Страница 102 из 141
Некоторое представление о том, какое место занимала земельная собственность храмов в отдельных округах, дают цифровые данные по округу Чанго. Если во всем округе различных земель было 2922 цина 37 му, то храмы этого округа имели 1005 цин 97 му земли[1765]. Отсюда следует, что церковные земли занимали треть всех пахотных площадей Чанго. Конечно, не везде был такой высокий удельный вес церковных земель, тем не менее они занимали значительное место, уступая лишь удельному землевладению.
Кем и на каких условиях обрабатывались земли в храмах и монастырях? Несомненно, часть земель обрабатывалась монахами, служками, т. е. рядовыми служителями культа. Но непосредственными производителями на церковных землях были главным образом дяньху, упоминавшиеся ранее. Они составляли значительное число дворов. В некоторых случаях источники не приводят названия дяньху, упоминая о приписанных к храмам зависимых крестьянах, хотя фактически это были, по-видимому, дяньху. Например, в 1331 г. храму Да-чжао-сяо в Шоу-анынане было передано «в вечное владение» 24 тыс. дворов[1766]; храм Да-ху-го-жэнь-ван имел 37 059 дворов[1767]. Следует учесть, что кроме пожалованных зависимых крестьян, приписанных к храмам и по существу являвшихся крепостными[1768], были и другие: во-первых, обманным путем или силой захваченные и превращенные из минь (народ) или свободных в дяньху — полурабов, полу крепостных. Во-вторых, были и такие крестьяне, которые, работая на государственных или своих частных землях, стремились избавиться от тяжелых налогов и повинностей, добровольно переходили под «покровительство» монастырей, становясь дяньху. Мы уже приводили свидетельство источника об укрытии главой буддийской церкви на юге Китая 23 тыс. дворов. Но это только незначительная часть зависимых от храмов крестьян, которая, пользуясь покровительством могущественного главы буддийской церкви Цзяму-ян-ла-лэ-чжи (Ян-лянь-чжэнь-цзя), не платила земельного налога[1769]. Имеются и более полные данные, в какой-то мере отражающие численность дяньху в храмах. Так, в хронике за 1299 г. (день гэн-чэнь 7-й луны 3-го года эры Да-дэ) содержится заявление чиновников чжуншу-шэна: «В буддийских храмах на юге Китая (Цзяннань) — свыше 500 тыс. дяньху. Все они, собственно, податные крестьяне (бянь минь), со времени Цзяму-ян-ла-дэ-чжи обманным путем включенные в реестры храмов (т. е. в число зависимых от последних. — Л. Д.). Следует внести исправления»[1770]. Судя по резолюции — «Следовать этому»[1771], меры были приняты. Но источники не уточняют, что это за меры, хотя совершенно очевидно из приведенных цитат, что предполагалось внести какие-то изменения в юридический статут храмовых дяньху. Ван Ци, пересказав своими словами использованный нами текст источника и уточнив при этом, что бывшие податные (бянь минь) после включения в реестры храмов превратились в дяньху, сообщает о дальнейшей судьбе последних: «В 7-ю луну 3-го года эры Да-дэ [императора] Чэн-цзуна (1299) отпустили (т. е. дали волю. — Л. Д.) 500 тыс. дяньху буддийских храмов на юге Китая, превратив [их] в податных (бянь минь)[1772]. Итак, бывших государственных зависимых (бянь минь), временно ставших дяньху храмов, вновь превратили в бянь минь. Иначе говоря, заменили одну форму феодальной зависимости другой, заставив по-прежнему крестьян — непосредственных производителей платить ренту-налог государству.
Из сказанного выше следует, что к концу XIII в. только на юге Китая в буддийских храмах было свыше 500 тыс. дяньху, в прошлом бянь минь. А сколько было подлинных дяньху в храмах и монастырях в других частях страны — мы не знаем. Тем не менее и имеющиеся данные свидетельствуют о значительном числе эксплуатируемых крестьян, приписанных к храмам и монастырям.
О степени эксплуатации дяньху и о характере их взаимоотношений с храмами сравнительно мало данных в источниках. Известно, что дяньху передавались храмам в вечное владение, т. е., по существу, превращались в собственность настоятелей храмов. Принимая во внимание то обстоятельство, что дяньху во всем Китае в юаньский период находились на положении полурабов, полукрепостных, можно предположить, что и храмовые дяньху были на таком же положении. Нам неизвестны конкретные данные о норме эксплуатации дяньху, принадлежавших храмам. Имеются лишь указания о том, что рента с храмовых земель была тяжелой для тех, кто их обрабатывал. Так, в хроникальной записи за 1313 г. помещен доклад одного из государственных цензоров (юйши-тай): «С земель князей, фума (царские зятья), буддийских храмов и даосских монастырей каждый год взимают земельную ренту (цзу), которая весьма тревожит народ»[1773]. В эпиграфическом памятнике, в надписи, посвященной буддийскому храму, читаем: «С каждого му его [храма] полей земельная рента (цзу) [составляла] 1 ши риса»[1774]. Наконец, в начале 1304 г. в указе отмечалось: «Рента (цзу) с дяньху в Цзяннани весьма тяжелая. [Следует] уменьшить [ее] на 20 % [по сравнению] с существующей и считать [это] навечно неизменным правилом»[1775]. По-видимому, этот указ относился ко всем дяньху, в том числе и к храмовым.
