Страница 103 из 141
Позже монгольские ханы принимали различные решения об обложении служителей культа, то освобождая их от налогов, то взимая. Например, в 1302 г. (день синь-хай, 11-я луна, 6-й год эры Да-дэ) императорский указ обязывал «платить поземельный налог и выполнять повинности [те] буддийские храмы и даосские монастыри на юге Китая, которые дополнительно приобретают «народные поля» (минь тянь) под предлогом, что народ идет [в монахи]»[1781]. Этот указ может быть понят и в том смысле, что он обязывал платить налоги и выполнять повинности не монахов, а тех крестьян, которые без ведома властей передали или продали свою землю храмам, чтобы избавиться от налогового обложения, и по-прежнему обрабатывали ее, став зависимыми от храмов или, точнее, от их настоятелей — крупных землевладельцев.
Однако другой указ, 1303 г. (день синь-сы, вставная 5-я луна. 7-й год эры Да-дэ), имел в виду непосредственно монахов: «Буддийские монахи наравне [со всем] народом (минь) должны выполнять повинности (чай-и)»[1782]. Но под 1305 г. в летописи записано: «Освободить в Поднебесной даосов от налогов»[1783]. Затем монахи вновь облагаются налогами. В 1309 г. в ответ на доклад сюань-чжэн-юаня об освобождении буддийских и даосских монахов от поземельного налога (тянь цзу) чиновник императорского секретариата предложил: «С полей взимается налог-рента (цзу), с торговли — пошлина (шуй), это закон, установленный предками, — не следует освобождать»[1784]. В источнике далее отмечается, что последовал императорский указ, предложивший облагать налогами на основе прежних правил[1785].
Позднее юаньское правительство принимает решения, свидетельствующие о дифференцированном подходе при обложении земельной собственности церкви. Так, в указе 1318 г. (день цзи-чоу, 10-я луна, 5-год эры Янь-ю царствования Жэнь-цзуна) говорилось: «Освободить от поземельного налога земли буддийских монахов, приобретенные прежде при Сун и пожалованные двором. Остальные поля [монахов] облагаются налогами наравне [с полями] народа»[1786]. Почти такой же указ опубликован в начале 1330 г. (день и-вэй, 12-я луна, 2-й год эры Тянь-ли). Он декларировал: «Поля буддийских храмов, существующих со времени Цзинь и Сун, а также те [земли], которые были пожалованы при различных царствованиях (т. е. монгольскими ханами. — Л. Д.), — все освободить от поземельного налога. А те [храмы], которые должны вносить поземельный налог по-прежнему, освободить от повинностей. Тем буддийским монахам, которые вернулись в мир, дозволяется вновь стать монахами»[1787].
Эти два указа проливают свет на, казалось бы, непостоянную, колеблющуюся политику правительства по обложению земельной собственности церкви. На самом деле в основе этой политики лежали определенные принципы: облагать те земли, которые куплены дополнительно к пожалованным или перешедшим по традиции от прежних монастырей, существовавших еще при империях Цзинь и Сун, или же приобретены различными способами, иногда незаконными, при монголах.
Суммируя все данные, которые мы привели в этом разделе, можно сделать вывод о том, что, по-видимому, в царствования Чингис-хана, Угэдэя и Хубилая (до 1264 г.) духовенство различных религий освобождалось от всех налогов[1788]. В дальнейшем, в зависимости от различных обстоятельств, духовенство подвергалось обложению или освобождалось от него. При этом приказы об обложении издавались главным образом в тех случаях, если обнаруживалось, что храмы незаконно укрывали в своих стенах крестьян, обязанных платить налоги, или сами захватывали теми или иными способами крестьянские и государственные земли и, обрабатывая их с помощью дяньху, уклонялись от уплаты налогов[1789]. Что касается земельной собственности, пожалованной храмам и монастырям монгольскими ханами или перешедшей по наследству с доюаньских времен, то она, по всей вероятности, не облагалась налогами, во всяком случае в течение длительного времени.
