Страница 20 из 58
Оля думала, что она поступает верно, что в станице оставаться, в этой нищете нельзя. Работы нет, надо ехать и искать лучшей жизни, ехать туда, где много возможностей, а это конечно Питер. Кучин предлагает ей во всем помочь, даже открыть свое дело, а Комаров ничего не предлагает. Конечно, Оле, как любой женщине хотелось, чтобы ее муж, ее любимый мужчина, отец ее дочери сказал: "Ты никуда не поедешь! Я не отпущу тебя! Я люблю тебя! Сейчас же я забираю вас к себе, поехали за дочерью! " Но… ничего подобного не последовало.
Оля думала, что Леночке хорошо с ее мамой и еще с ее бабушкой. Она совсем не думала о том, как девочке плохо без мамы, как она ее ждет. Ольга просто об этом не думала и не знала. Она думала о том, что надо заработать денег, красиво одевать свою девочку, чтобы у нее были лучшие куклы и так далее, а о том, как доченьки нужна мамина любовь Оля просто не задумывалась.
Глава 11. Десять пунктов.
Когда Ольга приехала в Питер к Кучину – он встречал ее на пироне с цветами, а когда они приехали домой, то в квартире она своим женским, хозяйским взглядом сразу увидела чужие волосы в ванной, помаду на чашках. Оля показала Дмитрию, все это, но с таким хладнокровным видом, что ему именно от этого холода стало не по себе. Оля показала ему это, лишь для того, чтобы он понимал, что она все это увидела, но ей было абсолютно все-равно кого он трахает. Она совсем его не любила.
Они продолжали жить так же, как и жили. Как-то вечером Митя рассказал Оле о своих планах:
– Я хочу жениться на тебе. Я знаю, что ты меня не любишь, да и то, что я к тебе испытываю, наверное, любовью не назовешь, но ты мне подходишь. Знаешь я когда-то посмотрел старое кино, где герой выбирал себе жену по пунктам. Он написал себе список, в котором указал черты, которые должны присутствовать в его жене. Понимаешь? Ну, типа: красивая, добрая, хозяйственная и так далее. У него был длинный список. Я составил себе такой же список. В нем десять пунктов, и ты соответствуешь по всем десяти. Такой девушки я еще не встречал, а я занимался поиском три года. Вот, я на тебе женюсь и тогда ты в полной мере будешь владеть моим имуществом. А в доказательство своих искренних намерений я покажу тебе, где я храню свои деньги, дело в том, что я не доверяю банкам и храню деньги дома. И еще рубль может в любой момент рухнуть, а доллар все растет, поэтому деньги нужно держать в долларах.
И Митя показал два тайника в квартире. Один, поменьше с рублями, а другой побольше с долларами. Олю те тронули его тайники, она была совсем не алчная, хотя и приехала в Питер, и к Мите в частности, за деньгами. Но она приехала их заработать или получить за честно оказанные услуги. А его деньги – это его деньги.
Глава 12. Соседка.
Оля курила в подъезде. В квартире Митя запретил ей курить, а на балконе было уже холодно. В Питере стояла глубокая осень и почти всегда лили дожди.
Мимо Оли в подъезде часто ходила девушка со своим мопсом на прогулку. Обычная девушка, примерно Олина ровесница. Чуть меньше ростом и вообще мельче, худее, с темными своими, не крашенными волосами. Впрочем, обычная девушка. Мопс был черным и хрюкал. Они так часто встречались, что уже здоровались, как добрые соседи.
Как-то девушка остановилась:
– Есть зажигалка? Покурю с вами. Пора познакомиться. Я Света.
– Я Оля, – Галицина обрадовалась новому знакомству. Ведь она уже пару месяцев сидела одна дома, конечно, в магазины она ходила и Кучин ходил с ней и в магазины, и в клубы, и даже в театр, но это было в основном по субботам, так как у него была своя фирма и ей надо было руководить. А Оля скучала, так, до сих пор и не придумав чем ей заняться.
– Я на верхнем этаже живу, прямо над вами, а ты у Мити живешь? – продолжала знакомиться девушка.
– Да, у Мити.
Такая постановка вопроса не очень понравилась Оле. "С ней он тоже спал? " – подумала Оля.
