Страница 65 из 91
Ольга вглядывалась в экран, грызя кулак, чтобы не завыть. Отпускала прежнюю жизнь, отдирала себя от них, как присохший к ране бинт. По волоконышку заскорузлой тоски, по миллиметрику иссохшей надежды. Всегда знала, что возврата нет, а все равно больно! Мужчины за столом терпеливо пережидали, только желваки ходуном ходили на лицах всех троих. Нет ничего страшнее для нормального мужика, чем видеть женское горе. А то, что это реальное горе, понимал даже майор. Он и прекратил эту муку, просто передвинул телефон к Давиду, разорвав контакт.
— Так почему вы не можете ехать?
— Потому что сдохнем. — Пашка говорил спокойно и убежденно, без тени игры на публику. Голая констатация. — Знаете, товарищ майор, как живой карп без воды подыхает? Вот и мы так. Пару, максимум — трое суток потрепыхаемся, и можно потрошить. Ни один судмедэксперт не определит, от чего скончался мой совершенно здоровый организм. У меня, наверное, даже рентген не покажет былых переломов, такой я теперь здоровый.
— Люди прибыли в командировку, майор. В любой момент их заберут, а ты им дела доделать не даешь.
— Николай Федорович, — Оля потихоньку обретала самообладание, — давайте так: в следующую командировку Павел с вами свяжется через Давида, и вы запишете видеописьмо. У нас будет время обдумать, что сказать, а у вас — надо ли это делать.
— А она будет, эта следующая командировка? — уточнил майор.
— Для меня — нет. Я плохо переношу переход между мирами и еще раз на такую муку смогу решиться только от какой-то грандиозно большой нужды. А для Павла, скорее всего, да.
— А если нет?
— Кисмет. — Ольга пожала плечами. — От нас почти ничего не зависит.
— А как же Олег?
Оля опять пожала плечами.
— Очень ему сочувствую, но справлялся же он как-то эти месяцы.
— Нет, я так не согласен! — заявил майор твердо, но уже без прежнего нахрапа. — Видео надо записать. Пусть короткое, но надо. Столько людей носом землю рыли, пока тебя, парень, искали! До генералов дошли!
— И что я скажу? — Пашка смотрел на майора больными глазами. — Батя, я жив-здоров? Не ищи меня, я в другом мире?
— Да хоть бы и так! Станешь отцом — поймешь!
— Довольно! — тихо и властно оборвал нарастающую экспрессию майора Давид. — Оленька, ты ведь еще не все купила? Вот и займись, а мы тут по-мужски.
Пашка с силой потер обеими руками свой отросший ежик волос, потом с резким выдохом расправил плечи и вскинул на Ольгу твердый взгляд. От парня так и тянуло отчаянной решимостью.
— Да, тёть Оль, ты иди, не надо тебе тут. Тебе своего хватает.
— Паш, ты уверен? Или ты не хочешь отцу меня показывать?
— Я просто боюсь, что ты рехнешься с этой твоей эмпатией дурацкой, а лавэ меня потом спалит и по ветру развеет.
— Спалит? По ветру развеет? — Майор опять начал наливаться дурной кровью. — Что за бред вы несете?!
— Это для вас бред, Николай Федорович, — произнесла Ольга, четко артикулируя каждый звук, — а для нас обыденная реальность. Магия называется. И не вскипайте.
Оля собрала вектор из всего своего неприятия ситуации и запульнула в майора.
— Что, неприятно? — Майора перекосило, как будто он хлорного отбеливателя вместо водки хватанул. — Это десятая часть моих истинных переживаний.
— Ольга Петровна у нас маг-эмпат с даром влияния, — гордо объявил Пашка.
— То, что эмпат, я еще утром понял. — Давид бесцеремонно перехватил у майора инициативу в разговоре. — А что значит «влияния»?
— Это значит, что я могу собрать какие-то эмоции в вектор и заставить тебя их почувствовать. Могу собрать твои собственные эмоции и усилить их, но мне проще пользоваться своими. Хочешь, заставлю тебя пережить счастье рождения ребенка? — спросила Оля с грустной шутливостью. Она всего лишь хотела сбить невольный пафос. Давид шутки не принял. Просто смотрел выжидательно. Пришлось Ольге раскрываться дальше.
— А могу оглушить нашего бравого майора, и мы спокойно уйдем.
— Все равно найду!
