Страница 10 из 10
Но им надо было идти дальше. Толпа расступалась, и человек в сером остался позади. Там, за собравшимися, на полупустой площадке стояли автобусы, машина скорой, и почему-то черный полицейский воронок. Он-то здесь зачем?
У Бориса как-то странно похолодело в груди. В голове шевельнулись нехорошие подозрения. В ногах пропала былая уверенность. Рядом с воронком появились две крупные фигуры в касках, обвешанные бронежилетами и с автоматами в руках. Борис интуитивно замедлил шаг. На него наскочили Странник и Нараьян. Извинившись, Борис пропустил их вперед, а сам дернулся в толпу. Люди расступились, и он начал быстро пробираться между ними, стараясь уйти прочь от того места, где стояла полицейская машина.
Борис расталкивал людей, желая убраться отсюда как можно быстрее и дальше. И вдруг он почувствовал, как кто-то крепко схватил его за плечо. Борис дернулся. Но тут же его левую руку тоже кто-то сжал. Ноги Бориса подкосились, и он начал заваливаться. Но чьи-то сильные руки не дали ему упасть, поставили его ровно.
Перед Борисом возник тот самый человек в сером.
— Полковник Смирнов, — представился он, показывая удостоверение. — Борис Геннадьевич Рябинин? Вы арестованы.
В этот момент на запястьях Бориса щелкнули наручники. Двое здоровяков в штатском встали по бокам, придерживая Бориса за локти.
— Отведите его, — сказал Смирнов.
Люди перед ними расступились. Борис увидел стоявших неподалеку Оксану, Странника и Нараьяна. Он встретился с Оксаной взглядом, и ему стало не по себе. Она ничего не говорила, но он словно слышал ее голос: «Это ты убил его». «Неужели она все знает?» — в ужасе подумал Борис и отвел глаза. Крепкие руки здоровяка подтолкнули его в спину, заставляя идти к полицейской машине.
Его увели. Оксана оставалась стоять с Нараьяном и Странником. Она наблюдала, как закрылась дверца воронка за спиной Бориса, а затем оседала пыль на дорогу, по которой укатила машина. Оксана обернулась к башне, внутри которой они только что спускались. Сетчатая шахта уходила далеко в небо, превращаясь в невидимую нить. Солнце слепило глаза и напоминало о том, что где-то там, где начинается космос, остался Эдуард Львович Ростиславский, создатель невиданного лифта, пусть ненамного, но приблизившего людей к манящим и недостижимым звездам.