Страница 15 из 36
- Ах, Есения-Есения, - он тихо засмеялся, - если бы вы пожили с мое, то прекрасно разбирались бы в женской красоте. К тому же, как я вижу, девушки и в вашей стране любят скромничать. Видимо, эта черта есть у всех женщин мира. Милое кокетство – что может быть невиннее? – он снова засмеялся, но даже это у него получалось как-то медленно, протяженно. От такого странного приема у меня аж мурашки шли по телу. Все это безумие нарушил мальчишка.
- Я хочу в туалет! – Я вздрогнула, совсем забыв, что мальчик тут. Я мысленно расцеловала его в чумазые щечки. Но с невозмутимым видом повернулась, мило улыбнулась и снова развернувшись к дворянину, почтительно поклонилась, пока Аджосси извинялся и просил прощение за то, что мы вынуждены уходить. На лице дворянина было нескрываемое недовольство, но он натянул улыбку и пропел в свое манере, что надеется на скорую встречу. Как бы не так! В жизни бы с ним больше не встретиться!!!
…
Вернувшись на рынок и усевшись в одно из местечек, где подают на стол горячую еду, мы с Аджосси устроили мальчику допрос. Все оказалось очень грустно. Звали его Хан Гювон. Его мать умерла, а отец просадил все что было в азартные игры. Задолжав ростовщикам приличную сумму, он здорово получил от бандитов, успев поставить отпечаток руки на бумаге с договором, что отдает сына вместо оплаты долга и благополучно скончался от полученных ран. Мальчик прознал о том, что скоро его придут забирать и решил выкрасть договор. К сожалению, ему это не удалось.
Мы ели в молчании, обдумывая сложившуюся ситуацию. Гювон, судя по всему, вообще не ел нормальной еды давным-давно, так что уплетал – только ложка успевала мелькать. Доев свой суп самым последним, Аджосси встал. Мы поднялись вслед за ним, ожидая его решения.
- Идем домой все вместе. Хан Гювон, я подумаю, что делать с тобой дальше. Пока же, поживешь у нас. – Аджосси развернулся и направился к женщине, подающей еду, для оплаты нашего обеда. Мальчишка дернул меня за руку и впился глазами, полными щенячьего восторга.
- Я правда смогу пожить у вас? – его голос был еще тонким и высоким. Я ободряюще улыбнулась и потрепала его за раскудланные волосы.
- Правда. Тебе у нас понравится.
В следующее мгновение Гювон погрустнел и опустил голову.
– Что такое, ты не все нам рассказал?
- Нет, все, но… - он замялся и потупил взгляд. – У меня дома остался щенок. Я спас его из капкана и выходил – он мой настоящий друг. Я не могу его бросить. – Я молчала. Мальчик продолжил, - если дедушка не разрешит брать Хару, то я не пойду с вами. Простите…
- Не думаю, что это проблема. Давай тогда зайдем к тебе домой за, как его, - я сделала вид, что вспоминаю, - Хару?
Мальчик расплылся в счастливой улыбке.
8 Глава
Теперь все наше внимание было захвачено Хан Гювоном и Хару.
Вернувшись домой, я увидела Сонхуна, улегшегося на нашей лавке и нежившегося в тени абрикоса. Плоды его уже созрели и сладкий аромат витал в воздухе. Парень поднялся от нашего шума и выпучил глаза от удивления, при виде чумазого ребенка.
- Привет, Сонхун, это Хан Гювон и милашка Хару. Теперь они будут жить здесь. – Я с деловым видом прошла по двору к лавке и упала рядом с парнем.
- Привет, а что это все… - Сонхун пытался сложить картинку.
- Нет, если ты против, ты мог бы приютить их в своем большом доме… Но если такого желания нет, то я не стану тебя осуждать.
- Эй, почему ты так говоришь? Теперь, выходит, я просто обязан это сделать! Здравствуйте, аджосси Ким Хэгюн, - парень обратился к дяденьке, ища защиты, - а что происходит, может хоть вы объясните?
Дедуля поклонился Сонхуну, подтолкнув мальчика повторить поклон.
