Страница 6 из 10
Внезапно Астрид почувствовала тычок сзади и нервно дернулась. Похоже, Мартин уже вернулся на свое место. Кинув через плечо уничижительный взгляд на брата, Астрид вернулась к своим записям. Она исправно вносила туда имена своих однокурсников, очерчивая их парой слов, чтобы запомнить каждого быстрее и выбрать, с кем же подружиться. Обычно в школе все социальные связи складываются в первые два месяца учебы, и если ты не успел вписаться в чью-то группу, рискуешь прослыть одиночкой. Этой участи Астрид себе не желала, а потому подчеркивала имена заинтересовавших ее людей. Впрочем, выбор был невелик: Леона де Крон, наследница успешной предпринимательницы из Малкута, да Айя Мотидзуки, самая старшая с их потока, чистокровная хеседка с внешностью супермодели. Из парней же на себя внимание обратили разве что рыжеволосая копия Эльвы по имени Рик Нерваль, чья харизма сразила Астрид в первую же секунду, стоило ему открыть рот, и популярный певец Амфион Брэкет, который стеснительно прятался за своими длинными волосами. Но он был младше Астрид на год, что ее не совсем устраивало.
Окинув грустным взглядом список из десяти фамилий, где не было только Бертельсенов и Алана, которого она и так уже хорошо знала, Астрид со вздохом отложила листок и обратила внимание на преподавателя. Руководство их группой поручили Жасмин Тесскрет — смуглой ходчанке с горбинкой на носу. Ее кожа резко контрастировала с платиново-серыми волосами, хотя до седины ей явно было еще далеко. Холодная, немногословная и прямолинейная, иересс Тесскрет была олицетворением своей родины, которая славилась мудрым стратегическим управлением и идеально вымуштрованной армией. Астрид бы не удивилась, если бы узнала, что Жасмин служила в ходской армии — были у нее какие-то военные замашки, которые были присущи и их с Мартином отцу даже спустя пятнадцать лет отставки.
Иересс Тесскрет последовательно и четко рассказывала про их предстоящую рутину— пять занятий ежедневно кроме субботы, где будет всего два занятия, и воскресенья— их выходного дня. Помимо учебных занятий у них предусмотрены еще тренировки по самозащите, фехтование, верховая езда и плавание. Изучать свои способности каждый будет в индивидуальном порядке, и к каждому из студентов будет приставлен наставник для этого. Территорию академии покидать запрещено — да это и невозможно. Отбой в десять часов вечера, подъем в семь. Покидать общежитие в ночное время запрещено.
Все эти правила уж очень были похожи на правила дома Бертельсенов. Только там еще нужно было бесшумно ходить и запрещалось громко разговаривать. Так что, можно сказать, что в Саэрлиг все же чуть больше свободы.
Астрид искоса поглядывала на скучающих однокурсников. Почему-то ей казалось, что их будет больше. И немного напрягал странный разброс по возрастами — от тринадцатилетнего гения Эдварда-Джошуа Райта до двадцатилетней Айи Мотидзуки. Интересно, как им всем получится сосуществовать вместе в этом году?
Глава 3. Первокурсники
Первый учебный месяц прошел быстро и взбалмошно. С каждым днем Академия Саэрлиг нравилась Астрид все больше и больше. Вероятно, немаловажную роль здесь сыграла свобода от родительского контроля. Конечно, раз в неделю им с Мартином приходилось писать и отправлять формальные письма-отчеты родителям, которые жили в близлежащем Клофорде. Но жить в общежитии без любопытных слуг и без ожидания того, что отец вызовет на ковер, — это было прекрасно.
Сложнее всего было продолжать притворяться радостной младшей сестренкой Мартина. В какой-то момент Астрид даже начала жалеть, что снова выбрала эту роль. Постоянно играть капризного ребенка утомляло еще в школе, а здесь они почти всегда на виду у других. С каждым разом удерживать себя от саркастических подколов становилось все сложнее.
— Давай признаем, Мартин, вы с Аланом потрясающе смотритесь вместе, — как-то пошутила она в компании брата и его соседа по комнате.
То, как Алан рассмеялся и игриво подмигнул ее брату, почему-то заставило Астрид почувствовать себя лучше. Быть может, со временем она сможет уйти от своей постоянной роли? По крайней мере, с Аланом они точно общий язык найдут. Они уже успели подружиться, когда он помогал ей преобразить ее школьную форму.
