Страница 95 из 1990
— Ну, если вы больше ничего не можете нам сообщить, мистер Ле Маршан, позвольте пожелать вам всего наилучшего.
— Либо этот парень — удивительно талантливый лжец, — сказал Томми, когда они вышли на улицу, — либо он говорит правду.
— Да, — кивнула Таппенс. — Я изменила свое мнение. Теперь я чувствую, что Уна Дрейк ужинала в «Савое» тем вечером.
— Ну а мы сейчас отправимся в «Бон тан», — заявил Томми. — Проголодавшимся сыщикам пора подкрепиться. Только давай сначала обзаведемся несколькими фотографиями девушек.
Но это оказалось труднее, чем можно было ожидать. Зайдя в фотоателье и попросив снимки девушек, они получили в ответ холодную отповедь.
— Почему то, что так легко и просто в книгах, оказывается таким сложным в жизни? — жаловалась Таппенс. — Они смотрели на нас с таким подозрением. Интересно, что, по их мнению, мы собирались делать с этими фотографиями? Лучше устроим рейд на квартиру Джейн.
Подруга Таппенс, Джейн, проявила большую сговорчивость, разрешив Таппенс порыться в ящике стола и выбрать четыре снимка бывших подруг, которые спешно убрали с глаз долой, из сердца вон.
Вооруженные этим созвездием женской красоты, Томми и Таппенс проследовали в «Бон тан», где их ожидали новые трудности и куда большие расходы. Томми пришлось отлавливать каждого официанта по очереди, давать ему чаевые, а потом демонстрировать фотографии. Результат был неудовлетворительным. По меньшей мере на трех снимках официанты опознали девушек, обедавших здесь в прошлый вторник. Они вернулись в офис, где Таппенс погрузилась в изучение железнодорожного справочника.
— Поезд, отходящий из Паддингтона в двенадцать, прибывает в Торки в три тридцать пять. А друг Ле Маршана, мистер Саго, Тапиока или как бишь его, видел там мисс Дрейк приблизительно во время чая.
— Помни, что мы не проверили его заявление, — сказал Томми. — Если, как ты говорила раньше, Ле Маршан друг Уны Дрейк, то он мог выдумать эту историю.
— Хорошо, давай разыщем этого мистера Риса, — согласилась Таппенс. — Но у меня предчувствие, что мистер Ле Маршан говорил правду. Нет, я имею в виду другое. Уна Дрейк выезжает из Лондона двенадцатичасовым поездом, возможно, снимает номер в отеле и распаковывает вещи, а потом возвращается поездом в Лондон, чтобы успеть попасть на ужин в «Савой». Поезд, отходящий из Торки в шестнадцать сорок, прибывает в Паддингтон в двадцать один десять.
— А дальше? — осведомился Томми.
— А дальше, — нахмурилась Таппенс, — все куда сложнее. В полночь из Паддингтона отходит еще один поезд, но это слишком рано, она вряд ли на него бы успела.
— Скоростной автомобиль? — предположил Томми.
— Хм! — Таппенс задумалась. — Все-таки целых двести миль…
— Я всегда слышал, что австралийцы — жуткие лихачи.
— Полагаю, это возможно, — согласилась Таппенс. — Тогда бы она вернулась в Торки около семи утра.
— И пробралась в свою кровать в отеле «Касл», никем не замеченная? Или объяснила по прибытии, что отсутствовала всю ночь, и попросила счет?
— Томми, мы с тобой полные идиоты! — внезапно воскликнула Таппенс. — Ей вовсе незачем было возвращаться в Торки. Достаточно было только послать какого-нибудь друга в отель, чтобы он забрал ее багаж и оплатил счет. Тогда она получила бы оплаченный счет с нужной датой.
— Гипотеза выглядит солидно, — признал Томми. — Теперь мы должны отправиться завтра в Торки двенадцатичасовым поездом и проверить наши блестящие выводы.
Прихватив с собой портфель с фотографиями, Томми и Таппенс на следующий день оказались в вагоне первого класса, зарезервировав места в ресторане на второй ленч.