— Если мы позволим. — Ольге этот спор надоел безмерно, после сухих слез у нее никаких сил не осталось, а нужно держать себя в руках и что-то доказывать этому борову. — Посмотрите вон на тот столик, уважаемый Николай Федорович. Что вы видите?
— Человек сидит, в таком же костюме, как у вас. На свои руки пялится, иногда ими водит туда-сюда, как идиот. Я давно его приметил и понял, что он с вами.
Оля не позволила себе ухмыльнуться, только мягко посмотрела на Павла. Пашка как будто ждал этого сигнала — в два легких шага оказался около Хайрема, тронул его за плечо и что-то шепнул.
Вдох, другой — и глазки майора поползли из орбит: откуда перед обозначенным товарищем взялся розовенький детский микроскоп? А тарелка с обрезками фруктов? А корзина, из которой нахально торчал хвостик ананаса? Пашка подарил майору злорадную усмешку и снова тронул человека в черном мундире за плечо. Миг неприятной мути перед глазами — и стол снова казался пустым. Хайрем спокойно убедился, что гости Ольги оценили представление, и вернулся к микроскопу. Страсти землян волновали его не слишком. На данный момент.
— Ну а ты, Павел Олегович, у нас кто? Тоже огонь мечешь? — Майор, видимо, пытался за сарказмом спрятать растерянность. Откуда взялось это, тоже было непонятно. Странно было предположить, что майор фэнтези читал. На сочувствие у Ольги сил не было, а посочувствовать было чему — у мужика картина мира растрескалась, как древняя итальянская мозаика.
— До огня еще не дорос. — Пашка сочувствовать человеку, который его загнал в угол, не собирался. — Но кое-что тоже могу.
По его просьбе официантка принесла два стакана виноградного сока. Павел подвинул оба стакана к собеседникам и попросил:
— Сделайте по глоточку, пожалуйста.
— Обычный сок, — фыркнул майор. Давид подтвердил кивком. Ему представление, затеянное иномирянами, так нравилось, что он почти улыбался.
— Минуточку. — Пашка притянул оба стакана и, не выпуская из ладоней, просидел так больше минуты. Ольга даже забеспокоилась, как бы коньяк какой не сотворил от усердия.
— Прошу. — Пашка вернул стаканы владельцам. — Что сейчас скажете?
Майор щедро глотнул из стакана, видимо, пить захотелось, и его глазоньки второй раз за полчаса полезли из орбит. Давид пригубил осторожно и довольно раздул ноздри.
— Неплохое вино. Крепленое. Если бы сам не видел, подумал бы, что прошлогоднее сладкое вино выморозкой крепили.
— А у меня как будто чача…
— Молодец, — шепнула Ольга Павлу. И верно, похвалить было за что — умение парня растет. Два разных по крепости напитка одновременно сделал.
— Коста обоерукий, а я что, хуже? — чуть самодовольно отшептался Пашка. По-нрекдольски.
— Надеюсь, теперь вы нам чуточку поверили, Николай Федорович? Все еще считаете, что отцу Павла стоит это знать?
— Как просто человеку, может быть, и нет. Но как отцу — да, обязательно, — твердо ответил майор и заглотил остаток своей чачи. — Вы, Ольга Петровна, и вправду погуляйте, а то у меня культурные слова заканчиваются совсем.
Давид молча протянул Ольге кредитку и шепнул на ухо пин-код. Собственно, осталось купить не так уж много, только радостное ожидание удовольствия от дарения было подпорчено.
Оля успела купить Шепри и Жеху Семенычу по штангенциркулю и металлической линейке — осенило же напоследок. Семенычу командирские часы, чистая механика. Не утерпела, прихватила заварочный чайник с прессом, опять же с дальним прицелом подразнить местных умельцев. Только для Тырьки ничего не попадалось. Ольга интуитивно угадывала, что время выходит. Вот-вот нужно было ожидать возвращения команды ходоков, и она спешила. Милый молодой человек в отделе товаров для питомцев-любимцев сильно извинялся, что для тибетского мастифа игрушек пока не подвезли, и посоветовал сделать забаву своими руками. Для чего посоветовал приобрести толстый синтетический спортивный канат. И даже распечатал листок с основными идеями, как связать да как переплести. Еще для Тырюхи было куплено два больших спортивных коврика. Юрна придумает, как их срастить, чтоб чудуся помещалась, и как обработать магией, чтобы подстилка не слишком сильно страдала от шипов. Как-то разом навалилась чудовищная тоска по шилопопоньке. Такая сильная, что Оля забыла тревожиться о Пашке.