Страница 9 из 22
Выбежав на улицу, Маруся кинулась к метро и только на эскалаторе обрела душевное равновесие.
На следующий день Маруся, не особенно придирчиво вглядываясь в содержание своего кошелька, отправилась в магазин австрийской фирмы и купила там себе дорогие и красивые туфли, которые сразу сели по ноге, – по правой так же хорошо, как и по левой. Как Маруся их надела, так и отозвались ее ступни облегченным вздохом. А в ответ туфли Марусиным ножкам приветливо улыбнулись. Хотите – верьте, хотите – нет. И носит их теперь Маруся с превеликим удовольствием и больше никогда не ходит за обувью в универмаги рыночного типа.
Из следующей рассказки вы узнаете, почему Маруся любит Индию, и о том, что помешало ей завести с индусом близкое знакомство
Сезон второй
Маруся и Радж
Когда Маруся была маленькой, ее папа часто ездил в длительные командировки. Однажды Марусин папа уехал в Индию, а через полгода вернулся оттуда с полным чемоданом экзотических подарков. Марусе он привез красные с золотом сандалики, сари цвета апельсина и деревянных слоников – на счастье. Папа выписал журнал «Индия» и водрузил на книжную полку англоязычную Камасутру, изображения священных коров и многорукого Шивы. А вечерами папа рассказывал Марусе увлекательнейшие истории про свои индийские приключения.
Так Маруся с детских лет привыкла Индию любить и уважать.
Поэтому, когда на Сайте Вполне Приличных Знакомств к ней посватался маленький смугленький человечек из страны тысячи чудес, Маруся не смогла отказать ему в переписке.
«Привет. Я из Индии. Меня зовут Радж. Живу и работаю в Москве, в районе Выхино», – информировал индус Марусю.
И стоило Марусе в ответ обозначить свою локацию, как Радж несказанно воодушевился:
«Маруся, буду рад тебя увидеть. Ты прекрасна! Жду! Приезжай. Целую».
Маруся отвечала, что подумает.
«Ты очень добрая, ты прекрасная, самая красивая и самая приятная! Приезжай скорее!» – умолял Марусю Радж.
Маруся насторожилась и промолчала. Чем вдохновила Раджа еще больше.
«Хочу тебя увидеть. Приезжай! Целую нежно-нежно и везде. Как в Камасутре. Ты прекрасна. Целую повсюду!!!!!»
Такого пламенного энтузиазма Маруся никак не ожидала. И поэтому затаилась окончательно. Но Марусино молчание только распаляло исторически невоздержанную амурную фантазию индуса.
«Привет дорогая! Ты прекрасна! Ты самая красивая, самая желанная. Я тебя обожаю и мечтаю о Камасутре с тобой. Целую везде, где только позволишь».
– Ой-ой, – испугалась Маруся, – Пожалуй, это слишком горячо для такого маленького и такого смугленького человечка. Того и гляди, в пылу безумной страсти возгорится и превратится в головешку. Что я тогда буду делать?
Но Радж не сдавался:
«Ты очень красивая и очень приятная. У тебя очень сексуальная фигура, и ты мне очень нравишься. Ты прекрасна. Целую тебя нежно. Ты прекрасна. Твой Радж».
А что, может быть и правда стоит попробовать эту самую Камасутру в исполнении, с позволения сказать, носителя языка? Волшебный Восток сам идет к Марусе в руки, так стоит ли отказывать себе в сказочном удовольствии?
Из глубин книжного шкафа извлекла Маруся привезенный папой из Индии альбом с картинками, посвященный чудо-храму Кхаджурахо – наглядному скульптурному воплощению Камасутры.
«И как только такую книгу славные советские пограничники через вверенную им пуританскую границу пропустили?», – изумлялась Маруся, листая весомый талмуд.
Чтобы рассмотреть картинки, Маруся вертела книгу и так и этак. Потому что не сразу было понятно, где прячутся те или иные части тела, как они преломляются и за какой угол заворачивают.
Над очередным пикантным сюжетом Маруся задумалась всерьез.
