Страница 27 из 90
— Я не знаю, — пожала плечами Натали. — Он сразу меня невзлюбил. Считает, что ему всё можно, а Винсенту, наоборот, без его позволения и шагу нельзя ступить. Опекает так или… завидует, не знаю.
— Тогда ему тоже придётся приехать сюда, — нахмурилась Кристина. — Я поговорю с ним.
— Спасибо, миледи.
Леди Коллинз-Штейнберг улыбнулась и подвинулась ближе к Натали. Та взглянула на неё удивлённо, а Кристина осторожно коснулась её тоненьких пальцев с коротко обрезанными ногтями, потом сжала ладонь и поднесла к своей груди.
— Я так скучала по тебе, — призналась она с улыбкой, однако слёзы, стоявшие в глазах всё это время, никуда не делись, и от этого в душе царили странные, противоречивые эмоции. — Каждый день о тебе думала. Мы столько пережили вместе, не верилось, что расстались навсегда…
— Как видите, не навсегда, — смущённо улыбнувшись, отозвалась Натали.
— Ну, а в целом… Денег тебе хватает? Никто тебе жизнь не портит?
— Нет, всё хорошо. Деньги есть, хоть и немного, да и когда их бывает много? Но я травы продаю, свежие, засушенные, зелья делаю, настойки всякие, мази, лекарства… Беднякам обычно денег на лекарей не хватает, и они лечатся у таких, как я, — у травников. В общем, работы хватает.
— И если ты жила в Нижнем городе, хоть и не постоянно, — задумалась Кристина, — почему я тебя не встречала? Я бы тебя легко узнала на улице…
— Я вас видела иногда, — призналась девушка, отчего сердце дрогнуло. — И с милордом, и с сыном вашим, и одну… Не хотела… беспокоить. Вряд ли вам до меня было дело.
— Мне до тебя было дело, понимаешь? — Кристина почувствовала обиду, что её вот так запросто игнорировали и избегали, постаралась скрыть её, но она всё равно зазвучала в голосе. — Но если ты не хотела меня видеть…
— Хотела. Но не могла. Простите.
Долго обижаться на Натали не получалось. Кристина ласково улыбнулась, легко погладив девушку по волосам, потом притянула к себе и обняла, что было сил. До сих пор не верилось, что это всё происходило в реальности, что её бывшая… или теперь уже не бывшая подруга была рядом с ней. Хотелось, чтобы она осталась здесь навсегда, хотя вряд ли такое возможно. Но всё же Кристина решилась. Набрав в грудь побольше воздуха и стараясь побороть доводящее до дрожи волнение, она отстранилась и сказала:
— А ты не хочешь остаться здесь? Для тебя место всегда найдётся.
— Я даже не знаю… У меня работы много, — покачала головой Натали. Вдруг она подняла голову, одарив Кристину внимательным, пронзительным взглядом, отчего та вздрогнула. Голос девушки зазвучал совсем иначе: — Миледи, но как раньше-то уже никогда не будет.
— Я понимаю, но всё же… До тех пор, пока Винсент не приедет. Просто останься со мной, пожалуйста.
Больше ей некого было просить. Хельмут пока ещё находился в Эори, но уже готовился к отъезду: он дожидался Альберту, решив разделить с ней путь до границы. Герцогиня Вэйд тоже вряд ли надолго задержится. А когда Генрих вернётся — один Бог знает. Так что, кроме сына, близких людей у Кристины в Эори вообще не оставалось. А тут Натали снова ворвалась в её жизнь, и как она после такого, поняв, что нужна ей, что та её не ненавидит, может снова её оставить?
— Ну, ненадолго… — покачала головой та.
— Хорошо. Как только ты выйдешь замуж, ты станешь баронессой, а баронессам не к лицу быть служанками, — заметила Кристина. — Давай сейчас ты поможешь мне с ванной, а потом мы пойдём обедать.
Пока она раздевалась, Натали подробнее рассказывала о своей жизни последние четыре года, а Грета и Кэси готовили ванну: вычистили до блеска медную ёмкость, натаскали тёплой воды, принесли мыло и масла с ароматами бергамота и апельсина — Кристина очень любила эти запахи, они успокаивали её, расслабляли и позволяли отвлечься от тревожных мыслей. Всё это время служанки недоверчиво поглядывали на Натали, которая сначала рвалась помочь, но Кристина не позволила ей, сказав, что её вмешательство потребуется позже.