Несмотря на то, что школьная форма использовалась лишь для официальных мероприятий и выездов (что было весьма редко), многие ее переделывали под себя. Астрид замечала у кого-то длинные юбки в пол, а у кого-то юбки короче колен. Кто-то укоротил рукава пиджака до локтя, а кто-то носил его и вовсе на голое тело. Похоже, молодой директор Вальверди лишь поощрял изменения формы. Так что Астрид тут же решила переделать свою.
Вместе с Аланом они распороли складки юбки, вшили в нее подъюбник для большей пышности и купольной формы. Пиджак сделали более приталенным и пустили по вырезам кружево. Вместо строгой рубашки под пиджак Астрид надевала свою любимую блузу с пышным жабо. Дополняли весь образ милые белые туфельки и волосы, убранные в локоны и сзади перехваченные темно-зеленым бантом в тон окантовке. Такая школьная форма Астрид нравилась намного больше. А одобрение дизайна Аланом польстило еще и ее стилю.
Избегать Эльву оказалось невероятно сложно. Словно хищница она следила за близнецами и умудрялась поймать их тогда, когда им казалось, что они уже от нее ускользнули. Благо, вскоре ее под опеку взяли двое их однокурсников, образовав втроем самую странную компанию, которую сложно было бы представить. Харизматичный и постоянно отвешивающий шутки Рик Нерваль был заводилой в их компании. Кажется, с ним даже пыл разговорчивой Эльвы немного приутихал. Огромный накаченный шкаф, загорелый, коротко стриженный, с вечной сигаретой в зубах и виднеющимися из-под закатанных рукавов татуировками, Джереми Флойд казался личным телохранителем Рика. Когда они появлялись в классе, Нерваль всегда шел чуть впереди, вечно веселый и развязный. А за ним семенил с насупленным выражением лица немного глуповатый деревенский дурачок Флойд. Похоже, он действительно привязался к Рику с первого же дня знакомства.
Эльва, пожалуй, была самым невписывающимся персонажем в этой компании. Но Астрид была лишь благодарна, что те заняли ее, тем самым охладив ее «дружеский» пыл по отношению к близнецам. Конечно, Астрид чувствовала за собой легкую вину, ведь весь месяц она усиленно старалась игнорировать Эльву, с Мартином они назначили ей пикник и не пришли, благополучно позабыв об этом. Но это чувство вины не задержалось надолго. Конечно, Астрид немного жалела, что из-за этого придется отказаться от близкого знакомства с Риком, но если это означает избавление от Эльвы — она была готова пожертвовать этим.
К тому же, у Астрид, кажется, наклевывался первый в ее подростковой жизни роман. Даже не верилось, что это глупое падение во время побега от Эльвы могло развиться и вылиться во что-то интересное. И тем не менее, третьекурсник Лектор Уэлс продолжал оказывать ей знаки внимания, а ее к нему непреодолимо тянуло.
Тянуло ли ее к нему действительно или Астрид просто была воодушевлена тем, что это выглядело как один из тех романов, которые она читала под одеялом втайне от всех (и особенно от брата)? Она пока не могла разобраться, но чувство это ей нравилось. Чувство, что она кому-то нравится и небезразлична.
А еще нравилось, как злился Мартин. Ему почему-то Лектор сразу не понравился, и он изо всех сил плевался ядом, когда речь заходила о нем. Впрочем, Астрид достаточно было поссориться с братом три-четыре раза, отстаивая свое право на личную жизнь. Очень уж Мартин старался взять на себя роль отца и контролировать ее. Конечно, после их ссор меньше он злиться не стал, но больше помалкивал, лишь метая исподлобья недовольные взгляды на сестру с ее новым ухажером.
Не обошлось и без новых нелепых ситуаций. На первом занятии по экономике их курс мирно ждал преподавателя и потихоньку болтал, разбившись на группки. Астрид сама того не заметила, как за считанные дни все образовали свои микросообщества внутри их курса. Невольно она сама оказалась втянута в группу с братом, Аланом и Дианой-Марией Морару, которую с первых же дней их знакомства Алан чуть ли не боготворил. И хотя обычно Астрид свысока посматривала на людей из обычных семей, ДиМари, как прозвал ее Алан, почему-то производила приятное впечатление. Хоть Астрид и хотелось постоянно звать ее ведьмой, каждый раз она прикусывала язык.