Страница 109 из 155
В более позднем комплексе (рубеж V–IV вв. до н. э.) из кургана 3 урочища Алебастровая гора бляшки для перекрестных ремней уздечки украшены скульптурной головкой хищной птицы (рис. 40, 1б-4). На ней отмечены рот, круглый глаз и уши в виде валиков, за которыми изображена пальметка хвоста, образующая щиток бляшки. Из этого же погребения происходит бронзовый наносник в виде скульптурной головы хищной птицы в той же трактовке, что и головы птиц на бляшках для перекрестных ремней (рис. 40, 3). Такой же наносник найден в кургане 7 Ново-Кумакского могильника (рис. 77, 26). На нем лишь более четко намечена восковица, а уши не выделены. Несколько по-иному изображена головка ушастой птицы на наноснике уздечки коня 3 из кургана 8 группы Пятимары I (рис. 77, 4): на толстом, слегка загнутом клюве видна восковица, глаза изображены в виде кружков, сзади торчат в стороны круглые уши. Оба последних комплекса относятся к V в. до н. э.
Подвеска-налобник из кургана 3 урочища Алебастровая гора передает иной тип головы хищной птицы (рис. 40, 1б-2): длинный закрытый клюв с плоской восковицей; круглый глаз, выступающий над клювом; сзади глаза — ухо в виде маленькой головки орла. Более схематичное изображение птичьей головы с длинным клювом имеется на железной подвеске уздечного набора из группы Мечет-Сай (рис. 21, 1п). Форма головы птицы здесь зависит от наиболее излюбленной формы савроматских амулетов-подвесок в виде кабаньего клыка для уздечки и оружия. Голова хищной птицы, также вытянутых пропорций, в савроматском искусстве представлена еще один раз — на навершии костяной рукоятки из курганов у с. Тамар-Уткуль (рис. 10, 5а). Головка трактована лаконичнее, уха нет. Она напоминает головки птиц с длинными клювами и восковицей, изображенных на псалиях из Ульского аула (ГИМ, № 42405).
Для украшения предметов уздечки также довольно часто применяли изображение когтя хищной птицы. Вероятно, этот мотив передан в формах обойм для перекрестных ремней и наносников, острый верх которых бывает загнут (рис. 9, 1ж; 21, 8; 29, 4 в-д; 32, 1з; 34, 4е; 77, 12–15). У савроматов Приуралья преобладают обоймы, которые имеют щиток с изображением головы птицы. Такие обоймы простейших форм, а также пронизки из кости или металла известны по всей Евразии[949] и в Иране[950]. Повсюду они входили в состав уздечных наборов.
Мотив когтя, как и головы птицы, вероятно, применяли и для украшения других предметов, например, сосудов. Таковы золотые пластины из второго покровского кургана (рис. 16, 2о, п). Они служили оковками деревянных сосудов, что стало очевидным после того, как мы нашли подобные оковки с головой орла и в форме задней ноги копытного животного в курганах группы Пятимары I (рис. 24, 4; 29, 3в; 32, 1г).
В скифском мире часто употреблялись круглые бляшки с рубчатым валиком по краю, входившие и уздечные наборы[951]. Они известны из савроматского погребения в с. Молчановка (рис. 13, 6а). Эти бляшки, по-видимому, символизировали и солярный круг, и глаз орла как самостоятельный мотив. Передача контура глаза рубчатым ободком известна на архаических вещах скифского звериного стиля[952].
