Страница 40 из 166
Сын армянина видел, что со времен праотца и праматери он был неразлучен с землей, где жила первая пара людей, созданная богом.
Даже всемирный потоп не мог выгнать армянина из родной страны. Глядя на гору Гргур, он вспоминал о том, как Ноев ковчег, еле коснувшись ее вершины, проплыл к горе Сипан и попросил, чтоб она приняла его на свою вершину, но гора Сипан скромно ответила, что она самая младшая среди гор Армении и указала на своего старшего брата, на гиганта Арарата, сказав: «Иди к Масису[11], он выше меня».
Вот какими воспоминаниями связан армянин со своей родиной, где сохранились в народе тысячелетние предания, предания языческих времен и напоминали ему легендарное прошлое.
Эти воспоминания хранили гиганты-горы, которые возникли вместе с самим временем и существовали, пока существовало само время. Эти воспоминания хранили великие реки и озера, которые жили неисчислимые века, с незапамятных времен. Наконец, эти воспоминания хранила душа народа, которая никогда не умирает.
Армянин не хотел покидать свою родину. Родина была его святыней. Там каждый камень, каждая руина напоминали eмy о его былом величии. Еще не исчезли обломки крепостей и замков, откуда вожди народа распространяли свою власть. Еще остались руины городов, в обломках которых жило искусство и ремесло армянина, которые повествовали о том, как спокойна была жизнь горожан и как процветала среди них наука. Еще не исчезли следы множества водопроводов, подземных труб, которые целой сетью были раскинуты по всем полям, проведенные через самые неприступные горы, указывая на то, как плодотворен был труд работников, как он тесно был связан с землей и природой.
А ныне там царит пустота и безлюдье…
Единственное, что хранилось нерушимо, как в сердце народа, так и на земле — это была религия и его памятники. Везде, даже в безлюдных глухих ущельях встречались величественные храмы и обители, куда в дни праздников стекалось множество народа и куда в обычное время не ступала нога богомольца.
Только благочестивая монастырская братия совершала ежедневно обычную службу. На холмах и в ущельях гор были рассеяны часовенки, в которых похоронены были останки того или иного отшельника. Среди недоступных утесов на склонах гор виднелись темные пещеры, куда удалялись отшельники от суеты мирской и где посвящали себя богу. Видимо, эти пещеры когда-то служили жилищем для первобытных людей и потом только превратились в кельи для отшельников. Немало было и тех памятников, которые называются «крестными камнями». Эти камни обыкновенно стояли на склонах гор, где отшельники во время притеснений или нашествий проливали кровь свою за веру. Народ благочестиво чтил их память и курил ладан перед их могилой. А церквам не было числа. Каждое селение, даже самое незначительное, где ютилось несколько жалких землянок, имело великолепную церковь. Эти церкви строились в древние времена, когда население этих селений было многочисленно и богато.
Я не запомнил названия всех монастырей этих областей, но названия некоторых из них я сохранил в своей памяти до сих пор. В области Маку находился монастырь апостола Фаддея, который по просьбе нашего царя Абгара был послан в Армению и здесь принял мученическую смерть. В той же области находился монастырь святого Степана-Предтечи. Тут же находятся исторические Артаз, Аварайр и Тигмут, и тут армянские герои доблестно бились с Яздигердом и его магами за веру и отечество. На Ванском озере, на острове находились пýстыни Лим, Ктуц и Ахтамар со своими суровыми и строгими монахами-аскетами. В Ахбаке находился монастырь апостола Варфоломея, который прибыл в Армению после Фаддея и также принял мученическую смерть.
Монастыри являлись не только средоточием религиозной жизни армян и хранилищем национальных святынь, но также и хранилищем памятников древнейшей письменности — пожелтевших от времени пергаментных рукописей.