Несомненно, монахи и другие служители культа пользовались экономическими привилегиями. Об этом можно судить по тому факту, что многие стремились уйти в храмы и монастыри, чтобы стать монахами и избежать налогов и повинностей. Иначе был бы непонятен массовый уход в монастыри и храмы, тем более что для этого требовалось купить специальное разрешение ду-де[1790]. Так, в 1334 г. было опубликовано запрещение частным образом строить буддийские храмы, даосские монастыри и скиты, причем одновременно указывалось, что за приобретение ду-де буддистам и даосам надо было внести каждому 50 связок цянь, тогда только разрешалось покидать семьи и становиться монахами[1791], которые выделялись законом в особую социальную группу. В 1331 г. в связи с голодом в ряде лу сановники императорского секретариата наряду с другими мерами предлагали продать 10 тыс. ду-де[1792].
У нас нет точных данных о численности монахов, но по отдельным отрывочным сведениям можно составить некоторое представление об этом. Только один буддийский храм Да-шэн-шоу-вань-ань, согласно сообщению за 1295 г., кормил 70 тыс. монахов в день государственного траура[1793]. По неполным данным «Юань ши», на 1291 г. было 213 148 монахов. К 1330 г. в стране стало 367 только буддийских храмов[1794].
Несомненно, храмы и монастыри были большой политической силой в системе угнетения народа. Вместе с тем они занимали достаточно прочные экономические позиции, владея значительной земельной собственностью и эксплуатируя большое число непосредственных производителей.
Китайские источники, посвященные юаньской эпохе, выделяют частное землевладение, обозначая его термином минь тянь, т. е. «народные поля» или «поля населения», в отличие от государственного — гуань тянь, иногда гун тянь, причем последнее служило для обозначения промежуточных форм землевладения — «должностных земель» и земель училищ. Понятие минь-тянь появилось задолго до юаньского времени, оно было известно более тысячи лет до этого.
Под минь тянь могло подразумеваться в равной мере как помещичье, так и крестьянское землевладение — источники не различают эти две антагонистические формы землевладения… Лишь по контексту и конкретным признакам удается раскрыть социальное существо понятия минь тянь и расчленить его, но и то не всегда. К тому же сведения о минь тянь разбросаны по-крупицам в разных источниках.
Мы рассматриваем лишь часть обширного понятия минь-тянь, а именно крупное частное землевладение, под которым имеется в виду хозяйство светских феодалов, не обладавших, степенью знатности и не состоявших на государственной службе. Впрочем, к частному землевладению, как указывалось выше, можно отнести и некоторые земли нетитулованного чиновничества (за исключением «должностных полей»).
Земля, принадлежавшая этой группе светских феодалов, была их полной и безусловной частной собственностью, свободноотчуждаемой. Она могла передаваться по наследству, закладываться и продаваться. Крупными частными собственниками, были люди различных этнических групп (кидани, чжурчжэни, тангуты, китайцы, монголы, выходцы из Средней Азии и т. д.), но на юге Китая ими были преимущественно китайцы. Источники часто именуют их хао минь (сильный, могущественный народ) или фу минь (богатый народ).
1781
Там же, гл. 194, стр. 5285.
1782
Там же, стр. 5292.
1783
Там же, гл. 195, стр. 5308.
1784
Там же, гл. 196, стр. 5349; «Юань ши», гл. 23, стр. 4б.
1785
Би Юань, Сюй Цзы-чжи…, гл. 196, стр. 5349; «Юань ши», гл. 23, стр. 4б.
1786
«Юань ши», гл. 26, стр. 11б.
1787
Би Юань, Сюй Цзы-чжи…, гл. 205, стр. 5590.
1788
«Юань дянь-чжан», гл. 33, стр. 1а; перевод см. Р. Ratchnevsky, Un code des Yuan, Paris, 4937, стр. LXXV–LXXVI: H. Ц. Мункуев, Китайский источник…, стр. 54, 80, 81.
1789
«Тун-чжи тяо-гэ», гл. 29, стр. 10, цит. по: Мэн Сы-мин, Юань-дай шэхуй…, стр. 135.
1790
Ду-де — специальное свидетельство для ухода из дома и вступления в монастырь или храм, давало право выхода из состава податных (бянь минь) и предоставляло возможность освободиться от налогов и повинностей. Введено в эпоху Тан, продавалось государственным аппаратом и служило часто источником пополнения государственной казны.
1791
Би Юань, Сюй Цзы-чжи…, гл. 207, стр. 5635.
1792
«Юань ши», гл. 35, стр. 9б.
1793
Би Юань, Сюй Цзы-чжи…, гл. 192, стр. 5227.
1794
«Юань ши», гл. 16, стр. 26б; гл. 34, стр. 18б.