Страница 21 из 107
Когда во владении Цзинь случалось печальное событие, он всегда горевал, а когда случалось радостное событие, всегда радовался.
Заболев, Сян-гун вызвал Цин-гуна[404] и сказал: “Непременно хорошо относись к цзиньскому Чжоу, в будущем он приобретет владение Цзинь. Его поведение добродетельно, а добродетели приносят покровительство Неба и Земли. Тот, на кого Небо и Земля ниспосылают счастье, в худшем случае приобретет владение, а в лучшем — Поднебесную.
Ведь почтительность — это уважение, предусматриваемое добродетелью; преданность — искренность, предусматриваемая добродетелью; доверие — покровительство, предусматриваемое добродетелью; человеколюбие — любовь, предусматриваемая добродетелью; долг — умение вести дела, предусматриваемое добродетелью; мудрость — повозка для добродетели; смелость — руководитель добродетели; наставления — распространение добродетели; почтительность к родителям— основа добродетели[405]; милость — милосердие, предусмотренное добродетелью; уступчивость — применение добродетели на деле.
Подражание Небу позволяет быть почтительным; руководство своими стремлениями позволяет быть преданным; беспокойство о личных качествах позволяет пользоваться доверием; любовь к людям позволяет быть человеколюбивым; стремление управлять, принося выгоду другим, позволяет соблюдать долг; умение вести дела позволяет быть мудрым; следование долгу позволяет быть смелым; умение различать [дурное и доброе] позволяет давать наставления; прославление духов позволяет быть почтительным к родителям; милосердие и дружелюбие позволяют быть милостивым; выдвижение соперников позволяет быть уступчивым. Чжоу обладает всеми перечисленными одиннадцатью качествами.
Небу присущи шесть начал[406], а Земле пять стихий, и числа эти — неизменны. Шесть начал Неба образуют [как бы] основу ткани, а пять стихий Земли образуют [как бы] уток ткани, и если не путают основу и уток[407] — это признак добродетелей. [Наш покойный правитель] Вэнь-ван был по натуре добродетелен, поэтому Небо ниспослало на него счастье, вручив Поднебесную, а ведь Чжоу тоже исполнен добродетелей. Вдобавок предки Чжоу, имена которых указаны на табличках четного и нечетного рядов[408], — близкие родственники правителей владения Цзинь, поэтому он может получить это владение.
К тому же когда [Чжоу] стоит, он не наклоняется ни в одну сторону, что указывает на правильность поведения; смотрит, не вращая глазами, что указывает на степенность; слушает, не навостряя ушей, что указывает на зрелость; говорит, не касаясь далеких предметов, что указывает на осмотрительность. Правильность поведения позволяет следовать по пути добродетели; степенность вызывает доверие к добродетели; зрелость позволяет соблюдать добродетель до конца; осмотрительность позволяет сохранять добродетель. Сохранение добродетели и соблюдение ее до конца в чистом и неизменном виде, следование по правильному пути и стремление делами вызвать доверие других свидетельствуют о хорошем понимании прекрасных добродетелей. Осмотрительность, зрелость, степенность и правильность поведения — помощники добродетели. Радость или печаль по поводу событий в Цзинь показывают, что Чжоу не забыл своей родины. Он исполнен добродетелей, ему помогают четыре прекрасных качества, что же он может получить [за это], кроме владения!
Когда Чэн-гун возвращался на родину[409], как я слышал, в Цзинь гадали на него по тысячелистнику. Выпала гексаграмма гань, которая, изменившись, превратилась в гексаграмму пи[410]. Объяснение гексаграммам гласило: “Достоин, но не до конца: правители три раза выйдут [из Чжоу]”[411]. Один из них уже выехал [из Чжоу][412], кто будет последним — неизвестно, а следующим обязательно должен быть этот [Чжоу].
К тому же я слышал, что при рождении Чэн-гуна его мать видела во сне, как дух написал тушью на ягодице младенца: “Пусть владеет Цзинь, а через три поколения владение будет вручено внуку Хуаня”[413]. В связи с этим Чэн-гуну дали имя Хэй-тунь — Черная ягодица.
К настоящему времени, [считая от Чэн-гуна], уже сменилось два поколения. Сян-гун[414] носил имя Хуань, а Чжоу — его внук. Ныне он обладает прекрасными добродетелями, с почтением относится к родителям, отличается почтительностью, так кто же, кроме него, [может выехать из Чжоу в Цзинь]!