В монастырях находились могилы великих армян. Так, в храме Аштишата, в Муше, были похоронены останки Саака Партева, останки того великого первосвященника, который так долго боролся с хитрой и коварной политикой Персидского двора и Византии и сумел сохранить шаткий в то время трон Аршакидов. В монастыре св. Лазаря или Апостолов находилась могила Моисея Хоренского, который ввел в Армению греческую науку и дал армянам историю их предков, подобно тому Моисею, который дал Израилю Ветхий Завет. В том же монастыре находилась могила «Непобедимого», философа Давида, товарища Хоренского, того Давида, который принес из Афин в Армению греческую письменность и научил армян философии и здравому мышлению. Там же находились могилы переводчиков Иоанна и Лазаря. В монастыре Востана в области Рштунийской находилась могила Елисея (Егише), певца, вдохновенно воспевшего мученическую смерть армян-героев, павших в поле Аварайра. В Нарекском монастыре находилась могила Григория Нарекского, книга которого для каждого армянина священна. В Духовом монастыре в провинции Андзевациац была могила Тиридата Великого, того могучего царя, который просветил Армению верой христианской. В Варагском монастыре близ Вана находится могила Сенекерима Арцруни. Там же были похоронены останки царицы Хошош и Петра Гедадарца. В Копском монастыре близ Муша находится могила блаженного Даниила, внука Григория, просветителя Армении. В монастыре Басенском или Асан-Калэ находится могила Григория Магистра. В Хекском монастыре, в Айоц-дзоре — находится могила Авраама-Исповедника. В монастыре св. Предтечи, в Тароне находятся могилы Мушега и Ваана-волка. В церкви села Ишханагам — могила Варда Патрика.
Были и такие монастыри и церкви, в которых хранились мощи святых, оправленные в золото и серебро. Так, в церкви св. Вардана, в Ване находился палец Вардана Мамиконяна. В монастыре св. Предтечи в Муше находились мощи св. Леонтия. В монастырях хранились и другие святыни. Например, в монастыре Востана хранился тот крест, который Саак Партев дал внуку своему Вардану, и этот христов воин и крестоносец снял с себя в поле Аварайра этот крест и передал его Елисею (Егише), говоря: «Оставляю тебе это на память, бери его, пусть рука перса не дотронется до него».
В церквях и монастырях было много мощей святых отшельников, апостолов, мучеников, отцов церкви. Все эти мощи были оправлены в золото и серебро и украшены драгоценными камнями. Хранились они в драгоценных коробочках. Если ко всему этому прибавить серебряные паникадила, дарохранилища, подсвечники, Евангелия в переплетах из серебра и прочую церковную утварь из благородного металла, то можно было сказать, что все богатства нации в то время были сосредоточены в монастырях и церквях. Эти богатства постоянно привлекали жадных грабителей мусульман и нередко монастырские ценности попадали в плен. Курды чтили захваченные ими святыни и не уничтожали их. Для курда святыня христианской церкви имела то же значение, что и различные талисманы, которые давал ему шейх и который он пришивал к правому рукаву, дабы обезопасить себя от вражеских пуль и мечей. И курд возвращал священную добычу, получив за нее большой выкуп. У персов и турок не было такого почтительного отношения к христианским святыням, и они безусловно уничтожили бы их, если бы видели, что золото и серебро, которое было в этих вещах стоит больше, чем тот выкуп, который они получат за эти вещи. Но выкуп, всегда представлял бóльшую ценность, чем вещь, за которую им платили. Я помню один такой случай. Правая рука апостола Варфоломея, которая находилась в Ахбакском монастыре, посвященном имени того же апостола, попала в руки персов. Народ уплатил в виде выкупа слиток золота, который весил в десять раз больше, чем эта рука. Женщины всей области лишились своих золотых украшений. Они несли настоятелю монастыря свои кольца, пояса, ожерелья, золотые головные уборы, чтоб спасти из рук неверных святую руку апостола, «защитницу нашей страны».
Я хорошо помню до сих пор эту огромную богатырскую руку. Десятикратный вес золота представлял непосильную тяжесть для народа, но последний жертвовал всем, лишь бы не лишиться своей святыни, ибо от этой святыни зависело его счастье и благоденствие, как на этом, так и на том свете, от нее зависело спасение его души и тела…
11
Масис — армянское название горы Арарат. — прим. Гриня