Видимо на Олином лице отражались все эмоции, потому, что девушка сразу ответила:
– Я с ним знакома, но так, очень поверхностно, по-соседски. Я курила здесь с предыдущей его девушкой, он с нами стоял, дымом дышал, – улыбалась Света.
"Одно другого не лучше, – думала Оля – с одной девушкой, с другой… Девушки меняются… Да, нельзя относиться серьёзно к очередной девушке."
– Митька все время работает, тебе, наверное, скучно или ты тоже чем-то занимаешься? – задавала вопросы Света.
– Я ничем не занимаюсь, я не знаю, чем мне заняться. Я три месяца назад только в Питер приехала, к брату. Брат у меня учëный, при институте работает, а я там у себя воспитательницей была, но мне это не нравилось… – немного приверала Оля, но в основном, довольно открыто отвечала.
– Я тоже не знаю, чем мне заняться. Меня папаша заставил поступить в СПбГУ, я выбрала психологию, думала, что самое простое. Может и самое простое, но мне совсем не интересно. Я хожу туда крайне редко, так только, чтобы не отчислили, а то папаша квартиру заберет, – рассказывала Света.
– О, а вот мне, как раз, была бы интересна психология. Я чуть ли не в десять лет начала читать Карнеги, потом мой брат зачитывал мне Ницше, он конечно философ, но все-равно мне было интересно.
– Ну тогда может завтра поедешь со мной? Мне скучно не будет. У нас завтра как раз все три пары одна психология.
– А можно, меня пустят в институт? – возбужденно поинтересовалась Оля.
– Да, а почему нет. Ты можешь ходить на любые лекции, только диплом не получишь, если официально не поступишь, ну и конечно, экзамены все, зачеты надо сдавать. А мне даже лекции конспектировать лень.
– Хочешь, я завтра все законспектирую, у меня очень хорошо получается. У нас историк был – заслуженный учитель, вот он нас сразу к институту готовил: с четвертого класса сразу лекции, никаких учебников, параграфов и учил правильно быстро конспектировать, – радостно рассказывала Оля.
– Хорошо, завтра пойдем. Хочешь пива? – внезапно спросила Света.
– Да, можно, но не прям сейчас же.
– А почему не сейчас, а когда? – спросила Света.
– Ну сейчас только обед, надо домашние дела доделать. В пять Митя придёт, не буду же я его пьяная встречать с работы, тем более он почти не пьет. А вечером можно.
– А во сколько вечером, в шесть? – продолжала выяснять Света.
– Да, можно в шесть.
– Ну, если вечером, то тогда может сразу в кафе пойдем?
– Можно и в кафе.
– Хорошо, я тогда в шесть за тобой спущусь, позвоню в дверь.
– Хорошо, – ответила Оля, немного удивленная такому быстрому развитию событий.
Вечером, когда Кучин пришел с работы, Оля торопилась накрыть на стол, чтобы поскорей поужинать. За ужином она рассказала, как познакомилась с соседкой, которая курила с его предыдущей девушкой, о том, что та пригласила Олю завтра поехать в институт:
– Знаешь, а ведь меня всегда интересовала психология, мне на самом деле это интересно. Вот съезжу на пару-тройку лекций и, если на самом деле мне будет это все интересно, в институтском формате, может мне тогда в институт поступить?
– Соседка учится не в институте, а в СПбГУ – это один из самых крутых университетов в мире. Ты туда хочешь поступить? – с какой-то уничижительной ноткой спросил Митя.
Оля сразу поймала эту нотку. Ольга вообще была эмпатом. Она больше и лучше все воспринимала на уровне эмоций и очень хорошо их различала.
– А почему нет? Ты же сам мне все твердишь: "Чем ты хочешь заниматься? … Я помогу тебе… Может ты пойдешь учиться? " Или ты это говорил только в формате изучения английского у твоей очередной шлюхи, а предел моих желаний должен быть ларек во дворе?! Или ты считаешь, что я слишком тупая для института? Светка не тупая, а я тупая? Так я даже сейчас в психологии понимаю больше, нежели она на втором курсе вашего хваленого университета! Потому, что мне это интересно, а ей нет, – Оля по-настоящему разозлилась. Еë задел его унижающий тон.
– Ну что ты сразу все время орешь? Я не сказал, что ты тупая.