Страница 105 из 508
Режущие заклинания кожу василиска, даже сброшенную, брать отказывались. Зато трансфигурированный из крысиных костей ножик с молекулярной заточкой прекрасно рассекал этот выползок, позволяя мне сворачивать отрезы «волшебного брезента» в компактные рулоны и переправлять их в сумку. На весь процесс ушло около часа, по истечению которого я почувствовал смертельную усталость. Да уж, выносливости у мелкого Поттера не было никакой! Как он вообще мог в квиддич играть с таким слабым тельцем? Зуб даю, капитан команды Гриффиндора просто щадил пацана, иначе мелкий сдох бы на первой же полноценной тренировке. Любопытно, это крестраж высасывает из пацана все соки или недоразвитость – последствие нелегкой жизни с магглами?
Испытывая острое чувство жалости к крестнику, я на своих двоих продолжил путь по тоннелю, а спустя еще несколько поворотов увидел неожиданно ровный участок стены, на котором красовался барельеф в виде парочки свившихся кольцами змей, в глазах которых поблескивали крупные изумруды. Поскольку мой Хомяк еще не успел оправиться от осознания свалившегося в лапы богатства, желания выковырять драгоценные камешки у меня не возникло. Переложив в карман школьной формы гранату, я повязал на запястье шнурок с монеткой-активатором, поправил лямки сумок и решительно прошипел:
- Откройся!
В стене появилась щель, разделившая барельеф пополам, которая вскоре превратилась в широкий проем, приглашающий меня войти.
- Ну, ни пуха мне! – пробормотал я под нос и шагнул в Тайную Комнату.
Глава 24. Авантюрист
Созданное Слизерином помещение оказалось огромным. Ряды колонн, поддерживающих высокий свод рукотворной пещеры, были обвиты каменными змеями, пол состоял из гладких гранитных плит, искусно подогнанных друг к другу, а у дальней стены стояла статуя. Сомневаюсь, что она принадлежала самому Салазару – уж больно непривлекательными были черты каменного лица, напоминающего обезьянью морду. Оглядев ее, я погасил «люмос», поскольку света в комнате было вполне достаточно. Сами стены источали неяркое зеленоватое свечение. Причем магических светильников видно не было, из-за чего я решил, что все дело в особой краске, которая тысячу лет поглощала магию природного источника. Нельзя забывать, что Основатель был прекрасным алхимиком!
Подойдя к статуе, я продолжил следовать инструкциям из канона, прошипев:
- Говори со мной, Слизерин, Величайший из Хогвартской Четверки!
Сомневаюсь я, что открывающий доступ к логову василиска пароль был таким высокопарным. Скорее всего, чары срабатывали на фамилию Основателя, а призрачный Том из второй части эпопеи просто захотел выпендриться перед Поттером. Тем не менее, озвученный пароль был принят, и рот статуи со скрежетом открылся, продемонстрировав мне глубокий провал, в котором что-то зашевелилось.
Послышался шорох, затем недовольное змеиное шипение, и через несколько долгих секунд из каменного прохода показалась огромная треугольная голова. Морда химеры не была похожа на обычных змей, а напоминала драконью. Массивные надбровные дуги, напоминающий корону гребень, огромные янтарные глаза – это все, что я успел заметить, после чего поспешно опустил взгляд и на парселтанге обратился к василиску:
- Приветствую тебя, король змей!
Не то, чтобы я боялся парализующего удара – химера была достаточно умной, чтобы после пробуждения не нападать на того, кто ее разбудил. Доказано Волдемортом. Просто смотреть в глаза хищнику – это бросать ему вызов, тогда как с василиском я планировал именно договариваться, а не подчинять. Последнее прокатывает только в глупых фанфиках, а у меня тут жестокая реальность, которая имеет свойство периодически преподносить неприятные сюрпризы.
- Говорящщий… - прошипел гигантский змей, выползая из статуи.
Он действительно был чудовищно огромным. Не представляю, как с этим монстром удалось справиться канонному Поттеру. В книге схватка была описана настолько куце и неправдоподобно, что я просто поражался откровенной халтуре. Змей не кусал зажмурившегося пацана, не бил хвостом, не проглатывал, как беспомощного цыпленка, а лишь толкал. Не исключено, что случайно. А потом вдруг умер от одного булавочного укола - сплошное издевательство над логикой!
