Страница 99 из 141
В целом ряде случаев в источниках указываются пожалования не территории с людьми (количество дворов), а земельной площади определенного размера, иногда же просто пожалования земель без уточнения размеров. Это делает невозможным точный подсчет таких пожалований и установление удельного веса землевладения знати в масштабах всей страны. Приведем примеры. Монгольскому вельможе Баяну дважды жаловались поля: в 1326 г. — 5 тыс. цин в Хэнани[1700], в 1336 г. — земли, ранее принадлежавшие принцессе Нулунь-инь-чжэсы, тоже 5 тыс. цин[1701]. Наряду с этим Баян получил еще 40 тыс. дворов, собирающих жемчуг[1702]. Полководец Чаган неоднократно награждался пожалованиями. Когда на престол взошел Мэнгу (Сянь-цзун) в 1251 г., Чагану кроме золота и узорного шелка были отданы на кормление свыше 3 тыс. дворов[1703] и еще в разных местах луга (цао-ди), всего 14 500 с лишним цин, а также свыше 20 тыс. дворов[1704]. Государственному деятелю, полководцу Янь-Тэмуру при Вэнь-цзуне (1328–1332) был пожалован титул тайпин-вана, а Тайпин-лу[1705] стала его «территорией на кормление», сколько там было дворов — не сказано. Ему же передано кроме ценных подарков и денег пинцзянских казенных земель 500 цин[1706].
Трудно установить, на каких условиях жаловались монгольской знати земли в дополнение к уделам, но, по-видимому, как и в основных уделах, с крестьян, обрабатывавших эти земли, знать взимала налоги.
По своему социальному характеру удельное землевладение — крупная феодальная условная земельная собственность знати. Хотя уделы предназначались в наследственное владение, государство в лице монгольских ханов могло конфисковать эту территорию и передать ее другим[1707]. В то же время центральная власть Юаньской империи осуществляла контроль над взиманием налогов в уделах, сдерживая их владельцев от самовольных поборов. И хотя хозяева этой земли относительно свободно распоряжались ею и могли передавать ее родственникам, все же их права были ограничены.
Так, не удалось найти в источниках данных о продаже уделов. И это вполне естественно, так как приобретавший «территорию в кормление» имел право взимать налоги с населения, но не свободно распоряжаться землей как частной собственностью. В этом особенность условного удельного землевладения юаньского периода. Вот почему мы не согласны с Мэн Сы-мином, который, основываясь на том, что владельцы уделов дарили землю своим родственникам[1708], утверждает, будто земли уделов являлись частными. Как известно, условная земельная собственность феодалов во многих странах в различные эпохи передавалась по наследству и могла быть подарена.
О том, что владельцы уделов приобретали право на взимание налогов, косвенно свидетельствуют многие записи в китайских летописях, заключенные в такие формулы: «Передать вану Тачару погодовой (ежегодный) налог с пожалованной территории Иду-Пинчжоу»[1709]. Или: «Пожаловать принцессе Мангутай налоги с полей в округе Синин»[1710].
Право знати на сбор налогов в уделах подтверждают и данные главы «Погодовые пожалования» в «Юань ши». Хотя вся глава посвящена пожалованию уделов, в ней. нет даже упоминания о земле[1711], а речь идет о количестве переданных в разное время представителям знати крестьянских дворов и о размерах годовых пожалований, другими словами, — о сумме ежегодного налога в пользу владельцев уделов. Причем, как правило, говорится о налоге серебром с каждого двора и шелковой пряжей (налог шелковой пряжей с пяти дворов — у-ху-сы). Иногда же, правда в единичных случаях, здесь указано лишь число пожалованных дворов. Например, принцессе А-си-лунь «в 6-й год эры Чжи-юань[1712] передано 300 дворов, обрабатывающих землю, в округе Цзячжоу и других пунктах»[1713].
По подсчетам Мэн Сы-мина, на основе данных упомянутой выше главы, в пожалованных уделах было 2800 тыс. с лишним дворов из 13 млн. во всей Юаньской империи, т. е. примерно ⅕ часть населения страны[1714]. Однако эти данные не включают дворы всех уделов, так как в той же главе подчас не приводится их число[1715]. Кроме того, Мэн Сы-мин не учел данных из других глав «Юань ши», где тоже сообщается о пожаловании дворов или территории на кормление[1716]. Таким образом, определить полное число дворов в уделах не представляется возможным. Оно, вероятно, будет превышать 3 млн. Но и эти неполные данные говорят о большом удельном весе в стране населения в уделах[1717].
Непосредственные производители — зависимые крестьяне в уделах подвергались почти тем же методам эксплуатации, что и крестьяне, обрабатывавшие государственные земли, находившиеся в ведении самой центральной власти.
С удельных крестьян в Северном Китае с 1236 г. брали налог шелковой пряжей в размере 1 дина с 5 дворов[1718]. Кроме того, существовал налог серебром (бао-инь), взимавшийся со всех, по-видимому и в уделах, в размере 4 ляна с каждого двора[1719]. После покорения Южного Китая, в 20-м году эры Чжи-юань (1283), в уделах знати был введен поземельный налог в размере 100 дин (слитков) с 10 тыс. дворов[1720], т. е. 0,5 ляна с каждого двора.
Из источников известно, что владельцы уделов ежегодно получали серебра и шелка неодинаково. Их доходы от так называемых пожалований, установленные при Угэдэе, постепенно повышались при Мункэ, а затем и при Хубилае. В царствование последнего, когда был покорен Южный Китай, каждому владельцу удела дополнительно передали много крестьян. И до тех пор пока на Юге не был введен кэчай (подворный налог, включавший налоги шелковой пряжей и серебром), с каждого двора взимали 5 цянь. В период Чэн-цзуна (1295–1307) эта сумма была доведена до 2 связок[1721]. К сожалению, эти отрывочные и противоречивые данные не дают точного представления о налоговой системе в уделах. Вопрос этот еще нуждается в исследовании.
