Лекарство для демона

Однако на семейном совете Кармину пришлось быть. В столовой собрались княжеские дети.

— Так. На повестке дня День Лаведании, который состоится через месяц, и Бал Цветов, который состоится через почти два месяца. Надо выбрать, кто из вас будет распорядителем на балу, — начала свою тронную речь Милагрос.

— Это твой праздник. Тебе и выбирать, — сказал Алессион, намекая на участие княжны в качестве по приглашенной.

Девушка глубоко вздохнула и обвела внимательным взглядом своих братьев.

— Я хочу, чтобы распорядителем на моём балу был...Кармин, — решила она.

— Почему я?! — удивился, а скорее возмутился Кармин. Решение сестры стало для него неожиданностью.

— Потому что хочу, чтобы ты немного повеселился. А то сидишь в своей комнате, как красна девица в башне с драконом, — усмехнулась Милагрос.

— Ты же меня не любишь, — напомнил Кармин.

— Я тебя просто обожаю, Барашка ты моя! — сказала она, встав со своего места и бросившись к сидящему рядом Кармину. Заключила его в крепкие объятья. При этом растрепав его вьющиеся локоны.

— Прекрати, Милагрос! Отпусти меня! Хватит! — запротестовал Кармин, пытаясь вырваться из цепких рук девушки.

Алессион и Анцифер тихо улыбались, наблюдая за их веселой возней. Лесси полностью одобрял выбор сестры, надеясь, что это выдернет Кармина из его панциря и прекратит затворничество княжича.

— Так, с Балом разобрались. Теперь подготовка к празднику. Кто будет вести праздник? — спросила она, опять посмотрев на парней.

— Я не могу. Я в охоте участвую. Мне же и следить за её подготовкой, — отказался под благовидным предлогом Анцифер.

— Я постоянно его провожу. Может, кто ещё изъявит желание. А то, наверное, всем уже надоело видеть одно и то же лицо в распорядителях, — говорил Алессион.

— Кармин, — обратилась она к наследнику престола.

— Опять я! А вы, значит, бездельничать будете? Почему бы тебе самой не быть распорядителем на празднике. Ты уже взрослая, — нахмурился Кармин.

— Неплохая идея, — поддержал Алессион.

— Но я никогда этого не делала. Я не знаю как...— растерялась девушка.

— Не бойся, я помогу. Все равно я в это время буду дома. В Академии по случаю праздника будет три дня выходных, — сказал Алессион.

После обговорили несколько мелких деталей и разошлись.

Скоро наступил ужин, за которым царило оживление. Милагрос то и дело предлагала новшества во время Бала Цветов. Ей хотелось, чтобы её праздник отличался от прочих. Кармин то и дело одёргивал её , напоминая, что за столом надо вести себя не так активно. Альдо и София тем временем просто тихо радовались, что их жизнь снова вошла в привычную спокойную колею и все живы и здоровы.

Когда поздним вечером в парке у поместья князя зажглись фонари, окрасившие золотом листву рядом стоящих деревьев. Тихий ветерок дарил вечернюю прохладу и слегка колыхал их листву. Вокруг царила тишина и умиротворение, нарушаемое только тихим лязганьем доспехов и оружия заступающих на ночное дежурство княжеских гвардейцев.

Резкое хлопанье огромных перепончатых крыльев нарушило тишину. На террасу тяжело опустилась Бельфегор, упав на колени, держась за окровавленный бок. Она, шатаясь, подошла к высоким резным дверям и постучала, взявшись за большое медное кольцо. Затем села на пол, прислонившись к стене. Через пару минут дверь открыл слуга. Поначалу он не заметил демоницу, но потом, оглядевшись, испуганно произнёс:

— Леди Бельфегор!

— Скорее позови Анцифера и Милагрос, — превозмогая боль, произнесла она.

Он помог ей зайти в здание и усадил на диван. Послал одну из служанок за княжичами. Они спустились с третьего этажа через пару минут.

Увидев раненую демоницу, Анцифер побледнел и бросился к ней.

— Бельфегор. Что случилось? — испуганно спросил он.

— Умоляю, помогите, — прошептала она ослабевшим голосом.

— Я прикажу послать за доктором Маркосом, — сказал демон, отдавая приказ слуге. Сам же взял демоницу на руки и отнес в одну из гостевых комнат на втором этаже.