Некоторые предметы савроматов украшены композициями из двух головок птиц, обращенных друг к другу клювами. В виде таких головок на длинной шее сделаны концы горизонтальной пластины, прикрывавшей верхнюю часть оригинальных ножен длинного ножа из кургана у с. Сара (рис. 35А, 6). Сохранилась лишь одна головка, другая обломана. Несмотря на окислы, хорошо различается глаз и загнутый клюв с восковицей. Таким же образом украшена бронзовая литая пряжка в виде полукольца из кургана 19 Ново-Кумакского могильника (рис. 77, 24). Каждая половина пряжки представляет собой голову ушастой птицы, головы обращены друг к другу и сливаются сильно загнутыми клювами с восковицами; круглый глаз выделен. По форме и стилистическим особенностям эта пряжка имеет прямые аналогии в зверином стиле Южной Сибири и Казахстана. Бронзовые крестовидные бляхи с головками грифонов из Минусинской котловины, Томской обл., Тувы и Ордоса[953] передают такую же, только удвоенную, композицию из головок ушастых хищных птиц. Но особенно поразительное сходство новокумакская пряжка имеет с навершиями многочисленных мечей и кинжалов Южной Сибири[954] и Ордоса[955]. Они известны и в Казахстане[956] и в ананьинском Прикамье[957]. В савроматском мире некоторые кинжалы и мечи с антенным навершием также украшены зооморфным орнаментом, в котором преобладает мотив хищной птицы, но в ином оформлении[958]. Единственный меч из с. Сара, возможно, имел навершие сибирского типа, но он оказался сильно коррозированным и изображение неясно (рис. 35А, 1).
Наиболее ранним савроматским мечом, у которого перекрестье оформлено в (виде орлиных голов, является акинак, найденный у станции Марычевка (рис. 77, 22). Он относится ко времени не позднее VI в. до н. э. и по деталям формы, как я уже писал[959], тесно связан с Кавказом и Передним Востоком. В Приднепровье акинаки с зооморфным перекрестьем редки, и головы орлов изображены на них по-иному[960]. Изображения грифоньих голов хорошо известны на перекрестьях сибирских кинжалов, но также в иной трактовке[961]. Это те же ушастые грифоны, о которых мы только что говорили. На перекрестье кинжала, найденного на р. Сура у с. Ядрино (коллекция П.И. Щукина, ГИМ)[962], грифоньи головы трактованы приблизительно в том же стиле, что и на перекрестье марычевского кинжала: подчеркнуты круглые глаза, восковицы и спирально загнутые огромные клювы. Мотив орлиной головы мы находим на перекрестьях кинжалов Ордоса[963] и Луристана[964]. На луристанском образце детали головы (глаз и клюв) отмечены углубленными кружка́ми и спиралями, как на марычевском кинжале. В скифское архаическое время подобный прием изображения орлиных голов применяли и на Кубани, судя по великолепным навершиям из Ульского аула[965].
Сочетание глаза и когтя хищной птицы мы видим на навершиях акинаков из с. Озерки и имения Соловка (рис. 77, 20, 21). Здесь когти изображены условно в виде сильно закрученных волют. Акинаки с подобными навершиями есть в Скифии и на Кавказе. Среди них наиболее близки по форме навершия акинакам из с. Озерки и имения Соловка мечи из с. Гришинцы и из Лугового могильника Чечено-Ингушской АССР[966].
Ананьинские и сибирские экземпляры мечей с подобными навершиями имеют волюты иной формы[967]. Но в целом стилистическая трактовка волют навершия акинака из имения Соловка, на котором помещена схема ушастой птицы, близка сибирской.
У других савроматских мечей Заволжья и Приуралья волюты наверший представлены в виде согнутой расчлененной лапы, а в основании иногда помещено изображение круглых глаз (рис. 77, 23). Они имеют многочисленные аналогии в Северном Причерноморье[968]. Мечи подобной формы попали к савроматам из Скифии[969]. О скифском происхождении подобной модели меча, наиболее характерным экземпляром которых является южноуральский акинак из с. Новая Богдановка, свидетельствует форма всей рукоятки, в частности, бабочковидного перекрестья с геральдическим изображением фигур двух длинноногих птиц, похожих на цапель (рис. 77, 23). Это изображение — не что иное, как видоизмененный образ двух грифонов, обычных на акинаках Приднепровья и Дона[970].
949
Смела, т. I, табл. VIII, 11, 15; т. II, табл. XXIV, 7, 8, 16; ИАК, вып. 14, 1905, стр. 33, рис. 77; Отчет Русского исторического музея за 1914 г. М., 1916, стр. 9, рис. 3.