По нашим подсчетам, на основании данных главы «Погодные пожалования», налог шелковой пряжей взимали в размере около 2 цзинь с пяти дворов, или 0,4 цзиня — с каждого двора, а налог деньгами на Юге Китая (Цзяннань), ху-чао, — по 2 ляна с каждого двора. Так, у сына Тай-цзуна — великого вана Ха-дань из пожалованных ему дворов к 6-му году эры Янь-ю (1319) фактически было 2356 дворов, с которых собирали шелковой пряжи 936 цзинь[1722]. Кроме того, в 18-м году эры Чжи-юань (1281) было передано 2500 дворов (на Юге), с которых получали 100 дин деньгами[1723]. Из пожалованных великому вану Могэ в 1257 г. 5552 дворов к 1319 г. фактически осталось 809 дворов, с которых взимали шелковой пряжи 333 цзиня, а с 8052 дворов в Южном Китае получали 324 дина[1724].
1700
Там же, гл. 138, стр. 17б. 1 цин равен 100 му, или 6,144 га.
1701
Там же, гл. 39, стр. За.
1702
Там же, гл. 39, стр. 7б.
1703
В «Юань ши» (гл. 120, стр. 26) сказано: «В качестве территории в кормление». Эта формула имеет древнее происхождение, она выражает идею пожалования территории с населением, с которого взимались налоги.
1704
«Юань ши», гл. 120, стр. 2б. Из текста неясно — входят ли 3 тыс. дворов в число 20 тыс. или последние были пожалованы вместе с лугами.
1705
Лу — крупная административная единица, на один разряд ниже провинции (шэн).
1706
«Юань ши», гл. 138, стр. 9а.
1707
В источниках сплошь и рядом приводятся свидетельства о передаче тем или иным представителям знати земли, ранее принадлежавшей другим представителям монгольской аристократии. См., в частности, «Юань ши», гл. 39, стр. За, 7б.
1708
Мэн Сы-мин, Юань-дай шэхуй…, стр. 121.
1709
«Юань ши», гл. 4, стр. 10б.
1710
Там же, гл. 24, стр. 21а; см. также гл. 25, стр. 10а; гл. 34, стр. 16б; гл. 35, стр. 12б; гл. 118, стр. 9б и т. д.
1711
Там же, гл. 95, стр. 1–34. Это, конечно, не означает, что земля не подразумевается, ведь крестьян передавали с землей, но она оставалась в их пользовании, а владельцы уделов получали право взимания налогов с них.
1712
В тексте не уточняется, какая эра Чжи-юань имеется в виду: 1264–1294 или 1335–1340 гг.
1713
«Юань ши», гл. 95, стр. 15б.
1714
Мэн Сы-мин, Юань-дай шэхуй…, стр. 102, 103. Мэн Сы-мин указывает, что ванам (князьям) было пожаловано 1 814 965 дворов, принцессам всего 580 482 двора и заслуженным чиновникам 447 887 дворов, в общей сложности 2 843 334 двора (стр. 102, прим. 620).
1715
«Юань ши», гл. 95, стр. 5б, 6а, 12б.
1716
Мэн Сы-мин упоминает главы «Юань ши», данные которых он не использовал при подсчете: гл. 119, стр. 12б; гл. 121, стр. 19а; гл. 123, стр. 1б; гл. 124, стр. 12б; гл. 127, стр. 17а; гл. 32, стр. 1б. В других главах также сообщается о передаче уделов, но не приводятся данные о числе дворов.
1717
Если данные об уделах рассматривать в динамике, то удельный вес населения уделов был различным в разное время. Так, по данным переписи 1236 г., все население Северного Китая составило 1830 тыс. дворов, а население уделов — около 900 тыс. дворов, т. е. 7 г всего населения страны. (Н. Ц. Мункуев, Китайский источник…, стр. 46–48.).
1718
«Юань ши», гл. 93, стр. 12а; гл. 95, стр. 1а.
1719
Там же, гл. 93, стр. 12а. С 1255 г. взимали 4 ляна серебром, в том числе 2 ляна серебром и 2 ляна в пересчете на шелковую пряжу, шелковые ткани и др. Но эти данные относятся не только к удельным крестьянам.
1720
Дин (слиток) — денежная единица, равная 50 лянам серебра (1 лян = 37,3 г) («Юань ши», гл. 12, стр. 136). Из текста можно понять, что поземельный налог в Южном Китае заменил собой налог шелковой пряжей у-ху-сы: — «Указано ванам, принцессам, царским зятьям, получившим уделы на Юге Китая (Цзяннань), взимать поземельный налог с 10 тыс. дворов деньгами 100 дин (слитков), что точно соответствует сумме [налога] шелковой пряжей с пяти дворов (у-ху-сы) в Северном Китае».
1721
Там же, гл. 95, стр. 16. Связка (гуань) = 1 тыс. чохов.
1722
Следовательно, если разделить 936 на 2356, получим 0,397 цзиня с каждого двора, или около 2 цзиней с пяти дворов.
1723
«Юань ши», гл. 95, стр. 5б. 100 дин равнялись 5 тыс. лян, разделив эту сумму на 2500 дворов, получаем по 2 ляна с каждого двора.
1724
Там же, гл. 95, стр. 8аб. 333 цзиня делим на 809 дворов, получаем 0,412 цзиня с каждого двора. 324 дина равнялись 16 200 лянам, разделив их на 8052 двора, получим свыше двух лянов с каждого двора.