Романы, повести, рассказы

— Шестьдесят лет назад, — пискнул самый маленький мальчик. — Шестьдесят лет, и никак не меньше. Рыбок там было много-премного. Целая гора! Говорят, ужас как дорого они стоили. Иногда они умирали. Когда просто умирали и плавали вверх брюхом, а когда, вы знаете, они кушали друг друга.

— Так что же вы хотите мне о них рассказать? — спросила Таппенс. — Сейчас здесь нет никаких рыбок.

Раздался целый хор возбужденных голосов.

Таппенс подняла руку.

— Не все сразу, — приказала она. — Говорит только один или двое. Так в чем же дело?

— В том, что вы должны знать, где были спрятаны разные вещи в старые времена. Люди спрятали и сказали, что вещи очень важные.

— А как вы об этом узнали? — спросила Таппенс.

В ответ снова послышался целый хор голосов. Невозможно было разобрать, что они говорят.

— Это Дженни, — сказал кто-то.

— Это дядя Бен, Дженнин дядька, — пояснил другой.

— Нет, неправда, это Гарри… евойный двоюродный брат Том, он совсем маленький. Ему сказала его бабушка, а бабушка слышала от Джошуа. Ну да. Только я не знаю, кто такой Джош. Верно, это был ее муж… Да нет, не муж, это был ее дядя.

— Господи! — воскликнула Таппенс, совсем запутавшись. Она посмотрела на толпу бурно жестикулирующих детей и выбрала одного. — Кларенс, — обратилась она к нему, — ведь ты Кларенс, верно? Твой приятель мне о тебе говорил. Расскажи мне, пожалуйста, что ты обо всем этом знаешь.

— Так вот, если хотите узнать, нужно сходить в КДП.

— Куда-куда?

— В КДП.

— А что такое КДП?

— Неужто не знаете? И никто вам не рассказывал? КДП — это клуб-дворец пенсионеров. Клуб-дворец.

— Скажите пожалуйста! — удивилась Таппенс. — Звучит грандиозно.

— И ничего там такого нет, — сказал мальчик лет девяти. — Ничего особенного. Просто старики там собираются да разговоры разговаривают. Люди говорят, ничего они толком не знают, только врут, что знают. А уж чего только не нарассказывают!

— Где находится этот КДП?

— Да на краю деревни. На полпути к Мортон-Кросс. Если ты пенсионер, то получаешь билет в этот клуб, идешь туда и можешь играть в лото и еще делать разные вещи. Им там весело. А некоторые уже совсем старые. Кто глухой, кто слепой, и все такое. Но все равно им нравится, когда они все вместе.

— Ну что ж, придется мне туда сходить, — сказала Таппенс. — А что, есть определенное время, когда они там бывают?

— Да когда угодно, в любой день, лучше где-нибудь среди дня. Им, понимаете, нравится собираться в это время. Среди дня. А если кто из них скажет, что к нему придет друг, то к чаю подают добавочное угощение — печенье, например, которое с сахаром. А иногда так чипсы. Всякое разное. Что ты сказал, Фред?

Фред сделал шаг вперед. Он отвесил Таппенс церемонный поклон.

— Я буду счастлив, — сказал он, — сопроводить вас туда. Скажем, сегодня часа в три или в половине четвертого. Это вас устроит?

— Да не кривляйся ты, Фред, говори нормально, — выговорил ему Кларенс.

— Мне будет приятно пойти с тобой, — сказала Таппенс. Она посмотрела на воду. — Невольно пожалеешь, что здесь больше нет золотых рыбок.

— Вот посмотреть бы на этих, у которых пять хвостов. Классные рыбки! Сюда один раз свалилась собака. Ее хозяйка была миссис Фаггет.

Ему тут же возразили:

— Ничего подобного. Совсем другая фамилия. То ли Фолио, то ли Фагот.

— А вот и нет, ее звали миссис Фоллиат, еще надо было писать с двумя «л».

— Ну и дурак. Это была совсем другая тетка. Ее фамилия была Фрренч, и писалась она с двумя «р».

— И что же, собака утонула? — спросила Таппенс.