К тому же сон, [который видела мать Чэн-гуна], говорит, что владением Цзинь обязательно будет владеть внук Хуаня, а объяснения к гексаграммам гласят, что правители для владения Цзинь обязательно явятся три раза из Чжоу, причем по своим добродетелям Чжоу достоин занять пост правителя владения. Таким образом, все три предзнаменования говорят об одном и том же. Я слышал, что в “Великой клятве”[415], которая рассказывает о прошлых событиях, говорится: “Мои сны совпадают с результатами моего гадания на панцирях черепах и согласуются с прекрасными предзнаменованиями[416], поэтому если я выступлю в поход против династии Шан, обязательно одержу победу”. Тогда тоже три вещи говорили об одном и том же. Ныне правитель Цзинь совершает одно неправое деяние за другим, у него нет законных наследников[417], и, по-видимому, он лишится владения. Обязательно поскорее начинайте хорошо относиться к цзиньскому Чжоу — он будет править [владением] Цзинь”.
Цин-гун согласился с этими словами. Когда при Ли-гуне в Цзинь возникли беспорядки[418], цзиньцы вызвали Чжоу и возвели его на престол. Это был правитель Дао-гун.
На двадцать втором году правления Лин-вана (550 г. до н. э.)[419] произошло сражение между реками Гу и Ло[420], воды которых грозили разрушить дворец вана, в связи с чем ван хотел перекрыть течение [рек].
Наследник престола Цзинь[421], увещевая Лин-вана, сказал: “Нельзя [этого делать]. Я, Цзинь, слышал, что в древности стоявшие во главе народа не сносили гор, не повышали уровня воды в пересыхающих болотах, не перекрывали течения рек, не спускали воду из озер. Ведь горы — это скопление земли, пересыхающие болота — места, где находит приют все живое, реки — проводники для животворных сил [Неба и Земли], озера — места скопления воды. Вначале, когда образовались Небо и Земля, они собрали [землю] и создали высокие горы, поселили все живое на низких местах[422], расчистили и определили русла для рек, чтобы проводить по ним свою животворную силу, построили заграждения вокруг сырых и низких мест, желая собрать вместе прекрасные качества воды[423]. Вследствие этого собранная в горы земля не обрушивалась и не осыпалась, все живое имело место для приюта, животворные силы [Неба и Земли] не застаивались, но и не рассеивались. В результате народ при жизни имел средства для существования, а в случае смерти — место для погребения. При таком положении не приходилось печалиться, что кто-то преждевременно умрет, кто-то сойдет-с ума, умрет от эпидемии или заболеет, не было также хлопот, связанных с голодом, холодом или недостатком в средствах. Именно поэтому высшие и низшие могли сохранять друг с другом прочное единство, которое давало возможность быть готовым к непредвиденным бедствиям. Мудрые правители древности как раз обращали пристальное внимание только на это[424].
404
Цин-гун — посмертный титул сына даньского Сян-гуиа.
405
Основной обязанностью человека является служение родителям, поэтому почтение к родителям — основа добродетели.
406
Небу присущи шесть начал — под шестью началами (лю-ци) имеются в виду темное (инь) и светлое (ян) животворные начала, ветер, дождь, ночь и день.
407
Согласно существовавшим воззрениям все сущее возникает, существует, развивается и гибнет на основе взаимодействия шести начал Неба и пяти стихий Земли. Поэтому тот, кто соблюдает законы Неба и Земли, обладает добродетелями.
408
...предки.., имена которых указаны, на табличках четного и нечетного ряда (чясао-му) — пример древнекитайской дуальной системы родовой организации. Как явствует из свидетельств таких источников, как Чжоу-ли и Ли-цзи, в чжоуское время существовала особая система расположения табличек с именами предков в храме. Эти таблички размещались двумя рядами, один из которых назывался чжао, а другой му. К ряду чжао относились нечетные поколения (отец, прадед и т. д.), к ряду му — четные (дед, прапрадед и т. д.). Говоря о назначении такой системы расположения табличек, автор Ли-цзи утверждает: «Во время принесения жертв [ряды] чжао и му служат для того, чтобы различать и не допускать нарушения последовательности отца и сына, дальнего и близкого, старшего и младшего, родственника и чужого» (М. В. Крюков. Система родства китайцев. М., 1972, с. 270—271).
Иероглиф чжао — «ясный», «светлый», «блестящий» вошел в состав термина потому, что во время жертвоприношений в храме предков таблички с именами представителей нечетного поколения (отец, прадед и т. д.) располагались лицом к югу, а юг связан с понятием света. Наличие в составе термина иероглифа му — «глубокий», «темный», «мрачный» объясняется тем, что таблички с именами представителей четного поколения (дед, прадед и т. д.) располагались лицом к северу, а север связывался с понятием мрака.
