Страница 24 из 75
Глава 18. Полина
— Это точно она, — настаиваю я. — Поверьте, я знаю, о чем говорю. Мой брат всю жизнь мучается аллергией на кошек.
Максим Андреевич с задумчивым выражением лица разглядывает кота, который, словно поняв, что сейчас будет решаться его судьба, появляется в кухонном проеме и спешит к огромному холодильнику цвета металлик. Новиков снова громко чихает.
Мы сидим за круглым столом на кухне и пьем чай из больших кружек. Вот это начало дня…
Проснувшись утром, я осознала, что даже не поблагодарила шефа за то, что он решил приютить найденного кота, и испытала жуткий стыд. Хотела обойтись благодарностью по телефону, но мой звонок остался без ответа. Решение нашлось само — я быстро собралась и поехала в зоомагазин. Накупив разных кошачьих принадлежностей, я поняла, что не рассчитала свои силы, и пришлось вызывать такси.
Я не предполагала, что мужчина пригласит меня подняться в квартиру. Надеялась, что он выйдет на улицу, я его поблагодарю, передам пакеты и откланяюсь. Но, разумеется, я была бы не я, если бы все прошло по намеченному мной плану. Поэтому я сейчас сижу за столом на кухне у Новикова, прячусь за огромной кружкой с чаем и сгораю со стыда от воспоминаний о совместном душе с Максимом Андреевичем. Если бы не орущий кот, я бы, несомненно, взволновалась, оказавшись в одной душевой кабинке с привлекательным мужчиной. С харизматичным, обаятельным, соблазнительным… шефом. Вот блин! С другой стороны, если бы не кот, я бы и не очутилась в такой ситуации.
— Я сказал что-то смешное? — интересуется Новиков, заметив мою глупую улыбку.
— Нет, — стушевавшись, я опускаю голову. — Просто утро выдалось… насыщенное.
— Это точно, — теперь настала очередь шефа ухмыляться. — Взбодрил нас Полкан.
— Кто?
— Кот.
— Вы назвали кота Полканом? — давлюсь я чаем.
— Поверь, я тоже не в восторге, — ржет Новиков, — но он сам выбрал имя.
— Чего? — икаю я.
Я хихикаю, и чай идет носом. Хватаю салфетку и начинаю смеяться так, что живот моментально сводит в болезненном спазме.
— А как ты материлась! — подливает масла в огонь шеф. — Я, право, восхищен!
Я хохочу еще громче и хватаюсь за стол, салфетка летит на пол. Из моих глаз катятся слезы, я не могу сделать ни единого вдоха. Я понимаю, что вот-вот потеряю сознание от недостатка кислорода, но продолжаю смеяться.
— Ой, не могу, — стону я, задыхаясь. — Спасите. Я и сама не догадывалась, что знаю такие слова.
Со смехом уходит все напряжение и отступает неловкость. Я, наконец-таки, успокаиваюсь и делаю глубокий вдох. Максим Андреевич с доброй полуулыбкой наблюдает за мной.
— Еще чаю? — спрашивает он.
— Нет, спасибо. Я, наверное, пойду, — отвечаю я и перевожу взгляд на кота. — Что же с тобой делать, рыжая ты морда? Здесь тебя оставлять нельзя.
— Есть идеи?
— Ну… — растерянно произношу я. — Попробую отвезти к подруге. Если она откажется взять кота, тогда и буду думать, что делать с ним дальше.
Максим Андреевич отпивает остывший чай из кружки и облокачивается на стол, в задумчивости отбивая какой-то ритм пальцами по столешнице. Я поднимаюсь с места, споласкиваю кружку и ставлю ее на решетку раковины, после чего задвигаю стул, намереваясь уйти.
— Сядь. Жди здесь, — останавливает меня Новиков, а сам берет со стола свой телефон и уходит в комнату.
Пока шеф отсутствует, я мою вторую кружку и оставляю ее сушиться рядом с первой. Обвожу взглядом просторную современную кухню, где невооруженным глазом видна рука дизайнера. На стенах темно-коричневый, искусственно состаренный кирпич, на полу — бежевая однотонная плитка. Вдоль двух стен углом расположен черный матовый гарнитур с глянцевой варочной поверхностью и встроенной духовкой. На столешнице из светлого дерева — кофемашина и белый электрический чайник. Свет от окна падает на круглый стол с черными ножками, вокруг которого расставлены четыре светлых, обитых мягкой замшей, стула. Из любопытства заглядываю в холодильник. Сок в кувшине, молоко, сыр, мясная нарезка, овощи — в общем, ничего интересного, все как у всех.
— Я договорился, — раздается у меня за спиной голос Максима Андреевича, я быстро закрываю холодильник и разворачиваюсь к нему. — Отвезем кота к моим родителям. Там сад, свежий воздух, ему понравится.
Отвезем? Он хочет, чтобы я поехала с ним?
— Поедешь со мной? — словно читая мои мысли, задает вопрос шеф.
— Я? — в недоумении смотрю на него.
— Ты, — кивает мужчина. — Я не смогу держать его на руках, будучи за рулем. А сам он всю обивку мне подерет.
Хотела бы я провести с ним день? Признаю, хотела бы. Мне доставляет удовольствие общество Максима Андреевича. Он приятен мне как собеседник и как… мужчина? От этого осознания я замираю и в немом ужасе взираю на шефа, словно вижу его впервые в жизни. Прислушиваюсь к новым для себя ощущениям, пробую их на вкус. Интересен? Еще как. Нравится? О, Господи.
— Не переживай, к вечеру вернемся, — по-своему трактует мое замешательство Новиков.
В свете открывшихся обстоятельств, знакомство с родителями шефа стало видеться мне несколько иначе. Что они обо мне подумают? А если я им не понравлюсь? Ах, черт, ладно. Была, не была. Ничего страшного не случится. Подумаешь, родители. Чего это я, в самом-то деле. Мы просто привезем им кота и уедем, они даже разглядеть меня не успеют. Да.
— Так что? — не унимается шеф.
— Поехали. Только Ваша машина осталась у офиса, — напоминаю я ему.
— Подстава! — ругается Новиков. — Значит, сначала за машиной.