Страница 93 из 93
— Как тебе удалось обойти проверку эликсира правды?
Лазутчик промолчал.
— Не заставляй меня снова возвращаться к твоей сестре. На этот раз я не остановлюсь и дам приказ, который не стану отменять.
Избитый и измученный Дарей тихим голосом произнес:
— Виктор дал мне какой-то корень с Озера Отшельников.
— Ты слышал Геррлай?
— Отшельники…
— Что стало с тем лазутчиком, которого ты засылал к ним пару десятилетий назад?
— Он кажется переметнулся, — неуверенно проговорил Геррлай.
— На сторону Немерейцев?
— Да этих отшельников хрен поймешь. Они сами хоть Немерейцы и ненавидят всех нас, но со своими соплеменниками тоже не в ладах.
— Так выясни, что там за дела происходят, — сказал Лександр, несколько повысив свой тон.
— Постараюсь. Сделаю все, что будет в моих силах. Но отшельники… — оправдывался Геррлай.
Он не успел договорить, как тут же был прерван Лександром:
— Сделай, а не постарайся. И выясни насчет этого корня, способного обмануть эликсир правды. Сколько лазутчиков они еще к нам заслали? Не забудь сообщить про этот корень Сандалику и Костаправу.
— Сделаю.
Лександр прошелся по залу и снова пройдя возле Геррлая сказал:
— Почему ты все еще здесь?
— Ты хочешь, чтобы я отправился прямо сейчас?
— Время тебя ждать не будет, как и Лиса со своими новыми лазутчиками.
— А как же Дарей?
— Ты боишься, что мы с ним не управимся? — спросил Лександр с некоторой издевкой.
Геррлай, тут же развернулся и пошел в сторону тоннеля. Он остановился перед самым выходом и произнес:
— Я приказал возничему, уезжать, как только разгрузит телегу. Он вернется только с утра. Можно мне взять твоего коня?
— Нет.
— Мне идти пешком? Ты смеешься?
— Ты сам виноват в своей не предусмотрительности. И лучше не пешком, а бегом.
Когда Геррлай зашел в тоннель, его окликнул Лександр:
— Сколько раз в год ты меняешь возничих?
— Раз в два года.
— Меняй их каждый месяц. Не просто ослепляй и режь им язык. А избавляйся с концом. Они могут выдать путь к замку своими жестами, — холодно произнес Лександр.
— Где я столько возничих найду? — вопросил Геррлай.
— А ты их больше не нанимай. Сам бери телегу с фиолетовыми камнями и доставляй в замок.
— Что и разгружать самому? — возмутился Геррлай.
— Не сломаешься, — издевательским тоном произнес Лександр.
Когда Геррлай наконец-то отправился выполнять приказ, в зале остались только трое живых. Один из них точно здравствовал — Лазутчик. От Лександра и темного стража, несмотря на все их колдовские силы, веяло смертью и холодной жестокостью.
Дарей на миг подумал, что о нем позабыли. Он смотрел на колдовской меч, валяющийся на полу неподалеку от него. Напротив лежало тело убитой жрицы. Молодость, загубленная Воином света. После всего произошедшего. Всех загадок и домыслов. Всех предположений и терзаний души. Дарей понял весь фарс Полуострова. Не только его, но и Квинки, Вязи, Аршвисса, всего проклятого запада. А что же восток? Дарей никогда там не бывал. Ему всю жизнь рассказывали про демонопоклонников и диких варваров поклоняющихся неведомо кому. В Кихшо сильно смеялись над торговцами из далеких стран. Считали их чем-то схожим с экзотическими зверушками. Будь их воля, они посадили бы всех заезжих пилигримов в клетку для развлечений. Но такое отношение у влиятельных жителей Полуострова было не только к торговцам из далеких стран. Богачи Кихшо с таким же презрением относились к жителям собственных трущоб, наподобие Клоаки. Многие жители которой, своими чертами лица, напоминали экзотических пилигримов. Но торговля приносила Полуострову большие деньги, а вот бедняки из Клоаки, одни только расходы и беды. Поэтому деловых пилигримов с дальних краев на Полуострове терпели, не забывая при этом обувать на приличные суммы, а порой и откровенно грабить. Никакой суд Кихшо, Перепутья и Квинки ни за что бы не вынес решение в пользу торговца не входящего в интерес Полуострова. Над таким бы судьей посмеялись, покрутили пальцем у виска и в конце концов бросили бы в темницу. Но не только пилигримы попадали под раздачу. Если у торговцев из дальних краев почти всегда был шанс попросту не связываться с Полуостровом. Было бы желание. То у Дарея, такой привилегии не было. Он с детства попал в среду лицемерия и обмана. С первого дня обучения у предвзятых учителей, которые и сами не понимали своего невежества. Он прожил всю жизнь в самом сердце перевернутой добродетели — городе Кихшо. Он даже и не представлял, что демоны они здесь, рядом. Лазутчик только сейчас понял всю их хитрость с уловками. Они разделили всех, опутав паутиной лжи и впрыснув каждой из своих жертв разнообразные яды. На такое не способен и самый смертоносный паук. Тот поражает всех одной и той же отравой. Триумвират владел тысячами.
Дарей собрал последние силы в кулак и мельком взглянув на колдовской меч, приготовился к прыжку. Встать он был не в силах. На стене загорелся багровым огнем знак — два солнца, проткнутые стрелой. Темный страж взял Дарея за ногу и куда-то потащил. Лазутчик несколько раз ударил его свободной ногой. Но только ухудшил свой вывих. Доспехи темного стража были прочны как тысяча бронзовых щитов. Их не удалось бы пробить и целой армией. Очутившись на балконе, Дарей рассмотрел в ночи очертания гор под светом звездной реки. Темный страж поднял его за грудки. На балкон вышел Лександр. В руках у него был колдовской меч. Багровое свечение стало совсем тусклым. Но темная ящерица на рукояти как-будто ожила. Она светилась ярким пламенем сливаясь с рукой Лександра.
— Что значат два солнца, проткнутые стрелой? — вымолвил Дарей с трудом.
— Послание Немерейцам, — холодно ответил Лександр. — Странно, что ты спросил. Для тебя все эти знаки не должны больше иметь никакого значения.
Лександр несколько раз всадил в грудь Дарея колдовской меч, после чего темный страж без лишних усилий сбросил лазутчика с балкона. Он пролетел через расщелину и ударившись спиной о камень, упал на землю. Зрение и чувства начали уходить, последнее, что Дарей увидел сквозь ночь, груды человеческих черепов и костей заполонивших дно ущелья. Лазутчик сделал последний вздох и жизнь покинула его.