— Прошу, выслушай меня, — настаивала она.

— Я схожу за Лесси. Может, он сможет что-нибудь сделать, пока не приехал врач, — сказала Милагрос и выбежала из комнаты.

— Цири, — прошептала она, с отчаянием глядя на него.

— Успокойся. Всё хорошо. Я не позволю, чтобы с тобой что-то случилось. Тебе нужен покой, — мягко говорил Анцифер.

— Я должна сказать...— произнесла она.

— Тебе вредно сейчас разговаривать, — возразил Анцифер, освобождая рану от ткани одежды.

— Ты не понимаешь. Дорога каждая минута, — ослабевшим голосом произнесла она. Капли фиолетовой крови окрасили покрывало.

В комнату вошли Алессион и Милагрос.

— Ты можешь что-нибудь сделать? — спросил Анцифер, показывая раненый бок демоницы.

Алессион присел на кровать и осмотрел рану.

— Я могу попытаться остановить кровь, но если в рану попала инфекция, тут я не помощник. Я не лекарь, — говорил маг.

— Делай, что можешь, — сказал Анцифер.

— Будет немного больно, — предупредил её маг.

— Не страшно, — ответила она.

Алессион протянул к ране руку, секунду сосредоточился, мысленно прочитал нужное заклинание. С его кончиков пальцев сорвались серебряные нити и устремились к ране. Бельфегор застонала от боли. Через несколько секунд нити погасли, и кровь почти остановилась. На рану наложили повязку.

— Ты тот самый маг, который создал амулет для Цири, — догадалась Бельфегор.

— Да, меня зовут Алессион. Я старший брат Анцифера и Милагрос, — представился Лесси.

— Бельфегор, — назвала свое имя демоница.

Вскоре пришёл врач и попросил всех покинуть помещение. Через некоторое время Маркос, обработав рану, наложив на неё швы и сделав перевязку, покинул комнату.

— Ей нужен покой, ежедневная смена повязки, хорошее питание и уход. И всё будет в порядке, — сказал Маркос и, получив плату за труды, удалился.

— Что же могло произойти, — удивилась Милагрос.

"Её нашли ищейки Чариоса", — предположил демон.

— Думаю, это подождет до завтра, — сказал Алессион.

Тут они услышали из-за двери, как демоница зовет Анцифера.

— Боюсь, что до завтра не подождёт, — вздохнул Анцифер, и они вошли в комнату.

— Цири. Только Милагрос может помочь. Вы должны отправиться в Анатей. И чем скорее, тем лучше, — говорила она тихим, но уже спокойным голосом.

— Так что же всё-таки произошло? — спросил Анцифер.

— Азазель. Он пытался убить Императора. Но это была ловушка. Его схватили и приговорили к казни. Она состоится на арене через три дня. Торопитесь! Ты имеешь влияние на Чариоса. Упроси его оставить ему жизнь. Каторга не так страшна. Прошу, помогите! — с отчаяньем в голосе говорила Бельфегор.

— Он пытался убить Чариоса?! О чем он только думал!!! — возмутилась девушка, хотя страха в её синих глазах было больше.

— Мы должны отправиться туда прямо сейчас, — решительно сказал Анцифер.

— Я прикажу заложить карету, — сказал Алессион.

— Нет времени. Если мы просто полетим, то доберемся быстрее, — возразил Анцифер.

— Но...— начал было возражать Алессион.

— По сути, нам кроме денег ничего не нужно, — поддержала демона Милагрос.

— Лететь ночью — это безумие. Я против! — решительно настаивал Алессион.

— Хорошо. Полетим завтра утром, — слишком быстро, по мнению Алессиона, согласился Анцифер.

Все разошлись по своим комнатам, готовясь ко сну. Анцифер предупредил сестру, чтобы она легла спать по раньше.

Через три часа он тихо вошёл в её комнату и разбудил. Девушка еле открыла глаза. Она медленно поднялась и умылась холодной водой, чтобы окончательно проснуться. Одела дорожный костюм. Написала письмо отцу и Алессиону, где объясняет свой скорый уход. Милагрос вздохнула, представив, как рассердится Лесси, узнав, что они не выполнили обещание.