Когда всё было готово, она отослала служанок прочь и наконец забралась в воду. Любимые ароматы, теплота и присутствие Натали действительно по-своему умиротворяли, но всё же поселившаяся в душе тревога никак не утихомиривалась. Альберты не было уже довольно долго, хотя Кристина рассчитывала, что она должна была вернуться позавчера. Кроме того, они условились, что герцогиня, проводив Джойса до границы, пошлёт письмо в Эори. Гонец бы добрался меньше, чем за день, но, видимо, что-то пошло не так… Может, именно поэтому Альберта так долго не возвращается? Вдруг что-то случилось?
Проклятая тревога возросла, превращаясь в самый настоящий страх. Кристина сжала бортики ванны и закрыла глаза, стараясь сосредоточиться на ароматах масел и тонких, но довольно сильных пальцах Натали, которые массировали её плечи. Эти прикосновения приносили немало удовольствия телу, но не разуму, мыслям и чувствам. Те бурлили, как кипящая вода в огромном котле, и не желали успокаиваться.
Кристина очень переживала и за Альберту, и за всё это предприятие. От Джойса можно ожидать чего угодно, в том числе и…
Нет, об этом лучше не думать.
Но не думать не получалось. Стоило проверить состояние герцогини Вэйд и её небольшого войска, но как? Взгляд сквозь пространство — заклинание сложное, на нём много ограничений, да и Кристина давненько его не практиковала, хотя раньше получалось неплохо. И если Берта сейчас далеко, то её не найти таким образом. Можно попробовать применить поисковое заклинание, но оно ещё сложнее, требует немало сосредоточения и сил. И нужен какой-то конкретный предмет, вещь, на которую следует настроиться, чтобы найти что-то или кого-то, связанного с ней.
Впрочем, такая вещь была. Руна, которую Кристина дала подруге. Обычная защитная руна с универсальными свойствами. Впрочем, дело даже не в этих свойствах — на неё можно настроиться как на обычный предмет и начать поиск.
Кристина вздохнула и открыла глаза.
— Миледи, а что с водой? — вдруг поинтересовалась Натали. Её руки безвольно соскользнули с плеч Кристины.
Та взглянула вниз и обнаружила, что вода в её ванне сделалась золотистой, блестящей, будто в неё высыпали золотую пыльцу. И улыбнулась. Видимо, задумавшись о заклинаниях, случайно выпустила свою, пусть невеликую, силу из-под контроля. Такое случалось и раньше, но нечасто, а теперь, после долгого перерыва, магия снова вырвалась наружу без разрешения.
— Я и раньше так делала, помнишь?
Кристина обернулась, наблюдая за за реакцией Натали: та большими глазами смотрела на золотистую воду, но страха на её лице уже не читалось — его место заняли интерес и восхищение. Она, не отрывая взгляда, неосознанным движением протянула руку к воде, но вдруг очнулась и отдёрнула. Тогда Кристина, улыбнувшись, опустила два пальца в воду. Та из золотистой мгновенно стала зеленоватой с жёлтыми разводами, затем цвет сменился на насыщенный синий, чуть побледнел, и вдруг вода сделалась белой-белой, как бескрайние снежные поля ярким зимним днём.
Натали смотрела, раскрыв рот, глаза её блестели, а Кристина чуть посмеивалась, то и дело щёлкая пальцами под водой. Она уже вполне остыла, и стало прохладно, но останавливать эти милые глуповатые фокусы Кристине не хотелось. Вода каждые несколько мгновений меняла цвет, переливалась всеми оттенками радуги, искрилась, и от этого стало чуть легче, спокойнее на душе, и смеялась она искренне, но всё же… Эта чёртова тревога была будто игла, засевшая в сердце и колющая его при каждом движении.
Приняв ванну, Кристина решила не тянуть и заняться заклинанием тут же. Поделилась своими опасениями с Натали, и та поддержала её идею, мол, нечего терзать себя догадками, лучше сразу узнать наверняка. Правда, живот уже начало подводить от голода: перед посещением церкви было не принято есть, и весь сегодняшний обед Кристины составили лишь пара виноградинок и глоток слабого вина. Но еда подождёт, важнее выяснить, как дела у Берты.
Кристина быстро оделась и попросила Натали посидеть рядом: заклинание может оказаться слишком тяжёлым, и ей нужна поддержка. Девушка осторожно взяла госпожу за руку, в глазах её вновь заплескался страх.