Jack O'Lantern

18. Рука славы

-Прахадите, прахадите! Уникальни товар. Уникум! Уникум!- выкрикивал худой жилистый продавец, время от времени отирая коричневой рукой влажный от жары пот. Он размахивал головой точно игрушечный чёрт из табакерки, выглядывая в разношёрстной толпе туристов.

-Золото. Настоящее золото!- вторил ему другой продавец, стреляя глазами по путешественникам, что сошли с лайнера.

-Фрукты! Свежайшие фрукты!

-Шелка! Ткани! ... Засахаренные фрукты! М эхед, чистейший как слеза!

-Гарри, я так устала.- недовольно сморщила нос Альма, приподняв край длинной кружевной юбки-Здесь одна пыль и грязь, и это проклятое солнце! -в сердцах бросила она, поспевая за новоиспеченным супругом. Богатая и капризная, единственная дочь четы Тода и Джеммы Банкрофтов, в свои тридцать лет она, наконец -то, к великой радости престарелых родителей, решилась выйти замуж. И если в пору её молодости старик Банкрофт был бы в ярости, увидев, что ее мужем стал смазливый оборванец без гроша в кармане, явно нацелившийся на их деньги и империю, то сейчас же , скрипя зубами, произносил тосты на их свадьбе, желая почти в каждом не затягивать с внуками. Альма стыдливо улыбалась, отчего ее вытянутое "лошадиное" лицо, о котором не язвил только ленивый в их кругах, становилось хоть немного благовиднее. Даже её двородный брат, Томас, буйного нрава молодой человек двадцати лет, что жил у них почти сызмальства , был гораздо симпатичнее сестры, о чем не раз со смехом ей заявлял.

Гарри Уитмор, красивый и полный сил мужчина двадцати восьми лет, лениво шёл впереди, почти не слушая супругу. Уверенный в себе, в своей неотразимости для женщин едва ли не с пятнадцати лет, он как никто другой знал, что показное пренебрежение днём вкупе с диким страстным сексом по ночам сделают из любой женщины, даже такой холодной как Альма, дурочку, что потеряет голову от страсти и любви. Впрочем, даже его стальные нервы измотали её капризы и требовательность, и он почти отчаянно думал, как ускорить план - получить капиталы Банкрофтов так, чтобы ни один человек не смел и мысли допустить о том, что он всё продумал заранее. Что он, Гарри Уитмор, и есть причина того, что Банкрофты оставили этот бренный мир...

-Колдовские артефакты! Подходите! Станьте хозяином своей судьбы! - донёсся звучный женский голос из гомона разношёрстной толпы. Гарри обернулся, мазнув глазами по перекошенному недовольством лицу супруги, и стал выискивать, откуда же звучит столь странное предложение. Но среди цветастого изобилия было сложно найти того, чье предложение заставило его сердце отчаянно забиться.

И вдруг его взгляд упал на небольшой полуразвалившийся домик с забитым досками окном и грязными ветхими тряпками вместо двери. Отчего-то мужчину сильно потянуло туда, словно само провидение решило помочь.

-А ещё здесь невероятная духота!- донёсся до него обрывок визгливой жалобы жены. Но стоило ему обернуться к ней и посмотреть одним из своих фирменных высокомерных взглядов, как Альма тут же подобралась и слегка извиняющимся тоном произнесла:

-Солнце. Я всегда так реагирую на жару. - пот каплями струился по её лбу и шее, покрасневшее лицо не спасал даже тонкий кружевной зонтик, в который она вцепилась обеими руками.

-Давай я провожу тебя в каюту, любовь моя?- нежно улыбнувшись, Гарри склонился над ней. Женщина растаяла:

-О, это было бы очень мило. А ты? - она расстегнула пару верхних пуговиц на платье и принялась обмахиваться рукой в белой перчатке, точно какая-то портовая девка, а не наследница громкой фамилии. Впрочем, это Гарри было неважно - быть его женой Альме оставалось недолго.

-А я пройдусь, посмотрю на город. И...- он загадочно улыбнулся- Я хотел бы подарить своей красавице-жене что-нибудь достойное её красоты.