950
Archiv für Orientalforschung, Bd. X.H. 4/5. Berlin, 1935, стр. 301, рис. 7.
951
Смела, т. II, табл. XXIII, 4, 8, 10, 12, 15, 19, 20; ДП. вып. II, табл. XVI, 316; Ильинская В.А. Из неопубликованных материалов скифского времени на Посулье. — КСИА АН УССР, 3. Киев. 1954, стр. 68, табл. 1, 16–18; она же, Курганы скифского времени в бассейне реки Сулы. — КСИИМК. 54, 1954, стр. 35, рис. 13, 11–14.
952
Borovka G. Scythian Art, табл. 24, 25; Rostovtzeff M. The Animal Style…, табл. VI, 1, 2.
953
Членова Н.Л. Место культуры Тувы…, стр. 152, табл. III.
954
Ginters W. Das Schwert der Scylhen und Sarmaten in Siidrußland. Berlin. 1928, стр. 80, рис. 36, c, d, g; Tallgren A.M. Collection Tovostine. Helsingfors, 1917, стр. 10, рис. 6; стр. 40, рис. 41; табл. III, 1, 2; XII, 4; Merhart G. Bronzezeit am Jenissei. Wie
955
Griessmaier V. Sammlung baron Eduard von der Heydt. Wie
956
Максимова А.Г. Предметы эпохи ранних кочевников…, стр. 256, табл. II, 3.
957
Збруева А.В. История населения Прикамья…, стр. 176. табл. XXXII, 8, 10.
958
Смирнов К.Ф. Вооружение савроматов. — МИА, № 101, 1961, стр. 20 и сл.
959
Там же, стр. 14.
960
ДП, вып. II, табл. III, 51; Ginters W. Das Schwert…, стр. 41, табл. 11, с.
961
Левашова В.П. Из далекого прошлого…, стр. 33, 34, табл. VIII, 8; Tallgren A.M. Collection Tovostine. табл. III; Клеменц Д.А. Древности Минусинского музея. Атлас, табл. XIV; Borovka G. Scythian Art. табл. 40, с.
962
Збруева А.В. История населения Прикамья…, стр. 176, табл. XXXII, 10.
963
Loehr M. Chinese Bronze Age Weapons. London, 1956, табл. XXXVI, 91; Godard A. A propos du trésor de Ziwiyè. — Artihus Asiae, XIV, 1951, табл. V, 14; Rostovtzeff M. The Animal Style…, табл. XXIII, 2.
964
Herzfeld E. Iran in the Ancient East. London — New York. 1941, стр. 173, рис. 292.
965
Borovka G. Scythian Art, табл. 24, 25; Фармаковский В.В. Архаический период в России. — MAP, № 34, 1914, табл. XII, 4, 6; Rostovtzeff M. The Animal Style…, табл. VI, 1, 2.
966
ИАК, вып. 54, 1914, стр. 105, рис. 27; Мунчаев Р.М. Луговой могильник. — В кн. «Древности Чечено-Ингушетии». М., 1963, стр. 186, рис. 29, 14.
967
Aspelin J.R. Antiquités du Nord Fi
968
Mepпеpт Н.Я. Акинак с когтевидным навершием. — КСИИМК, XXII, 1948, стр. 74 и сл.
969
Смирнов К.Ф. Вооружение савроматов, стр. 21.
970
Ростовцев М.И. Воронежский серебряный сосуд. — МАР, № 34, 1914, табл. II, 5; Замятнин С.Н. Скифский могильник «Частые курганы» под Воронежем. — СА, VIII, 1946, стр. 26, рис. 11; Шилов В.П. Раскопки Елизаветовского могильника в 1959 г. — СА, 1961, № 1, стр. 160, рис. 11; Ginters W. Das Schwert…, стр. 34, табл. 16, b, s; стр. 36, табл. 17, b, c.