- Здравствуй, Ли Сонхун! Гювон, поздоровайся, это господин Ли Сонхун, друг Есении. – Он наклонил его спину аж до поясного поклона, - Ли Сонхун – это Хан Гювон, пока он поживет с нами.
- Сонхун, - я встряла, решив план действий на ближайшее время. Однозначно, учеба на сегодня отменялась. – Бери Гювона и сходи с ним к ручью. Гювон, помойся хорошенько, а я пока подошью тебе одежду получше твоей.
Спустя какое-то время, мы сидели с Сонхуном на песке и наблюдали, как мальчик с щенком убегал от волн. Еще недавно ребенок испытывал страх и боль, отчаяние и одиночество. Сейчас он веселился и казался таким безмятежным…
Я рассказала Сонхуну историю Гювона.
- По этому мы не могли оставить его в городе. Бандиты бы все равно нашли его. Да и как ему вообще жить, одному? Даже если и без бандитов. Чем питаться? Он еще не может зарабатывать – он же ребенок! – я распалялась все сильнее и сильнее, несправедливости мира накрыли меня с головой. – Пережить все ужасы – потерять маму и узнать о таком предательстве отца, сейчас еще очутиться в рабстве или остаться без ушей…
- А почему он останется без ушей? – Сонхун недоуменно свел брови. Даже этот жест был милым. Я прикусила себя за щеку, чтобы взять себя в руки.
- Ах, я не рассказала, как познакомилась с мальчиком? – и я поведала о своем героическом поступке. Я никогда прежде не славилась защитничеством. В семье, возможно и заступалась, но там не было никакой угрозы или чего-то страшного. Про встречу с местной знатью в лице Чон Минсо не стала рассказывать. Вряд ли это имело значение. Сонхун развернулся ко мне лицом и крепко взял за предплечье.
- Ты не должна была идти одна против бандитов!
- Конечно, если бы кто-то другой заступился за ребенка, я бы и не пошла. – Я поджала губы.
- Есения, а если бы они причинили тебе вред?! Ты даже бегаешь, как улитка – у тебя бы не было никаких шансов против них! – Парень практически ругался на меня.
- Но ведь все хорошо, Сонхун? – Я также отпустила свое самообладание, раз он перешел на повышенные тона. - Я не могла стоять и смотреть, как ребенку отрезают ухо, понимаешь ты это?
Мы играли в гляделки.
- Если бы все заботились друг о друге – таких ситуаций бы не было. Если мы не начнем с себя – мир никогда не изменится!
- Ты не изменишь весь мир, – парень не отступал. – А вот жизнь свою можешь потерять!
- А я и не собираюсь менять весь мир. Но помочь ближнему в беде это задача каждого человека. Даже маленький, восьмилетний Гювон, - я кивнула в сторону веселящегося мальчишки, - он и то спас этого щенка из капкана! Ребенок спас слабого, который был в беде. Так неужели, из целого города не найдется человека, способного помочь другому, оказавшемуся в беде?
- Есения, я тебе не говорю о том, что надо проходить мимо. Но выступать одной против бандитов – это как минимум, глупо.
- Прекрасно, теперь ты знаешь, что я еще и глупая, ко всему! – Я обиженная отвернулась к морю.
- А что, пойди все наперекосяк, и оказавшись, как минимум избита до полусмерти в грязной подворотне, ты бы думала, что поступила по-умному? Идти против силы нужно тогда, когда у тебя есть хотя бы такая же сила.
Конечно, его слова имели смысл. И я прекрасно понимала еще там, на улице, что ничем не смогу противостоять ростовщику. Но ведь все закончилось хорошо?...
- По твоему, я должна была бежать искать себе союзника, пока они будут избивать мальчишку?
- Я не знаю, как надо было поступить в твоем случае. – Сонхун выдохнул, перевел дыхание. - Но если ты думаешь, что забрав ребенка сюда – это счастливый конец – то нет. Ты думаешь, что хоть кто-нибудь в городе не знает, что ты появилась тут такая необычная и живешь в отдалении от поселения со слабым стариком? Да к вечеру уже даже собаки начнут выть друг другу об этой новости.
А об этом я и не подумала! Холодок пробежался по спине. Найти нас только из-за одной моей выделяющейся внешности не составит никакого труда.