Хоть Альма и была весьма неглупа, но даже она не устояла перед открытой лестью. Ещё больше покраснев, она захихикала как девочка:

-О, дорогой. Право же, не стоит.- но, вопреки словам, с небывалой прытью подала ему руку и почти потащила за собой на лайнер. Где тут же нашла и принялась отчитывать пару юных служанок, взятых в путешествие. Отчего они не предусмотрели, что будет такая невыносимая жара, и не отговорили её от выхода в город? Девицы, смущённо потупившись в досчатый пол, не смели и слова молвить о том, что она сама велела им не появляться до обеда, желая уединения с мужем. А еще- о том, что они, не выезжавшие раньше за пределы Америки, и знать не могли, какая погода стоит в такое время в Египте.

Наспех поцеловав жену, Гарри поспешил обратно, поддавшись неведомой силе , что словно магнитом тянула его в ветхий домик. Точно марионетка, управляемая неведомым хозяином, шагал он, не замечая ничего вокруг себя.

Наконец, Гарри заблудился, несколько минут плутая на площади. Настырные торговцы стали раздражать, и мужчине пришлось повысить голос на некоторых особо наглых. Наконец, добравшись до заветного дома, что показался разморенному жарой и долгими поисками Гарри подобием миража посреди пустыни, он постучал по окрашенной осыпающейся побелкой стене, но вошёл тут же, не дожидаясь ответа. В нос сразу же ударил тягучий тяжёлый аромат масел, дурманящий и сильный.

Внутри помещение было намного больше, чем казалось снаружи. Вдоль стен тянулись ряды ветхих полок с пучками трав, книгами, мутными склянками и прозрачными шарами- бутафория для обмана скучающих богатеньких туристов. Внезапно, Гарри точно взглянул на себя со стороны - до чего он докатился?! Что он здесь делает? Тотчас развернувшись, он было направился к выходу, минуя ветхий деревянный стол, как вдруг спиной ощутил чей-то пронзительный тяжёлый взгляд.

-Ты не сможешь осуществить задуманное без моей помощи.- лениво, точно насмехаясь, протянул всё тот же женский голос. Обернувшись, Гарри увидел простую женщину средних лет в темной одежде. Тяжёлый взгляд её темных глаз точно насквозь пронзал, под ним было неуютно. Да ещё обстановка вокруг, слова- поддаться на дешёвые бредни жадных до денег местных мошенников? Он считал себя гораздо умнее. Или же к нему был применен какой-нибудь гипноз? Что-то подмешали в бокал с лимонадом в ресторане на площади, куда они с Альмой зашли в самом начале? Тихо хмыкнув, Гарри зашагал к двери, кляня на чем свет стоит этот бессмысленный день.

Уже у двери его вновь настиг голос:

-Если ты желаешь стать единоличным владельцем состояния Банкрофтов, то никто не в силах помочь, кроме меня.

Мгновенно развернувшись, Гарри ринулся к женщине, ухватив большой пятерней её горло:

-Кто сказал тебе об этом?! Отвечай! Откуда ты знаешь?!- его безумный взгляд метался между побелевшим лицом женщины и входом. Нужно бежать. Неужели Альма прознала о его планах? Вполне в её духе вот так поиздеваться напоследок, перед тем, как сдать его властям.

Разжав пальцы, он оттолкнул женщину от себя, вцепившись руками в волосы- если все так, как он думает, то бежать нет смысла. За ним, скорее всего, следят...Но тут снизошло спасительное озарение - да ведь о Банкрофтах даже за океаном прекрасно знали! Что удивительного в том, что весть о путешествующих на лайнере дочери и зяте чертова старика Тода разлетелась в порту быстрее, чем тонкие деревянные веера, что продают у трапа загорелые местные мальчишки.

-" Золотые крылышки у майского жука. Сон несут детишкам в золоте бока". - донеслось из угла, где несчастная женщина приводила себя в порядок. Что за...Откуда она....-Да, Гарри. Я знаю то, что неведомо более никому. Вспомни, как Маргарет рассказывала тебе о золотой соннной пальце, что разносит на своих быстрых крылышках майский жук.

Гарри замер, не в силах поверить в услышанное - его старшая сестра, Маргарет, заменившая мать, что умерла так рано, пела эту песенку ему, когда они дрожали от холода в неотапливаемой хижине, прижимаясь друг к другу. Самым страшным кошмаром Гарри в те дни были две вещи- крысы, снующие изо всех щелей, и то, что его найдут и заберут в приют. Но милая Маргарет обещала, что пока она жива - этого не произойдет. И она сдержала слово...