Прекрасная ориентальная дама стояла на голове, и одному Шиве было известно, как ее шее удается удерживать немалый вес добротного восточного тела. Одна нога кудесницы была вывернута в колене близко к перелому и обвивала ягодицы партнера, а другая чудесным образом огибала его голову где-то в районе уха. Правая рука красавицы пропадала за ее спиной и неожиданно обнаруживалась в районе партнерского паха. Тогда как левая, оплетая партнерские икры, сложным пируэтом восходила к тому, чего Марусе разглядеть на картинке не удалось, но о чем она смутно догадывалась.
Партнер же мужеского полу стоял как вкопанный, весьма условно придерживая даму за бедра. Главная часть его тела давно обрела отведенное природой место, и на лице его царила самодовольная ухмылка, – словно у иллюзиониста, только что распилившего свою ассистентку, которую, впрочем, собственная расчлененность ничуть не смущает и даже веселит.
Вся эта гимнастическая композиция в целом не вселила в Марусю никакого эротического оптимизма.
«Нее, на фиг… Если этот восточный мужчина меня, совсем не восточную женщину, этаким морским узлом завяжет, потом ведь меня не распутать. Даже по волшебству. Не поеду в Выхино», – рассудила Маруся и написала вожделеющему ее тела (а возможно, и души) индусу:
«Извини. Камасутру уважаю, но боюсь».
И как индус ее ни уговаривал, завязываться в замысловатый ориентальный узел Маруся так и не решилась.
Уж вы мне поверьте.
Из следующей рассказки вы узнаете о том, как простая жвачка может стать источником самых разнообразных радостей
Маруся, ее «нельзя» и ее «можно»
Однажды Маруся, как обычно перед работой, покупала минералку в киоске около дома.
– Ой, а можно мне еще вон ту жвачку, – попросила она у киоскерши.
– Нельзя, – послышался голос за Марусиной спиной.
Маруся обернулась и увидела… а-бал-деть какого симпатичного мужчину!
Он смотрел на Марусю и игриво улыбался.
– Почему нельзя? – пожала плечиком Маруся. – Мне – можно!
– Ну если можно, тогда я Вам ее дарю! – торжественно заявил симпатяга.
– Дайте девушке сдачу за жвачку, – кивнул он киоскерше.
Скривив губу, киоскерша жестом снарядометателя опустила монеты на тарелку. Монеты обиженно звякнули, а Маруся, осенив дарителя зеленооким взором, лучезарной улыбкой и легкомысленным «спасибо», упорхнула прочь.
В метро, одолеваемая замысловатыми размышлениями, Маруся распаковывала дармовую жвачку.
«Ведь это что же такое получается, – этот маленький подарок достался мне потому, что я его себе уверенно разрешила? А стоило мне поверить этому «нельзя», то так бы оно и вышло? И никакого подарка? Выходит, стоит почаще говорить себе «можно» и разрешать себе новые платья, дорогие туфли, модные украшения, интересные книги и деликатесные ужины?
Или: захотелось мне взлететь над Москвой. Можно это делать или нельзя? Мне – можно. И я взлетаю. Но стоит мне задуматься и начать сомневаться, плакал мой полет. Это я точно знаю».
На работу Маруся опоздала.
– Так-так, опаздываем, – запричитал вареньевый Директор. – А заказчики-то ждут. А денежки-то, как грится, утекают. Разве же так можно?
– Мне – можно, – со спокойной улыбкой ответила Маруся.
К Марусиному удивлению, директор неожиданно подобрел и заулыбался ей в ответ.
– Ух ты какая! Проспала, наверное. Ну да ладно: как грится, чем бодрее работник, тем лучше результат. Конфетку хочешь?
Так Маруся научилась делать себе подарки, когда ей только захочется. В разумных, разумеется, пределах.
И как только она говорила себе твердое «можно», всё Марусино существование с удовольствием подтверждало эту ее уверенность разнообразными маленькими и большими, материальными и нематериальными чудесными радостями.
Постепенно Маруся привыкла к такому подарочному существованию. А всего-то и надо было для этого бесконечное «нельзя» превратить в периодическое «можно».