Страница 10 из 91
— Ладно, — сказал он, потянувшись, — помедитировали и хватит. Переходим к безудержному веселью.
— Пицца и приставка, очень безудержно, — Миля закатила глаза.
— И красивые девушки, — сказал Даня, подавая Миле руку.
— Ну ладно, — Миля поднялась с дивана и вертляво покрутилась перед ребятами.
— И как ты только на таких каблуках ходишь? — спросил Даня, глядя на Милины ноги.
— Она и не ходит, она ковыляет, — сказал Петя, за что получил от Мили локтём в область рёбер. Он рухнул на диван и сделал вид, что бьётся в агонии от боли.
— Дурак, — со смехом сказала Миля.
— Очень спорное заявление, дорогая, — Петя подскочил с дивана, закинул руку ей на плечи, и ребята направились к шкафчикам.
Глава 4. Староста
ВАНЯ
На следующий день Ваня подошёл к школе рано, в полвосьмого утра, но она уже была открыта. Удивленному Ване охранник сказал, что официально двери школы он открывает в семь, а иногда ещё раньше. Ваня кивнул и пошёл к своему шкафчику, думая о том, как всё-таки здесь классно. Он тихо переоделся и направился по тёмным коридорам к кабинету русского, который сегодня был первым уроком. Там он уютно устроился на диване напротив кабинета, зевнул и провёл рукой по глазам. Он почти не спал сегодня.
Вчера после школы он пришёл домой, поужинал с мамой, потом помог ей оформить бесконечные документы для работы и сел за алгебру. К счастью, расправился он с ней довольно быстро, а вот с английским пришлось ковыряться гораздо дольше. Потратив полтора часа на эссе и ещё час на то, чтобы разобрать в учебнике текст наперёд, чтобы не сильно позориться на следующем уроке, Ваня уже почти ничего не соображал, но взял учебник по русскому. Да, его освободили от ДЗ, но он решил, что всё равно выучит текст. Не нужны ему подачки от Яны. Сергеевны. И халява тоже не нужна. Он выучит и напишет вместе со всеми.
Но сейчас, полулёжа на диване и глядя на тёмные двери кабинета, он почти был готов отругать себя за тупую гордость — ничего бы не случилось, если бы он воспользовался шансом и лёг спать пораньше. К тому же, выучить текст можно было и сейчас, раз уж он всё равно пришёл рано. Это была его старая привычка, он с начальных классов любил приходить самым первым. В его старой школе ранним утром царила особая атмосфера тишины и таинственности, и Ваня не мог упустить шанс проверить, как в этих хоромах обстоят дела до начала уроков. Он прислушался: ни звука. Свет нигде не горел, в воздухе витал лёгкий запах новой мебели. Да. Ему нравится. Ваня прикрыл глаза и продолжил наслаждаться тишиной.
По всей видимости, в какой-то момент он отключился, потому что следующее, что он услышал, это шаги совсем рядом с ним. Он открыл глаза, и в лицо ему ударил яркий свет фонарика, отчего Ваня спросонья резко соскочил с дивана. Поблизости кто-то коротко вдохнул, и послышался звук падающих вещей. Свет тут же погас, и снова стало абсолютно темно. Ваня сделал несколько шагов вперёд. После яркого фонарика перед глазами мелькали разноцветные пятна, среди которых он увидел чей-то силуэт.
— Кто здесь? — спросил девичий голос.
— Яна Сергеевна?
— Да.
— Это Ваня Низовцев.
— А, Ваня… — произнесла она с явным облегчением. — Ты меня ужасно напугал, у меня, должно быть, пульс двести сейчас. Я уронила ключ и телефон, ничего не вижу.
— Где включается свет в коридоре? — спросил Ваня, пытаясь разглядеть что-то в темноте.
— Если бы я знала, я бы не шла сюда с фонариком, — проворчала Яна и, кажется, присела на корточки. — Где же этот ключ?
Ваня тоже опустился и зашарил рукой по полу. Но вдруг подумал, что это слишком похоже на сцену из какого-нибудь банального фильма, когда их руки неожиданно соприкасаются, поэтому тут же поднялся и пошёл обратно вдоль стены к дивану, чтобы достать из портфеля свой телефон. Через минуту коридор осветил луч от телефонного фонарика. Ваня обернулся. Яна сидела на корточках и прикрывала глаза рукой от света. Ваня посветил фонариком на пол и увидел ключ, который откатился немного в сторону, подошёл, поднял его и протянул Яне.
