Страница 21 из 58
– Не хватало еще чтобы ты это сказал! – перебила его Оля.
– Просто психология, это что за профессия? Какое дело ты сможешь открыть? Подумай. Вот ты закончила СПбГУ, потратила на это пять лет. Хорошо, а что потом? Кем ты будешь работать, зарабатывать как, что тебе принесет деньги?
– Хорошо. А почему тогда самый крутой университет готовит психологов, значит, люди, выпустившиеся из такого университета где-то работают, значит они где-то нужны, если их готовит такой крутой университет? – Оля смотрела на Митю в упор, ожидая ответа.
– Я точно не знаю. Но думаю, что там готовят людей работать в ФСБ, проверять психологическое состояние сотрудников. Потому, что этот универ, вообще, направлен на такой уровень.
– Очень хорошо! Мне это подходит. Мне это интересно. Это мой уровень, – дерзко отвечала Оля. Но она не издевалась, Оля говорила абсолютно искренне. Они оба: и Митя, и Оля находились около месяца в смятении от того, что Ольга вообще не понимала, чем она хочет заниматься. И вот, казалось бы, радость – она поняла, что хочет изучать психологию и потом работать в органах, выявляя пригодность и не пригодность личного состава, а тут ее благодетель такого развития события никак не ожидал.
– Твой уровень? – удивился Митя. Он на самом деле обалдел. "Шлюха с Мухосранска. Кем она себя возомнила? Охринеть?! " – подумал Митя.
– А в чем дело? Ты считаешь, что я не в состоянии буду закончить институт, или в чем дело? – завелась Оля.
Тут в дверь позвонили. Ольга быстро взглянула на часы – ровно шесть.
– Эта Света за мной пришла, мы с ней в кафе идем, – сказала Оля, выходя с кухни.
– Привет, – Оля открыла дверь Свете. – Проходи. Я очень быстро переоденусь. Мы тут с Митей спорили – это заняло какое-то время.
Оля пошла в комнату, а Света двинулась на кухню.
– Привет. О чем спорите, если не секрет? Я тоже люблю поспорить, – обратилась гостья к Кучину.
– Привет. Ты что моей девушке голову дуришь? В какой институт вы завтра собрались, какие лекции?
– А что? Твоя девушка интересуется психологией, ты об этом знал? – тоже с издевательским тоном спросила Света. Только было не понятно: она издевается над тем, что парень не знает, чем интересуется его девушка, или над тем, что "эта провинциальная девка" может интересоваться психологией, да еще на университетском уровне, а не на уровне психологических тестов в «Cosmopolitan».
– А ты в курсе, что она не хочет быть хозяйкой «ларька», как она выразилась, который я хотел ей подарить, здесь, на Ленсовета продают. А хочет работать в ФСБ? – тоже с издевкой спросил Митя.
– Да, ладно?! – удивилась Света.
– Да.
– Кого обсуждаете, меня? И что именно?
Оля зашла на кухню.
– Да, Митя говорит, ты в ФСБ хочешь работать, – отозвалась соседка.
– Митя говорит, что университет, в котором ты учишься готовит людей только такого уровня, не ниже. Так вот если ты из этого заведения выйдешь психологом, то ты где будешь работать?
– Я?! – Я вряд ли его закончу. А если даже и закончу, то скорей всего меня папа посадит в своей фирме каким-нибудь не очень большим начальничком, в надежде на то, что его новая жена родит ему наследника, – с грустью ответила Света.
– Ну хорошо. А в оригинале они психологов готовят для чего, где, предполагается, они должны потом работать? Митя говорит в ФСБ, – продолжала спрашивать Оля.
– Ну, да. Наверное, Митя прав. Где-то там, – скучно ответила соседка.
На этом разговор был окончен. Девушки ушли. Они ушли не далеко, к метро, в обычное, не дорогое кафе, скорей пивнуху, нежели приличное заведение. Оля была поражена таким выбором заведения девушки богатого папеньки. Оля бы пивнуху не выбрала, хоть она и с периферии, но понятие красивого в ней присутствовало.
"Ладно, не буду умничать, в следующий раз я ее приглашу. Надо будет походить по улицам вокруг метро, познакомиться с ближайшими барами. Я все равно сама ничего здесь не знаю", – подумала Оля.
