Страница 52 из 177
Тогда Чингисхан сказал так: «Если вы желаете провести свою жизнь в довольстве и роскоши и насладиться плодами власти и богатства, мой совет, как я только что дал вам понять, таков: пусть на трон ханства вместо меня взойдет Угэдэй, поскольку он превосходит вас здравостью рассудка и проницательностью ума; и пусть управление войском и народом и защита границ Империи осуществляются его здравомыслием и мудрыми решениями. Посему я объявляю его своим наследником и передаю ключи Империи в его доблестные и умелые руки. Каково будет ваше решение, мои сыновья, относительно этих соображений и каковы ваши соображения относительно этого решения?»
Тогда они вновь преклонили колени почтительности к земле верности и смирения и ответили языком покорности, сказав: «Кто смеет противиться воле Чингисхана и кто может ее нарушить?
/144/ Наше благо и благо наших преемников зависит от того, как исполняются наказы Чингисхана, и в наших делах мы вверяем себя его наставлению».
«Если, — сказал Чингисхан, — ваша воля находится в согласии с вашими словами, а ваш язык с вашим сердцем, тогда вы должны дать свое письменное согласие на то, что после моей смерти признаете Угэдэя своим ханом, и его приказания будут для вас как душа для тела, и что не внесете никаких изменении и исправлений в то, что было сегодня решено в моем присутствии, и не отступите от моего приказа».
Все братья Угэдэя исполнили его приказание и письменно заявили о своем согласии.
Состояние Чингисхана ухудшилось, и так как его нельзя было трогать с места, то он скончался там, где был, четвертого дня месяца рамадана 624 года [18 августа 1227 года][544].
После этого все царевичи отправились в свои земли, намереваясь в следующем году созвать собор, который на монгольском языке называется курилтай. Они прибыли в свои орды и занялись приготовлениями к этому курилтаю.
Как только холодность воздуха и свирепость мороза уменьшились и земля повеселела и возрадовалась от дуновения ласкового зефира —
— вышеназванные сыновья и их родственника послали нарочных, чтобы сообщить о смерти Чингисхана, а также о том, что во избежание причинения какого-либо вреда государству необходимо созвать собор и решить вопрос об избрании нового хана. После этого каждый оставил свою орду и отправился на курилтай. Из земель кифчакских[545] прибыли сыновья Туши, Хорду[546], Бату[547], Сибакан[548], Тангут[549], Берке[550], Беркечер[551] и /145/ Тога-Темур[552], из Куяса Чагатай, из Эмиля и Кобака-Угэдэй, с Востока их дядя Отегин, Бельгутей-нойон[553], Ельчитей-нойон[554], *Еку и *Есунгей[555], а из других мест — эмиры и нойоны, которые были поставлены повсюду. А что до Улуг-нойона и его младших братьев, то они уже находились в орде Чингисхана. Все вышеназванные люди собрались в области Келурена[556]; и когда мир заулыбался, освещаемый солнцем, находящимся в созвездии Овна, и когда подул ветер через глазницы дождевых туч —
и когда, сверх того, зацвели в лугах цветы и травы, и, дивясь на это, витютени вместе с соловьями спели сотню песен на тысячу разных ладов во славу полей и лугов,
все эмиры и нойоны вместе с войском, столь огромным, что им была покрыта вся земля и пустыня едва вмещала его множество,
и первым делом стали пировать и веселились три дня, полные радости и ликования, и не было в их самых сокровенных мыслях ни низкой лжи, ни зависти —
и после этого несколько дней говорили о делах государства и о завещании Чингисхана и читали и перечитывали письменные свидетельства его сыновей о том, что ханство должно достаться Угэдэю. Они послушались этого завета и все царевичи как один без тени злобы или неудовольствия сказали Угэдэю: «Согласно приказу Чингисхана тебе надлежит с помощью Неба вступить во владение ханством, чтобы все сильные мира сего перепоясали чресла своей жизни поясом покорности и верности и внимали бы твоим приказаниями повиновались им».
Угэдэй отвечал так: «Хотя таков был приказ Чингисхана, однако здесь находятся мои старшие братья и дяди, которые более меня достойны исполнить эту задачу, а кроме того, согласно монгольскому обычаю, наследником своего отца является младший сын из старшего дома, а Улуг-нойон и есть младший сын из старшей орды и всегда ухаживал за Чингисханом днем и ночью, утром и вечером, и видел, и слышал, и узнал все его ясы и законы. Видя, что все те живы и находятся здесь, как могу я наследовать ханство?»
/147/ Весь тот день до наступления ночи они спорили между собой весело и соперничали беззлобно. И таким же образом целых сорок дней они надевали каждый день новые одежды другого цвета[558] и осушали кубки с вином, в то же время обсуждая дела государства. И каждый день Угэдэй по-разному, точно и одновременно сдержанно выражал одни и те же чувства. Когда сорок дней истекли, на утро сорок первого —
дела всех царевичей и всех людей свободных сословий и рабов были решены, все царевичи как один подошли к Угэдэю и сказали: «Для этой задачи Чингисхан из всех своих сыновей и братьей выбрал тебя и доверил твоему суждению, что завязать, а что развязывать, что ослаблять, а что усиливать. Как можем мы допустить изменения его слова и отступления от него или его искажения и нарушения? В этот день, который, согласно предсказаниям астрологов и камов, должен быть удачным днем и подходящим и благоприятным временем, ты должен с помощью Господа — да святится имя Его — утвердиться на троне мира и украсить землю справедливостью и благими делами».
