Страница 13 из 19
– Нет необходимости, – наконец повернул свой взор в ее направлении, она стояла слишком близко. – Фарс окончен. В нашей семье не найдется для вас подходящей партии. Мой брат, вас не заинтересовал по всей видимости, а вы не заинтересовали меня, – слезы блеснули в ее глазах на мгновенье. Она поджала без того напряженные губы, сжала в руках ремешок сумки, вдавив его в плечо черного пальто в пол, из-под которых торчали острые носы сапог. Волосы заколоты сзади в пучок..
– Я вас поняла, – отвернулась она и вышла.
Я, выдохнув, с трудом присел, спустил руками ноги, просунул их в тапки, cтоящие перед койкой и медленно поднялся. Сделал четыре шага, встал перед окном, потянул за веревку и жалюзи поднялись, но в палате светлее не стало. Шквалистый ветер сносил последние листья с деревьев, вбивая в грязь, поднимал наверх, кружил-кружил и швырял на землю. Как и меня судьба.
Низкие тучи, частично облака.
Одиннадцать утра, а впечатление, что шесть вечера. В отражении разглядел тонкие яркие и правда словно налитые кровью губы, а раньше они были бледно-розовые. Перемены в организме стали появляться уже в тот день, когда бабка рассмотрела такой контраст на лице или возможно раньше.
Разделил лицо ладонью, словно два разных человека передо мной, одна половина проста и великодушна, а вторая, с голубым глазом сложна и заносчива. Вспомнил кошку бабушки. Не помню, как звали, но ее морда была наполовину рыжей, наполовину черной. На рыжей половине светился зеленый глаз, на черной ярко-голубой. Это были противоположные стороны одной личности. Однажды она ушла и не вернулась, наверное, как и все кошки, у которых не ограничена свобода.
Мне казалось, я жертва, какого-то эксперимента или герой фэнтезийной книги подростка. Где автор никак не щадит главного персонажа. Но сейчас игрой воображения, наказывали реального человека… Вот так я чувствовал себя, раздавленным червяком.
Пытался вспомнить, говорил ли кто-то из членов семьи имя «Клара». Говорила Агния, что в восточной части особняка есть злая рыбка, Клара. О, какое совпадение!
Наматывал по палате привычные круги отсчитывая плитки. Запоминая каждый скол и неровность. В детстве запоминал все формы камней наступая на них босиком. Это, как заметить изъян на идеальной поверхности и понимаешь, даже самая искусная ложь разобьется, если задать один честный вопрос.
Мне нужно поговорить с каждым членом семьи по-отдельности. Ведь управляющий меня сопроводил в ее кабинет. Да, точно, и фельдшер написал ее адрес. Да, она была, есть, она трогала мою шею ледяными пальцами, курила и выдувала дым мне в лицо. Это же была реальность. Будучи скептиком до мозга костей, я не верил в то, что это казалась, мерещилось. Галлюцинации?
«Вы же не умрете от передоза» – спросила она два раза. А третий, я не помню в парке. Она ведь могла мне подсунуть, что-то, она реальна, а вдруг это подосланный человек? Зачем это их семье? Они знали, что я болен и был идеальной кандидатурой, чтобы овдовела Агния, и миф об их проклятых женщинах поднял их рейтинги на рынках? Да, так и есть!
После небольшого логического анализа, мне стало куда легче дышать и стоять на ногах. Чтобы убедиться, надо было действовать последовательно.
Поговорить с управляющим. Узнать реальную причину смерти их мужчин, были ли они больны до знакомства с ведьмами. И самое главное, найти Клару, которой с их слов не существует.
Еще три дня в заточении и свобода..
Обновленный я, вышел из фойе клиники, уверенный в том, что сейчас на такси поеду в Южные Липки, в свою квартиру. Но не успев порадоваться машина с водителем женщины, которая дала мне жизнь остановилась передо мной.
– Алла Богдановна велела вас встретить и отвезти в особняк, – сказал он, опустив стекло.
– Передайте Алле Богдановне, что в ее услугах я больше не нуждаюсь. Перешел по пешеходной и направился через парк к остановке.
На таких незначительных обидах я рос и думал, мама – права, папа – виноват. Виноват – я, бабушка, и никак не мама, мама – всегда права. Но мама сожалеет, что дала жизнь мне. Не понадобился я никому больной от рождения. Итог, папа спился и умер, бабушка, которая овдовела через год после рождения папы, пережила своего сына на четыре года, который ушел из жизни из-за такого сына, как я.