— Держите, — сказал он и вложил ключ в протянутую ладошку.
— Спасибо. — Яна подняла с пола свой телефон и посмотрела на неработающий экран. — Надеюсь, он не умер окончательно…
Вздохнув, она бросила мобильный в сумку, поднялась и подошла к своему кабинету. Ваня направил фонарик на дверь, Яна её открыла и, зайдя внутрь, щёлкнула по выключателю. Они оба зажмурились от холодного яркого освещения. Неожиданно она снова погасила свет.
— Подсвети мне пожалуйста сюда, давай включим что-нибудь менее убийственное.
Ваня хмыкнул и зашёл за ней в класс. Они прошли к её рабочему столу, где Яна включила настольную лампу. Приглушённый тёплый свет залил часть класса.
— Да, так гораздо лучше, — сказала она и повернулась к Ване. — Спасибо ещё раз.
— Не за что, — он слегка пожал плечами и выключил фонарик.
— А ты что здесь делаешь так рано?
— А вы что здесь делаете так рано? — в тон ей спросил он и почувствовал себя немного глупо, обращаясь к ней на «вы».
— Я люблю приходить рано, школа по утрам совсем другая. Люблю её такую… такую…
— Мрачную? — спросил Ваня.
— Я хотела сказать «спокойную», но, боюсь, что из-за тебя у меня теперь новая фобия.
Ваня фыркнул.
— Может, у меня теперь тоже фобия.
— Это какая же?
— Ну знаете, жутковато, когда в темноте кто-то подкрадывается и светит фонариком прямо в лицо.
— Я не подкрадывалась! И кто ж знал, что здесь кроме меня ещё кто-то есть. Так почему ты пришёл в такую рань? Вроде бы для утренних исправлений оценок ещё рановато, всего второй учебный день.
— Да просто так. Подумал, почему бы не прийти в школу в семь утра, — ответил он.
— Да, я тоже так решила, — хихикнула Яна и начала выкладывать вещи из сумки.
Ваня пару секунд помедлил и всё же решил задать вопрос, который не давал покоя со вчерашнего дня:
— Почему вы сразу не сказали?
— Что не сказала? — Яна замерла с ежедневником в руке.
— Что вы учитель.
Она не спешила с ответом — положила ежедневник на стол и продолжила рыться в сумке. Потом задумчиво проговорила:
— Не знаю. Наверное, растерялась от того, что ты принял меня за ученицу.
— А за кого ещё вас можно принять, когда вы выглядите максимум как наша одноклассница.
— Спасибо.
— Вы ушли от ответа.
Яна вопросительно подняла бровь.
— Вчера, у зеркала. Вы ушли от ответа. Вы специально не стали представляться. Почему?
— Решила не смущать тебя исправлением, что ко мне нужно обращаться на «вы». Было бы неловко.
— А так конечно не неловко, — хмыкнул Ваня.
— Может, самую малость. Зато теперь мы выяснили, что я твой учитель, а не друг.
— Ну уроки вы ведёте вполне по-дружески.
— С чего ты взял?
— Я же был вчера на уроке. Причём в полном сознании.
— Один урок вряд ли может многое сказать об учителе.
— Ошибаетесь, — ответил Ваня, вспомнив очарование Тамары Загировны. — Хорошего учителя видно сразу.
— Что ж, я рада, что произвела положительное впечатление. Для меня это важно, не хочу, чтобы меня боялись.
Ваня подавил смешок, только слегка улыбнулся, но Яна это заметила.
— Ты что, смеёшься надо мной? — Она подняла брови и тоже улыбнулась.
— Не над вами, а над вашими словами. Не хочу вас расстраивать, но вы выглядите совсем не устрашающе.
— А как я выгляжу?
В голове у Вани быстро пронеслось «мило-красиво-привлекательно», но, слава богу, вслух он сказал:
— Как хороший учитель.
Яна посмотрела на него скептически. Ваня переступил с ноги на ногу, потом достал телефон.
— Ну, я пошёл.
— Куда?
— В научную экспедицию. Поищу, где в коридоре включается свет.
— Не уверена, что твоя экспедиция может считаться научной, но желаю удачи.