544
Согласно Юань-ши (Krause, 40), 25 августа, а заболел — 18 августа.
545
Тюрки-кипчаки, известные русским как половцы, а в Византии и на Западе называвшиеся куманами, ко времени монгольского нашествия уже 200 лет занимали господствующее положение в южнорусских степях. См. Minorsky, Ḥudūd, 315-317, Barthold, Histoire des Turcs, 88-91, Grousset, L’Empire des Steppes, 241-242. Qifchāk у Джувейни, как и использованный ранее вариант Khifchākh, очевидно, является арабской формой этого названия, тем не менее ср. с Khuch'akh и Khiwchʽakh у Киракоса и Khwchʽagh (т. е. Khywchʽagh) У Вардана (Vardan).
546
HRDW. Orda у Рашид ад-Дина и Hordu или Ordu у Карпини. Пеллио (Horde d’Or, 29-30) предпочитает написание Ördū. Орда, Хорду или Орду, старший сын Джучи, основал ханство под названием Белая Орда на территории нынешнего Казахстана. См. Grousset, op. cit., 469-470, Lane-Poole, The Mohammadan Dynasties, 226-229.
547
О Бату см. ниже, глава XXXVIII.
548
Читается SYBQAN вместо ŠYBQAN текста. Форма Sibaqan, существование которой Пеллио ставит под сомнение (op. cit., 44), возможно, является уменьшительной от имени Siban, которое также встречается у Джувейни (I, 205, в тексте в этом месте ŠYBAN). Ср. с Siban или Syban у Карпини и Stican у Рубрука. Более поздним вариантом произношения было Shiban, превратившееся в Shaiban из-за воображаемой связи этого имени с арабским племенем, носящим это название. В действительности, Siban может быть христианским именем, Пеллио (op. cit., 46-47) высказывает предположение, что это тюркская форма имени Стефан. От этой принца произошли не только некоторые правители Золотой Орды, но и тюменские цари и бухарские и хивинские ханы. См. Lane-Poole, op. cit., 239-240, Grousset, op. cit., 556-568.
549
TNKWT. Tangqut (TANKQWT) у Рашид ад-Дина (Blochet, 120).
550
BRKH. Berea у Карпини и Barca у Марко Поло. Принявший ислам Берке, как правитель Золотой Орды, был злейшим врагом ильханов Персии и союзником их заклятого противника — египетского султана-мамлюка. См. Grousset, op. cit., 474-478, Spuler, Die Goldene Horde, 33-52.
551
BRKJAR. Возможно, «маленький Берке». См. Pelliot, op. cit., 51-52.
552
TTATYMUR. Tautemur, Thautamur и т. д. у Карпини, в тексте Вингаерта (Wyngaert) ему соответствует Chucenur. Он был предком казанских и крымских ханов. См. См. Lane-Poole, op. cit., 233-235, Grousset, op. cit., 549-556.
553
BYLKTAY. Он был неполнородным братом Чингисхана.
554
AYLČTAY. Он был сыном брата Чингисхана Качиуна (Qachi’un). Другие формы этого имени — Eljigidei (Юань-ши) и Alchidai (Тайная история). См. Hambis, op. cit., 29-30.
555
Следует читать YKW W YSNKAY вместо YKWB WRKAY текста. В соответствующем месте Тайной истории (§ 269) упоминаются «царевичи Левой руки [т. е. Востока] во главе с Отчигин-нойоном, Еку и Есунгге». Еку и Есунгге были сыновьями брата Чингисханан Джочи-Касара.
556
KLRAN. Керулен. См. Pelliot, op. cit., 121, n. 1. Согласно Тайной истории, выборы проходили в районе Кодее-арала.
557
Shahnama ed Vullers, 1630, 11. 2372-2373. Вместо слова jūibār («ручей»), использованного в тексте (а также Мохлом), Вуллерс употребляет kūhsār — «горы».
558
Ср. с описанием избрания Гуюка у Карпини: «В первый день они [татары] все были одеты в белые шелка; на второй день, а это было, когда Куюук подошел к палатке, они были одеты в красные (шелка); на третий день все были в синих шелках, а на четвертый день — в тончайших балдахинах» (Rockhill, 19). Согласно Хара-Давану, белые одежды, надетые в первый день, символизировали участие в избрании хана улуса Джочи. См. Vernadsky, The Mongols and Russia, 138-139. Однако необходимо упомянуть о другом порядке, в котором появляются цвета в описании Карпини, основанном на рассказе его спутника, Бенедикта Поула, который «сообщил нам устно, что он и другой фриар видели там около пяти тысяч великих и могущественных мужей, которые в первый день избрания короля все появились одетые в балдакин; но ни в тот день, ни в другой, когда они появились в белой парче, они не достигли согласия. Но на третий день, когда они были одеты в красную парчу, они пришли к согласию и сделали выбор» (Rockhill, 37-38).