— Едва ли сегодня работают те же официанты, — сказал Томми. — Это было бы слишком большой удачей. Боюсь, нам придется несколько дней ездить в Торки и обратно, пока мы не наткнемся на ту же смену.
— Проверка алиби — нелегкое дело, — отозвалась Таппенс. — В книгах это занимает два-три абзаца. Инспектор такой-то садится в поезд до Торки, расспрашивает официантов в вагоне-ресторане, и на этом все кончается.
Однако на сей раз молодой паре повезло. Официант, принесший им счет за ленч, как раз работал в прошлый вторник. Томми привел в действие метод, именуемый им «десятишиллинговым», и Таппенс продемонстрировала фотографии.
— Я хотел бы знать, — сказал Томми, — была ли одна из этих леди здесь на ленче в прошлый вторник.
В манере, достойной лучших образцов детективного жанра, официант сразу же указал на фотографию Уны Дрейк.
— Да, сэр, я помню эту леди и помню, что это было во вторник, так как она сама привлекла к этому внимание, сказав, что вторник для нее самый удачный день.
— Пока все идет хорошо, — заметила Таппенс, когда они вернулись в свое купе. — Возможно, мы также узнаем, что мисс Дрейк сняла номер в отеле. Куда труднее будет доказать, что она в тот же день вернулась в Лондон, но, может быть, ее вспомнит кто-нибудь из носильщиков на станции.
Однако там удача им изменила. Пройдя по платформе, Томми задавал вопросы билетному контролеру и носильщикам. Получив полкроны в качестве вознаграждения за беспокойство, двое носильщиков смутно припомнили, что девушка, похожая на одну из изображенных на фотографиях, уехала в тот день в Лондон поездом в шестнадцать сорок. К сожалению, это была фотография не Уны Дрейк.
— Но это ничего не доказывает, — заявила Таппенс, когда они покинули станцию. — Возможно, она ехала этим поездом и ее никто не заметил.
— Она могла уехать с другой станции, например из Торра.
— Весьма вероятно, — согласилась Таппенс, — но мы займемся этим после того, как побываем в отеле.
Отель «Касл» был большим зданием, обращенным фасадом к морю. Сняв комнату на ночь и расписавшись в книге, Томми вежливо осведомился:
— Кажется, в прошлый вторник у вас останавливалась наша приятельница, мисс Уна Дрейк?
Девушка за столиком очаровательно улыбнулась:
— Да, я хорошо ее помню. Кажется, австралийская молодая леди.
По знаку Томми Таппенс предъявила фотографию.
— Хороший снимок, не так ли? — сказала она.
— Да, отличный, — согласилась девушка.
— Мисс Дрейк долго здесь оставалась? — спросил Томми.
— Только одну ночь. Следующим утром она уехала экспрессом в Лондон. Кажется странным тащиться на одну ночь в такую даль, но австралийские леди, очевидно, привыкли к путешествиям.
— Мисс Дрейк всегда обожала приключения, — сказал Томми. — Это не здесь она пошла обедать к друзьям, потом поехала куда-то в их машине, угодила в кювет и не смогла вернуться до утра?
— Нет, — ответила девушка. — Мисс Дрейк обедала в отеле.
— Вы в этом уверены? Я имею в виду, откуда вы знаете?
— Я видела ее.
— Я спрашиваю, так как думал, что она обедала у каких-то друзей в Торки, — объяснил Томми.
— Нет, сэр, она обедала здесь. — Девушка улыбнулась и слегка покраснела. — Помню, на ней было такое хорошенькое платьице: из шифона и все в анютиных глазках.
— Это решает дело, Таппенс, — сказал Томми, когда их проводили наверх в номер.
— Похоже на то, — кивнула Таппенс. — Конечно, девушка могла ошибиться. Спросим за обедом официанта. В это время года здесь не так много народу.
На сей раз атаку начала Таппенс.
— Не могли бы вы сказать, была ли здесь в прошлый вторник моя подруга? — с улыбкой спросила она у официанта. — Ее зовут мисс Дрейк, кажется, на ней было платье с анютиными глазками. — Таппенс показала фотографию. — Вот эта леди.