Страница 3 из 50
Я с Никитой и Джорджем также устроились вместе и чуть обособленно от остальных. Разговаривать было особо не о чем — да ё-моё, после четырёх дней нервотрёпки на трассе говорить о прошедших гонках было бы как минимум странно. Сегодня мы всё, что нас интересовало, уже узнали и так.
Если честно, главный заезд, по-моему, выдался в плане борьбы таким же скучным, как и вчерашний. Да, были и аварии, но, блин, на автодроме, где в некоторых местах между барьерами всего четыре-пять метров, они оставались обыденностью. И главное, что хотя бы двое из нас не сошли с дистанции.
Джорджу так и не удалось поладить здесь с шинами, и финишировал в Гран-при он только восьмым. Никита, который в эту неделю был на своём обычном уровне «чуть выше плинтуса», на третьем круге влетел в стену в одном из поворотов трудного третьего сектора и, получается, выбыл из гонки самым первым. Теперь сидел тут и хмурился, уплетая палочками каких-то креветок.
Я же просто сделал свою работу. Непривычный урезанный состав, отдалённый регион, сложнейшая трасса не давали мне заметного удовольствия от участия, оставляя ощущение именно что работы, а не развлечения. Нюанс был лишь в том, что до попадания в «Ф-1» оплачивать это право придётся мне и моим спонсорам.
Поздравляю, Миша, ты в мире профессиональных гонок.
Но хотя бы чуточку-то кайфа можно было бы найти, а?
Ведь я приехал шестым. Ещё на старте обогнал Джорджа, но пропустил Розенквиста — и дальше просто ехал все пятнадцать кругов в своём темпе, оказавшись по итогу между двумя группами. Не догнав провалившегося ближе к концу Айлотта и не дав дотянуться Хьюзу. Получив очередную частицу опыта, который, как я надеялся, мне однажды понадобится.
— …У кого какие планы на зимние каникулы? — спросил я, поболтал оставшуюся на дне фруктовую мякоть и отставил стаканчик на стол.
— Ну, лично я постараюсь разобраться с учёбой, проехать на тестах, а потом мы с семьёй поедем куда-нибудь отдохнуть, — пожал плечами Джордж и потянулся за какой-то печенькой. — В Альпы или на какое-нибудь море. Пока не решили. В любом случае это будет ненадолго, потому что…
— Знаем-знаем, — поморщился Никита. — Новый чемпионат, новый контракт, новая команда. Всё как и должно быть у вице-чемпиона текущего года.
— На меня рассчитывают в «Мерседесе». — Расселл, похоже, не оценил сарказм Мазепина. — Это мой путь по карьерной лестнице. Да, возможно, GP3 — это шаг в сторону, а не вверх, но я уверен, что это будет хорошей базой для дальнейшего восхождения.
— Думаю, для тебя это будет лёгкая прогулка, — усмехнулся я. — Не то что у нас, остающихся в «трёшке».
— Вам не нравится, что я ухожу после поражения в схватке за титул? — Кажется, Джордж немного обиделся. — Может, это и выглядит как слабость, но третий год подряд в одной и той же серии — это стагнация. С точки зрения амбиций и мастерства это слабость и есть. Иногда лишь движение вперёд может быть верным выбором.
— Да мы понимаем, — произнёс я. — И, конечно же, ни в чём тебя не виним. У каждого из нас и правда свой путь, но я твёрдо знаю одно: когда-нибудь, через несколько лет, мы все снова встретимся — однако уже в «Формуле-1». Вот увидите. Ведь у нас будет всё, что нужно, чтобы туда пробиться.
— Терпение и труд? — усмехнулся Расселл.
— Деньги, — фыркнул Мазепин. — Очень-очень много денег. Чужих или своих — как повезёт.
— Ага, и талант. Иначе не получится там задержаться, — заключил я. — Я тоже постараюсь хорошо закончить семестр, но затем буду занят другим. Игра по российской «Ф-4» прошлого сезона сама себя не сделает.
— Что за игра? — Джордж явно заинтересовался.
В результате следующие пять минут я увлечённо рассказывал о своей работе в «Косогор Студио» по разработке отечественного аналога гонок от Codemasters.
— …Мобильную версию закончим к весне и за следующий год попробуем сделать для компьютеров и всего остального. И будем потом продавать. Недорого.
— Хм, ну удачи вам, — сказал Джордж. — Идея-то масштабная.