Я сожалею, что рожден таким. Но если я жив еще, значит cмерти я не нужен. Хотя, из опыта жизни и окружающих меня людей, миф – «Бог дает трудности, зная, что выдержишь». Никто не выдержал, много людей выбравшись из болота жизни, которые вот-вот должны были начать жить – умирали. То есть, были рождены – умереть, не ощутив вкуса жизни. Я не говорю об удачливых исключениях..
А то, что произошло с моими диагнозом, самая большая загадка. Если таинственная Клара и ее иcчезновение поддается объяснению, то чудо излечившегося частично порока меня пугает. Дойдя до остановки, я, опустив руки в карманы пальто, вспомнил, что ключи не забрал.
– Проклятье!
На такси, вынужденно, направился в дом родительницы.
Улицы и крыши домов застелил туман. Серые будни и я стали верными соратниками. Эта тьма рассеется лишь с приходом весны. Главное, не оглядываться назад, не цепляться за обиды, доказать всем, что психиатр нужен им cамим.
Калитка высоких ворот снова болталась на ветру. Я вошел во двор, наклонив голову. На задней веранде пусто. Постучал во входную дверь. Никто не открыл. Дернул ручку, дверь открылась, я медленно, вошел шаг за шагом..
– Богдан, Богдан, – никого.
Прошел в гостиную, кухню, столовую – никого.. Поднялся наверх, вошел в свою временную спальню, достал чемодан из шкафа и начал закидывать вещи, которые забрал из квартиры, свои. Пошарил в шкатулке, стоящей на прикроватной тумбе, ключи не обнаружил. Поискал в комоде, нигде нет. С чемоданом спустился вниз и открыв дверь, увидел перед собой женщину, которая навестила в больнице один единственный раз.
– Сбегаешь, как воришка?
– Из того, что могло принадлежать тебе, забираю только себя, – заявил я.
– Ты сильно похудел, лицо вытянулось, осунулось, глаза ввалившиеся, – протянула она ладонь.
– Я бы поверил в твою доброту, если бы не слышал того разговора. Вы как крысы в норе делили шкуру неубитого медведя. Ваши лица, ваши взгляды, – поджал я губы от обиды, но не позволил эмоциям вырваться и повысить голос.
– Артем..
– Вот именно Артем, а не сынок, не сын, просто – Артем.
– Так и будем стоять в дверях? – выскользнуло из ее дрожащих губ.
– Психиатра нашла мне? – не выдержал я. – Ты действительно, считаешь, что я имел возможность не слышать ваш разговор с Агнией?
– Эта девушка, действительно прониклась к тебе теплыми чувствами..
– Какими чувствами? Название им есть.. – прикрикнул я.
– Почему ты такой агрессивный!?
– Мне сверху уже знаки подают: Артем, беги, спасайся! Я уже ослеп на один глаз за неделю жизни с тобой. Дай пройти, – потребовал я и отвел глаза с ее обиженного лица.
– Подумай, стоит ли из-за обид разрушать будущее? Забудь тот разговор..
– Какое будущее? – не выдержал я. – У меня его нет, ровно, как и прошлого и настоящего, – улыбнулся. И почувствовал, как струя покатившейся слезы обожгла лицо, не ожидал от себя, но эмоции одолели. – Что нас держит на плаву? Тепло! Чувства, воспоминания, у меня этого нет! Я сегодня блуждаю в чужом мире. Я здесь никто, не состоявшаяся личность! У которого из образования, только колледж и одиннадцать классов школы, которые я пропускал по состоянию здоровья. Друзья? Нет, я рос в плохой компании. Где группа девочек могла избить ногами одноклассницу, чтобы понравиться парню. И это оставалось безнаказанным, – выдохнул я. – Били ли меня? Да, по лицу, считая его слишком белым, но не били по животу и груди, боялись, что умру! Папа закладывался с утра до ночи. Бабушка, на рынках торговала овощами, в каждое время года при любых погодных условиях, без выходных и праздников. Возвращалась за полночь и начинала искать пьяного сына по кабакам и барам, а однажды и вовсе не нашла. – Остановился я, заглотнув воздух. – Он ушел зимой, и не вернулся, не попрощался. Упал на кладбище, уснул и замерз первого января в день моего рождения. Навсегда! А мама, в это время припеваючи жила в Австрии, с третьим мужем, в замке какого-то герцога. Пила игристое и ела виноград. На отступные после развода со вторым мужем. Какая изящная параллель верно? Какая душераздирающая параллель, да!? Спасибо бабушке, помои не ел. А сейчас, о, Артем ты таак похудел. Ха-Ха!