Девушки пили пиво, курили, болтали. Говорила, в основном, Света – жаловалась на свою жизнь дочки богатого папеньки. Оля сначала внимательно ее слушала, пыталась понять ее проблемы, даже посочувствовать, но вскоре ей стало не интересно – Света говорила все об одном и том же по кругу. Оля быстро поняла, что разговор поддерживать здесь не обязательно, что ее мнение Свете не интересно. Достаточно просто иногда кивать и поддакивать, вот и все, что от нее требовалось. О Олиной жизни Света не спрашивала.
"Да, – подумала Ольга – даже клиентам гораздо больше была интересна моя жизнь и мое мнение, нежели моей новой подружке и, по ходу, моему парню.
"Что ты будешь делать после института? " – вспомнила Оля слова Кучина. – А что я делаю с тобой? Какая у меня перспектива с тобой через пять лет, если ты не хочешь меня учить в институте? – рассуждала Оля. – Я просто стала бесплатной шлюхой. Я прожила у него месяц. Даже по Борькиным меркам у меня должны быть мои шесть тысяч рублей, с которыми я могу делать все что хочу, хоть за институт заплатить, хоть маме отослать. А у меня их нет. Я покупаю продукты, чтобы его кормить, могу купить какую-то шмотку себе, вот и все. Что-то я в какую-то жопу опять попала."
Глава 13. Экстрим.
Они продолжали жить. Оля сходила с соседкой пару раз на лекции в институт, ей было интересно, но Света больше не звала Ольгу с собой на лекции потому, что сама Света практически перестала их посещать. У Светы в квартире почти каждый вечер собиралась большая компания, они там тусили почти до утра, а днем соответственно соседка спала. Так тема с институтом заглохла. Митя больше не спрашивал Олю чем она хочет заниматься, а Оля, периодически задавая себе этот вопрос понимала про себя только одно: что она хочет к дочери и мужу, и больше она не хочет ничего.
"Что же делать? – думала Оля, куря на балконе с горячей кружкой растворимого кофе. – Я хочу быть с мужем и дочкой, я хочу свою нормальную семью, я не хочу прожить свою жизнь с этим мальчиком. Он не плохой, даже хороший по-своему, но я не люблю его. И ладно если бы я просто его не любила и все – партия то выгодная. Возможно мама моя права, такого шанса у меня больше не будет… Но, проблема в том, что я люблю своего мужа, отца моей дочери. Очень скучаю по нем. Ужасно… Я не смогу жить с Митей, он раздражает меня все больше и больше. Я долго не продержусь. Клиента можно потерпеть пару часов, ну ночь, а я живу с ним уже два месяца. А зачем?! Зачем я с ним живу? Я в Питере, чтобы денег заработать, а с ним я не зарабатываю денег. У меня нет моих денег! Бред какой-то. Я просто трачу время. Надо что-то делать. Что? – Уходить от него. Куда? Обратно в проститутки? А если просто официанткой? Интересно, а сколько в Питере официантки зарабатывают? – Надо узнать. Надо как-то понять, что мне делать, как мне дальше жить… Даже поговорить не с кем. Мама все одно: "Митя твой шанс! " Шанс на что? – На то, что у меня в холодильнике будет всегда еда, а в шкафу шмотки? Или то, что он будет таскать меня по развлечениям, которые ему интересны, но совсем не интересны мне? Муж – сука, назад меня не зовет. Трахает свою черножопую малолетку, а может и не одну. Ему ни я, ни наша дочь не нужна. А я дура… " Такими мыслями была занята Олина голова почти всегда.
Митя водил Олю в джаз холл, они ездили на картинги, летали на дельтаплане, ездили в Москву на концерт "Red Hot Chili Peppers" и большие "американские горки". Он нанимал ей тренера для катания на коньках…
– Давай спрыгнем с парашюта. – уговаривал Митя.
– Ты хочешь, чтобы я ноги себе переломала? – сопротивлялась Оля.
– Да ладно тебе, все прыгают, и никто не ломает.
– Ломают! И парашюты еще у многих не раскрываются. Митя, слушай, если ты хочешь – прыгай, не надо меня тащить. Ты меня вечно тащишь на какие-то экстримальные развлечения. Мне это не интересно. Я другая. Тебе хочется побояться – мне нет. Я достаточно уже в жизни боялась и, возможно, еще придётся. Я хочу пожить спокойно, без экстрима. Ты не спрашиваешь у меня, чего хочу я. Раньше спрашивал, но, когда ты слышишь, чего хочу я – тебя это не устраивает. – высказала Оля.