, мы пожелали доброй ночи и разошлись. Понятия не имею, как далеко еще возвращаться Сонхуну домой. Если сегодняшняя история у дерева никак не повлияет на нашу дружбу – надо будет его попросить прогуляться в деревню.
Сегодняшняя история.
Я лежала в постели, слабо горел фонарик, за стеной похрапывал Аджосси и мысли мои метались вокруг этой злополучной истории. А ведь мне показалось, что я, возможно, понравилась Сонхуну. Может, не так сильно, как он мне, но все же… И чего он тогда так смотрел на меня? Чего снял шляпу и наклонился, будто для поцелуя? Наверное, я во всем виновата – стояла, как столб! Он и подумал, что я не хочу… Уиии! Я от злости на себя, задергала ногами. Ну что за такое!
Хотя, ведь, сколько я общалась с моими любимыми мамой, бабушкой, тетушками – все говорят, что в женщине должна быть загадка! Что надо быть неприступной, достойной. Женщину надо добиваться, в конце концов! Ладно, про «добиваться», это уже может и перебор, но то, что я не бросилась ему на шею – это правильно! Вот и пусть, значит, завоевывает, если хочет поцеловать! Как это я еще вообще, так легко впадаю в ступор рядом с ним – будто мозги отшибает. Надо держать голову и спину, Есения! Соберись! Ты хоть и не имеешь тут никакого титулованного значения, но гордость и достоинство-то пока еще при тебе!
Успокоившись, я приняла мысли о том, что надо знать себе цену и сделала я все правильно – а если ему только легкую наживу подавай – то и не нужно мне такого счастья! С этой установкой я и уснула.
6 Глава
Следующая неделя прошла спокойно и плодотворно. Сонхун приходил после обеда. В первый день он принес кисть, бумагу, тушь и прочие принадлежности для письма. Мы стали заниматься изучением алфавита. Учитель из него был хороший. Мы проходили букву, я прописывала ее целый лист. Письмо у них вовсе отличалось от нашего. Мало того, что писать слова надо было группками, так еще и вертикальными столбцами. Кисть необходимо держать на весу, выписывая ею узоры. Вообще, на то, как пишет Сонхун, - можно смотреть бесконечно, это целое искусство. То, как движется его кисть, создавая слова на бумаге – целое представление. У нас совершенно другой стиль и вид письма, поэтому, я первое время долго не могла писать – рука начинала болеть. Конечно, если мои буквы были хоть и не плохи, то руки не могли выглядеть так изящно и утонченно во время процесса.