409
Речь идет о следующем. Цзиньский правитель Лин-гун отличался распущенностью и жестокостью, за что был убит военачальником Чжао Чуанем. В это время младший брат Сян-гуна, Хэй-тунь, находился при дворе дома Чжоу. Цзиньский сановник Чжао Дунь предложил Хэй-туню вернуться на родину и взойти на престол; Хэй-тунь и носит посмертный титул Чэн-гун ГШЦ, гл. 39, л. 316).
410
Выпала гексаграмма гань, которая, изменившись, превратилась в гексаграмму пи — гексаграмма гань — первая гексаграмма И-цзина; гексаграмма пи — двенадцатая гексаграмма И-цзина. Превращение гань в пи связано с троекратным изменением первоначального начертания, чем отчасти и предопределено толкование гадания.
411
Достоин, но не до конца; правители три раза выйдут [из Чжоу] — объяснение к гексаграмме связано с глубокой символикой и хитроумными рассуждениями. Гексаграмма гань символизирует правителя, поэтому иероглиф пэй — «соответствовать», «подходить», «быть достойным» означает, что Чэн-гун обладал качествами, которые делают его достойным прежних правителей, и он может занять престол. Выражение «не до конца» указывает, что потомки Чэн-гуна не будут вечно занимать посты правителей. Нижняя часть гексаграммы гань, состоящая из трех черт, изменившись, стала похожей на триграмму гексаграммы кунь, которая символизирует подданного или слугу. Отсюда и толкование: правители Цзинь лишатся владения и станут служить другим. Поскольку, как уже говорилось в примеч. 40, для перехода одной гексаграммы в другую потребовалось три изменения, это значит, что потомки Чэн-гуна будут править Цзинь только в течение трех поколений. Кроме того, как тоже уже отмечалось, гексаграмма гань символизирует правителя, в данном случае — чжоуского вана. Те же три изменения указывают, что от него на цзиньский престол взойдут три человека.
412
Имеется в виду Чэн-гун; см. примеч. 39.
413
Хуань — имя цзиньского правителя Сян-гуна. Чжоу являлся правнуком Сян-гуна, но в тексте он назван внуком. Дело в том, что все потомки, начиная от внука, называются обычно внуками, без детализации степени родства.
414
Сян-гун — цзиньский правитель, названный в тексте Дань Сян-гун, но иероглиф дань включен в текст ошибочно (См. ГЮКИ, с. 280).
415
Великая клятва (тай-ши) — клятва, которую У-ван дал перед нападением на Чжоу, последнего правителя династии Инь (см. ШШЧИ, гл. 11, с. 370).
416
Когда У-ван выступил в поход против династии Инь, то во время переправы через Хуанхэ «на середине реки в его лодку прыгнула белая рыба. У-ван нагнулся и взял рыбу, чтобы принести ее в жертву. Когда он переправился через реку, [вдруг] появился огонь, который, поднявшись вверх, вновь опустился вниз на помещение, где находился ван, и превратился в ворона красного цвета, который [громко] закаркал» (ШЦ, гл. 4, л. 8а).
Белый цвет считался цветом иньского дома. Рыба, покрытая чешуей, издавна символизировала армию, одетую в латы. Притча о белой рыбе, неожиданно упавшей к ногам У-вана, по толкованиям оракулов, предвещала поражение иньской армии.
Красный цвет считался цветом дома Чжоу, а огонь — покровительствующей ему стихией. Отсюда и притча об огне и красном вороне.
417
Начиная с Сянь-гуна, в Цзинь не было добродетельных правителей, а сам Сянь-гун, поверив клевете наложницы Ли-цзи, отстранил своих сыновей, разослав их в разные места. Последующие правители подражали Сянь-гуну.
418
Имеется в виду убийство Ли-гуна. См. отрывок [25], примеч. 17.
419
Лин-ван — чжоуский ван, носивший имя Се-синь. Даты правления — 571—545 гг. до н. э.
420
Река Гу брала начало в современном уезде Мяньчи в пров. Хэнань, сливалась с рекой Лошуй и впадала в Хуанхэ. В результате наводнения уровень обеих рек резко поднялся, и в месте слияния их воды как бы сражались друг с другом, в связи с чем в тексте и сказано: «произошло сражение между реками Гу и Ло».
421
Наследник престола Цзинь (тай-цзы Цзинь) — сын Лин-вана. Умер в молодом возрасте, не успев взойти на престол.
422
Низкие места — имеются в виду пересыхающие болота и озера.
423
...собрать вместе прекрасные качества воды — т. е. собрать воду в водоемах, чтобы ее можно было использовать для орошения полей.
424
Т. е. стремились не нарушать законов Неба и Земли.