В фильме сражение Гаррика с василиском, несмотря на возможности тогдашней компьютерной графики, тоже выглядело ненатурально, а сам большой змей казался обычной куклой… Коей на деле и являлся, поскольку создатели картины поскупились и не занесли денег мастерам нулей и единичек. Но сейчас передо мной возвышался древний исполин. Грозный и могучий, подавляющий своим величием и силой, одним только видом пробуждающий у меня острое желание развернуться и поскорее убраться из его логова.
- Ты рассбудил меняхх… - констатировал змей, свернувшись кольцами и нависая надо мной. – Ссачем?
«О, пошел диалог!» – обрадовался я и прошипел:
- Ты помнишь Тома, Наследника своего хозяина?
После небольшой паузы, за время которой мое сердце успело опуститься на уровень копчика, василиск выдал:
- Дахх… Он любил рассговаривать ссо мной… Рассказывал много интерессного… Но когххда я оххкаменил ту маленххкую глупую змейкху, пересстал прихходить… И я сснова засснул…
- Том рассказал мне о тебе, - радостно проинформировал я гиганта. – Поэтому я решил проведать тебя и принести немного сытной еды.
- Едахх! – оживился змей. – Я очшшень голоххден! Сскорее, дай мне еду-сс!
Сорвав с шеи сумку, я вытряхнул из нее одну свинку. Наложенное вчера заклинание сна давно слетело, поэтому животное огласило Тайную Комнату недовольным визгом. А в следующий миг меня мощным ударом откинуло к статуе. Растянувшись на холодном граните, я наблюдал за тем, как царственный змей, поудобнее перехватив пастью отчаянно верещащую хавронью, заставляет ее погрузиться в глубины своего тела. Что удивительно, я не просто не смог отреагировать на рывок химеры, а даже не успел его заметить! Как, в случае чего, мне забрасывать гранату в пасть змея, если его рефлексы на порядок превосходят мои?
- Ссытная едахх! – удовлетворенно прошипел змей, проглотив свинью.
- У меня есть еще, - объявил я, поднявшись на ноги и потирая бок, на который пришелся удар. – Ты только не толкай меня больше. Я хрупкий, могу сломаться.
- Хорошшо, - пообещал фамильяр Салазара, за что был награжден еще одной свинкой, которая последовала за первой.
Животные появлялись из моей сумки и исчезали в пищеводе крайне довольного василиска. Химера окончательно сбросила с себя оковы многолетнего сна и стала более активной. Ее глаза горели желтым внутренним огнем, а кончик хвоста вилял из стороны в сторону, словно у домашней собаки, радующейся вниманию хозяина. Да и мыслительная деятельность активизировалась. Пока я лихорадочно прикидывал, как лучше перейти к озвучиванию своей скромной просьбы, умявшую очередную, восьмую по счету свинью, змей облизнулся раздвоенным языком, подполз поближе, уставился на меня пронзительным взглядом и внезапно спросил:
- Тебе шшто-то нушшно от меняхх, говорящщий?
- Да. Твой яд, - ответил я, не став ходить вокруг да около.
Поразмыслив немного, василиск объявил:
- Я ссоглассен дать тебе ссвой яд. Насследник тошше проссил, но он никххогда не кормил меняхх такхой вкуссной едой-сс!
- А ты уже насытился? – уточнил я, мысленно отбросив идею прикрепить гранату к последней свинье.
- Дахх. Но дессерт никоххда не помешшает!
Эта фраза заставила меня выпасть в осадок. Получается, разум древнего змея практически не уступает человеческому! Он может оперировать сложными понятиями и способен анализировать ситуацию в долгосрочной перспективе. Гигант передо мной – не глупая боевая химера, а полноценный фамильяр, за долгие годы жизни с хозяином успевший впитать его знания и некоторые привычки… Или же, подобно Нагайне из канонной истории, василиск носит в себе крестраж Слизерина?