Знак Единения

Мы уставились на девушку в немом изумлении. Все четверо.

—Утан'нэа лэста,— отдышавшись, выдала та, которую называли Малы— Воззвание проклятых, что сразу-то «слово прибывших» не сказали? Сколько сил и времени бы сохранили.

—Мне вот тоже о-о-очень интересно.— Видимо, мой взгляд предвещал мало чего хорошего, потому как подруга отлепилась от меня и попятилась на пару-другую шагов. Конечно же тотчас поскользнулась и шлепнулась на землю.

Маль закинула копье на плечо, подошла к Эоне и подала руку, которую та приняла, не колеблясь.

Богиня любит нас.

Все верно, любит,— неслышно пробормотала я, подбирая ножны. Стоило Неотразимой в них оказаться, как весь мой запал потух, а кураж развеялся.— Некоторых — особо извращенным образом.

Расщелина вывела нас с пляжа в редкий ельник. Прежде чем добрести до одинокого дома с островерхой, устланной соломой крышей, мы поплутали «в трех соснах» и побродили вдоль берега. Для чего это было нужно, стало понятно, когда на подступах к дому к нам присоединились еще три девушки. Они вынырнули из ближайших кустов и невозмутимо зашагали рядом. Троица была весьма колоритной: раскосая уроженка дарстанских степей, смуглая кучерявая джерийка и беловолосая светлоглазая северянка.

«Конвой?» Хотелось бы думать, что это почетный эскорт, но не настолько я отупела. Хотя в моем нынешнем состоянии все возможно... Голова просто раскалывалась, тело лихорадило, а ломота маятником отдавала в затылок. Кожу стянуло высохшей морской солью. Горло першило, и изредка я срывалась на кашель, а в носу свербело, предвещая насморк. Оказывается, я отвыкла болеть. Не восполнять растраченный резерв, не заживлять в спешке полученные раны, а вот так по-обычному ловить простуду от переохлаждения.

Эона выглядела не лучше. Ее знобило, лицо горело, а взгляд понемногу терял осмысленность.

Встречающая нас на пороге дома женщина средних лет совсем не излучала добродушие и гостеприимность. Тяжелая коса смоляных волос явно плелась в страшной спешке — в прическе было полно «репьев». В остальном же неранка выглядела собранной и опрятной: рубашка заправлена, жилет завязан на все веревки, отвороты мягких сапог аккуратно расправлены.

За спиной незнакомки виновато жалась Миган: самая младшая из девчонок умчалась вперед нас, чтобы предупредить дозорных.

—Тай'ека! — выругалась неранка вместо приветствия.— Чем ты думаешь, Мальена?!

Ругательство было мне смутно знакомым — пару раз я слышала его от Кирины, доведенной до ручки. Во всех прочих случаях она предпочитала отделываться емким, а главное безликим «хмарь».

Младшая сестра Мэделена, простите, я... — попыталась оправдаться Маль.

Нэтка аах'ена! — по-видимому, продолжала расширять мой словарный запас нецензурной неранской лексики женщина.— Где голова твоя была?

Девушка сильнее вжала голову в плечи. Мирта, Эона и я машинально сделали то же самое.

Но я...

У нерестящейся таги разума и то больше! Ты подвергла опасности не только себя, но и своих подопечных! Что ты должна была сделать по приказу? Ну?

При обнаружении на Острове чейни первая в выучной тройке посылает одну из непосвященных дочерей к Младшей сестре, а вторую — на поиски ближайшей дозорной тройки,— заученно выдала Мальена.

Дальше!

Сама же во время ожидания незаметно наблюдает за новоприбывшими, не предпринимая никаких самостоятельных действий по установлению контакта с чейни,— убитым голосом закончила цитировать выдержку из устава девушка.

Что из этого сделала ты?

Но они не выглядели опасными...

Я не спрашиваю, как они выглядели! — рявкнула женщина.— Я спрашиваю, что ты сделала по приказу.

Маль ссутулилась и окончательно понурила голову.

—Ничего.

Я бы полюбовалась этой сценой еще некоторое время, но саднящее горло, тяжелая голова, мокрая одежда и наваливающаяся на меня Эона совершенно не способствовали получению эстетического наслаждения.

—Прошу прощения, достопочтенная Мэделена,— встряла я,— но не могли бы мы продолжить разговор в более уютном месте?

Она уставилась на меня пусть не как баран на новые ворота, но очень близко к тому.

—Нам бы переодеться во что-нибудь сухое и теплое.— Я сглотнула через боль в горле.— А то спорить скоро будет не о чем. Вернее, не о ком.

Женщина окинула нас долгим оценивающим взглядом. Особенно он задержался на Эоне, которую уже начало лихорадить. Если сейчас опять начнутся рассуждения о чейни, то...

—Ладно, позже разберемся,— не оправдала моих опасений Младшая сестра.— Двое идут заканчивать обход, двое со мной, а Мальена ждет моих дальнейших распоряжений здесь.

Джерийка кивнула Мирте. Та неохотно последовала за старшей, то и дело оглядываясь на Маль.

Женщина продолжила раздавать распоряжения:

—Миган, приведи Миреллу, скажи, что у меня хворая в дозорном срубе.— Еще один брошенный взгляд в нашу сторону.— Даже две.

Кивнув, девчонка спрыгнула с крыльца и припустила в противоположную сторону той, куда ушли дозорные. Мэделена открыла дверь и скрылась в доме.

—Проходите,— донесся до нас недовольный голос— Живее, тепло выходит.

Я схватила вялую подругу за руку и потащила скорее внутрь. Сначала согреемся, а там разберемся.

Дом оказался неожиданно большим, вытянутым в длину, но теплым. В нем не было отдельных комнат, помещение разделялось на секции раскладными ширмами. Правда, домашним уютом здесь и не пахло: спартанская обстановка перевалочного пункта, суровое «очарование» казармы. Стекла в окнах были идеально чистыми, а стоящие рядочком кровати — образцово заправленными. Картину портили только натянутые по диагонали веревки с сохнувшим бельем.

—Я просто посижу, ладно? — пробормотала Эона.

Не дожидаясь одобрения, она сползла на пол и привалилась к стене. Та коварно оказалась матерчатой ширмой на деревянном каркасе и с грохотом упала. Эона конфузливо подскочила. Зашедшие за нами в дом неранки бросили вещи у порога и там же разулись. Молча переглянувшись, они поставили ширму на место.

—Разувайтесь — вы же не на улице! — Мэделена проследила, чтобы мы избавились от грязных сапог. Правда, наши портянки были не чище.— Одежду тоже снимайте.