Из этих немногочисленных и кратких данных видно, что с дяньху в храмах и монастырях взималось во много раз больше, чем с крестьян, обрабатывавших государственные земли.
Вопрос о том, облагались ли храмы и монастыри государственными налогами, решить весьма сложно, поскольку источники приводят противоречивые свидетельства. Как указывает Н. Ц. Мункуев, еще в 1264 г. Хубилай приказал взимать с буддийских монахов, даосов, а также с христианских и мусульманских служителей культа поземельный налог или торговый. Вместе с тем он отмечает, что в указах монгольских ханов от 10 июня 1294 г., 19 августа 1311 г., 8 сентября 1313 г., 10 ноября 1324 г. и 7 августа 1335 г. содержатся ссылки на указы первых монгольских ханов о том, что в то время духовенство было освобождено от налогов и повинностей[1776]. В дополнение к этому в «Юань ши» в хронике за январь 1264 г. (день цзя-сюй 12-й луны 4-го года эры Чжун-тун) приводится приказ Хубилая о том, чтобы «е-ли-кэ-вэнь (христианские служители культа. — Л. Д.), да-ши-мань (мусульманское духовенство)[1777], буддийские монахи и даосы, обрабатывающие землю, вносили поземельный налог (цзу), а торгующие платили торговый налог (шуй)»[1778]. В следующем месяце (день гуй-мао, 1-я луна, 1-й год эры Чжи-юань— 1264 г.) помещен новый приказ, подтверждающий предыдущий, но в нем указывается, что перечисленные выше группы духовенства, а также конфуцианцы, прежде освобождавшиеся от поземельного и других налогов, ныне облагаются ими[1779].
Здесь, в этой хроникальной заметке, правда, не раскрывается понятие «прежде». Неясно, было ли это до монгольских завоеваний или при первых монгольских ханах после завоевания ими Северного Китая. В указе Хубилая от 1291 г. (день бин-сюй, 6-я луна, 28-й год эры Чжи-юань) ставится вопрос не о духовенстве, а о крестьянах, связанных с бывшим руководителем буддийской церкви Цзяму-ян-ла-лэ-чжи, т. е. о тех крестьянах, которые обрабатывали землю храмов. О них в указе говорится, что, опираясь на поддержку Цзяму-ян-ла-лэ-чжи, они не платили поземельного налога, теперь же с них предлагается взимать по закону. Этот указ последовал вскоре после осуждения Цзяму-ян-ла-лэ-чжи за расхищение государственной собственности и конфискации его имущества[1780]. По-видимому, в указе речь идет об укрытых им крестьянах (23 тыс. дворов), о которых мы упоминали выше. Для нас важно замечание в документах о том, что эти крестьяне раньше не платили налогов.
1765
Мэн Сы-мин, Юань-дай шэхуй…, стр. 83.
1766
«Юань ши», гл. 35, стр. 1б.
1767
«Сюэ-лоу-цзи», гл. 9, стр. 10а, цит. по: Мэн Сы-мин, Юань-дай шэхуй…, стр. 133.
1768
Сама формулировка о передаче храмам крестьянских дворов «в вечное владение» свидетельствует о том, что последние были кабальными, феодальнозависимыми крестьянами.
1769
Би Юань, Сюй Цзы-чжи…, гл. 190, стр. 5180. Здесь речь идет о жителях района Цзянхуай — междуречья Янцзы и Хуайхэ.
1770
«Юань ши», гл. 20, стр. 4б; Би Юань, Сюй Цзы-чжи…, гл. 193, стр. 5265. «Юань ши» дает в сокращенном виде имя руководителя церкви: «Руководитель [церкви] Ян». По данным «Тун-чжи-тяо-гэ» (гл. 3, стр. 76), 500 тыс. дяньху было в храмах Ханчжоу, а не всего юга Китая. См.: Мэн Сы-мин, Юань-дай шэхуй…, стр. 204.
1771
Это обычная формула одобрения императором предложений сановников. По-китайски она звучит цун чжи и соответствует русскому: «Быть по сему».
1772
Ван Ци, Цинь-дин Сюй-вэнь…, гл. 13, стр. 29а.
1773
«Юань ши», гл. 24, стр. 25б; Би Юань, Сюй Цзы-чжи…, гл. 198, стр. 5394.
1774
«Лян-чжэ цзинь-ши чжи», гл. 14, стр. 7а, цит. по: Мэн Сы-мин, Юань-дай шэхуй…, стр. 200, прим. 1509.
1775
Би Юань, Сюй Цзы-чжи…, гл. 195, стр. 5300.
1776
См. об этом: Н. Ц. Мункуев, Китайский источник…, стр. 53, 54.
1777
О терминах е-ли-кэ-вэнь и да-ши-мань см. там же, стр. 53.
1778
«Юань ши», гл. 5, стр. 17б. То же по существу сообщает «Ши-хо-чжи»: «В 5-й год эры Чжун-тун (здесь явная ошибка, надо 4-й год. — Л. Д.) указано: буддийские монахи, даосы, е-ли-кэ-вэнь, да-ши-мань и конфуцианцы, если они занимаются земледелием, [должны] вносить налог [в размере]: с богарных земель 3 шэна с каждого му, а с поливных полей — 5 шэнов с каждого «му» (гл. 93, стр. 86).
1779
Там же, гл. 5, стр. 18а.
1780
Би Юань, Сюй Цзы-чжи…, гл. 190, стр. 5177, 5180.