— Нет, не утонула. Это был маленький кутенок. Его мама помчалась к мисс Фрренч и схватила ее за платье. Мисс Изабель была в саду, она собирала яблоки, а собака-мама стала тянуть ее за платье к пруду. Мисс Изабель увидела, что кутенок тонет, да как прыгнет прямо в пруд. Вытащила кутенка, а сама промокла насквозь, так что платье больше нельзя было носить.

— Господи! — воскликнула Таппенс. — Сколько разных событий здесь происходило! Ну хорошо, — обратилась она к ребятишкам. — В три часа я буду готова. Пусть двое или трое придут за мной и проводят меня в этот клуб-дворец пенсионеров.

— Я пойду!

— Нет, я пойду.

— Нет, Бетти ведь…

— Бетти не пойдет. Бетти уже ходила. Помните, она ходила с ребятами в кино. Второй раз нельзя.

— Ну ладно, договоритесь между собой, — сказала Таппенс, — и приходите сюда в половине четвертого.

— Я надеюсь, вам будет интересно, — сказал Кларенс.

— Это будет иметь исторический интерес, — твердо заявила юная интеллектуалка.

— Помолчи, Джанет, — велел ей Кларенс. Он повернулся к Таппенс: — Вот всегда она так, эта Джанет, — сказал он. — Она ходит в среднюю школу, которая для умников, вот и задается, понимаете? Обычная начальная школа ее не устраивает, так вот, ее родители устроили скандал, и ее перевели в ту, другую. И теперь она постоянно выступает.

Завершая свой ленч, Таппенс пыталась угадать, возымеют ли события сегодняшнего утра какие-нибудь последствия. Явится ли кто-нибудь в сад, чтобы проводить ее в КДП? Существует ли в действительности этот клуб пенсионеров или же это просто фантазия детворы? Во всяком случае, придется подождать, а вдруг кто-то действительно придет.

Депутация, однако, явилась минута в минуту. В половине четвертого раздался звонок.

Таппенс поднялась из своего кресла у камина, надела шляпу — шляпа была из прорезиненной ткани, ибо она опасалась, что может пойти дождь, — и тут же явился Альберт, чтобы сопровождать ее до парадной двери.

— Я не позволю вам идти с кем попало, — прошипел он ей в ухо.

— Послушайте, Альберт, — шепотом спросила Таппенс, — существует ли здесь такое заведение, которое называется КДП?

— Я думаю, это связано с визитными карточками, — сказал Альберт, любивший демонстрировать свою осведомленность по части местных обычаев. — То, что вручаете людям, когда приходите к ним, или, наоборот, оставляете, когда уходите. Не уверен, когда именно.

— Мне кажется, это связано с пенсионерами.

— Ах да, есть у них такой дом. Ну конечно, построили его два или три года назад. Он находится недалеко от дома священника, как пройдете его, свернете направо, и вот он — его сразу видно. Довольно безобразное строение, но все равно приятно, что старикам есть где встречаться, да и к себе можно пригласить, кого хочется. Там есть всякие игры, а местные дамы приходят туда помогать. Устраивают всякие концерты и все такое прочее — можно подумать, что все там создано специально для их развлечения, хотя на самом деле предназначено для стариков. А старики там очень древние, почти все глухие.

— Да, — сказала Таппенс. — Похоже, это то самое.

Дверь открылась. Джанет, в силу своего интеллектуального превосходства, стояла впереди других. За ней — Кларенс, а замыкал троицу высокий мальчик с небольшим косоглазием, который отзывался на имя Берт.

— Добрый день, миссис Бересфорд, — сказала Джанет. — Мы все так рады, что вы с нами идете. Мне кажется, нужно было бы взять зонтик, погода сегодня обещает быть не слишком благоприятной.

— Мне все равно нужно в ту сторону, — сказал Альберт, — так что я пройду часть пути с вами.

«Ну конечно, — подумала Таппенс, — Альберт все время старается меня от чего-то защитить. Может быть, это и не повредит». Хотя она не могла себе представить, чтобы ей грозила опасность со стороны Джанет, Берта или Кларенса. Шли они минут двадцать, не больше. Дойдя до красного здания, они прошли через ворота и направились к парадному, где их встретила полная женщина лет семидесяти.