— Я могу с папой поговорить насчёт вас… — начал было Никита, но я прервал его:
— Вот уж не надо. Нас и так нормально финансируют. Мы работаем почти на пределе, стараясь совместить простоту и качество. Как-нибудь справимся.
— Где тут был сок? За это надо выпить, — сказал Никита и пошарил глазами по столу. — А, вот он…
Пока он разливал, тем временем мистер Оукс поднялся с бокалом в руке и, откашлявшись, заговорил:
— Итак, все вы, конечно, знаете, зачем мы тут собрались. Сегодня завершается напряжённый сезон, который позволил команде вернуться в «Формулу-3» после четырёхлетнего перерыва. Вы видите, как много мы успели достичь; более того, каждый из вас приложил к этому руку. Вложил часть своей души в общее дело — и, безусловно, получил заслуженный результат. Ведь так, да?! — воскликнул он, и все мы поддержали его речь радостным рёвом. — На декабрь у нас запланирована пара тестовых сессий, но это уже подготовка к году новому. Мы смогли построить быстрый болид, и уверен, что в следующем сезоне мы станем побеждать чаще!
Оукс вскинул вверх кулак, и мы вновь восторженно заголосили.
Когда же мы притихли, руководитель продолжил:
— Но вместе с тем год был и непростым. Нам пришлось решить немало проблем, в том числе и внутри коллектива. Надеюсь, ныне всё это в прошлом. И так вышло, что сегодня мы провожаем двух наших пилотов в иной путь, который каждый их них сам себе выбрал. Бен, кстати, сегодня тоже писал: мол, держитесь и сделайте там всех в новом составе. Но ладно, это уже вопрос завтрашнего дня. А сейчас… Джордж, Майк, может, скажете что-нибудь по случаю?
— Ну… — начал Джордж, явно немного смущённый. — С вами было приятно работать. Я в самом деле получал удовольствие от борьбы… — Он хихикнул. — Если бы это был прямой эфир, я бы передал привет родным. Но, по-моему, сегодня в камеру я это уже говорил, так что, — он поднял стакан, — за то, чтобы все мы добились своих целей, какими бы недостижимыми те ни казались!
— Ура!!! — Мы выпили то, что у каждого было, и налили по новой.
— Майк? — обратился ко мне Оукс, и у меня внезапно перехватило дыхание.
Я вдруг понял, что это нечто большее, чем просто дружеская вечеринка, и от меня ждут не дежурных фраз, но искренности.
— Что ж… — Я обвёл глазами сотрудников команды. — Мне действительно нравилось за вас выступать. Это был полезный опыт, и… Знаете, мистер Оукс, — я посмотрел на босса, — за этот год я понял, как работают гонки на самом деле.
— И как же?
— Интриги. Сговор. Предательство. Личные обиды. Зависть. Самолюбие. Корысть. Лицемерие. Вседозволенность методов. Весь стандартный джентльменский набор. Я ничего не забыл? — Скользнул взглядом по изумлённым лицам и добавил: — Ах да. Ещё командный дух и всё такое.
Какое-то время все сидели молча, пока я упивался моментом. Потом мистер Оукс прочистил горло и проговорил:
— Эм-м… Майк, ты… понимаешь, что мы не совсем это ожидали услышать?
— Никого из вас я ни в чём не обвиняю. Наоборот, вы все честно выполняли свою работу и благодаря этому затащили команду в топы. Я о другом… о том, что окружало этот труд извне и с чем мне пришлось столкнуться. — Я искоса глянул на Никита, и тот нахмурился, видимо что-то вспоминая. — Это нечестный мир. Но в нём есть место для тех, кто может, несмотря ни на что, заниматься своим делом. И ваша команда как раз из таких.
В звенящей тишине я налил себе газировки.
— За вас. И за очередной уик-энд, который мы все дружно вывезли.
Под взглядами десятками пар глаз я глотал обжигающе холодный шипучий напиток. И сейчас тот казался мне шампанским, брызжущим на пьедестале.
Тесты. Хунгароринг/Шпильберг, март
Среда, 18 января 2017
Москва
— Мы не успеваем, — сказал Костя и хмуро посмотрел на график разработки, построенный в электронной таблице. — По мобильной версии у нас есть чёткие обязательства до апреля, и сдвижка сроков будет означать выплату неустойки. Поэтому, я считаю, нам нужно… расширяться.