Лекарство для демона

Глава 44

Весь следующий день Милагрос старательно сторонилась людей, пропадая в мастерской. Ей всё никак не давали покоя слова Кармина, сохраняя следы усталости на её лице, после бессонной ночи.

Она всё недоумевала, почему Анцифер ничего ей не сказал, ни об одном из этих случаев. Неужели до такой степени не доверяет. Или не хотел расстраивать и пугать. Или не хотел, чтобы она возненавидела родного брата. Наверняка он не догадывается, кто подстроил два первых случая, кроме последнего.

— Кармин, как ты мог, — размышляла она вслух.

— Вот значит, где ты всё мастерить, — услышала она голос за спиной, вздрогнув от неожиданности.

В дверном проёме мастерской, скрестив руки на груди, стоял Азазель.

— Проходи, я тебе всё здесь покажу, — оживилась девушка.

Она взяла демона за руку и повела по помещению. Он рассматривал инструменты, кузню и удивлялся пристрастиям аристократки. Столичные юные леди упорно гнались за быстро меняющейся модой, не пропускали ни одного бала и были самыми заядлыми собирательницами сплетен. Они обучались этикету, правильной постановке речи, навыкам письма и чтения, танцам, вышиванию, управлению домом, поведению в обществе, даже, как смотреть на тех или иных представителей разных сословий. Их интересовали скандалы, иногда случающиеся среди аристократии и благородные Орлеанские рыцари, в которых они видели неплохой вариант для брака. Если конечно не подвернётся молодой виконт или граф.

Наверняка юной княжне всё это было доступно и здесь в Лаведании, ибо аристократия везде одинакова. Но ни роскошных нарядов и драгоценностей, ни замысловатых причёсок княжна не носила. И в бальных платьях он её даже не видел. Откуда это пристрастие к грубому мужскому ремеслу. Какой интерес для образованной утонченной юной барышни возиться с деревянными брусьями и железом, пахнуть дымом от жаровни. Он наблюдал за ней. Девушка с ярым интересом и азартом рассказывала для чего тот или иной инструмент или реактив. Но Азазель наблюдал каким восторгом горели её синие глаза.

"Радоваться каким-то железкам, будто бриллиантовому колье", — усмехнулся про себя демон.

— Зачем тебе всё это нужно? — спросил вслух Азазель.

— Чтобы сделать жизнь людей лучше, — не задумываясь ответила девушка.

— Но люди об этом не просили, — сказал демон.

— Так я же свои изобретения и не навязываю. Пользоваться ими или нет — дело сугубо личное. И ещё мне нравится мастерить, — объяснила Милагрос.

Разговор с демоном отвлёк от мрачных мыслей. За что Милагрос была очень благодарна Азазелю. Она подошла к нему почти вплотную, взяла за руку. Ту самую демоническую с черной кожей и наростами. Заглянула в фиолетовые глаза как-будто в душу.

— Послушай, если будет время, прилетайте с Бельфегор на праздник. Через пару недель начнется подготовка к охоте на демонов. Можете поучаствовать. Будет весело. Уверена, что вам понравится, — просила она. Азазель отошёл от неё.

— Почему ты ведёшь себя так с демонами? Они же зло. Они всегда вредили людям, — удивился беловолосый.

— Никто не рождается злым изначально. Ими становятся в последствии. Некоторым внушают, что так правильно. Некоторые становятся злыми, беря пример со взрослых. Но если демона воспитывать как ребенка. Любить его и заботиться о нём. То он тоже будет заботиться и о родителях, и об окружающих его людях. Посмотри хотя бы на Анцифера. Он попал в нашу семью достаточно взрослым, но теперь в некоторых понятиях превосходит даже потомственных аристократов. Ренат, один из лучших рыцарей гвардии Князя. Дамиан, один из лучших столяров и резчиков по дереву. Мебель с его резными спинками и подлокотниками славится на всю столицу. Ему даже приходят индивидуальные заказы. Ракуэль работает в лечебнице. Помогает врачам. Хочет тоже учиться медицине. Лечить и людей и демонов. Так скажи мне на милость, почему я должна к ним как-то иначе относиться. Они такие же подданные нашего Князя, как и люди, — с неприкрытой гордостью говорила она.

— Потому что они демоны, — возразил он, как-будто это было единственным объяснением.

Княжна снова подошла к нему почти вплотную.

— Что сюда вложишь, — сказала, она тыкая пальцем в его грудь, туда где было сердце, — то в итоге и получишь. А демону или человеку разницы никакой.

— Почему вы усыновили демона? — задал он вопрос.

Девушка задумалась лишь на мгновение, отведя взгляд в сторону.

— Когда я увидела Цири в первый раз в кабинете у отца грязного и оборванного, со следами от оков на руках и шее, то увидела в нем свет, которого недоставало некоторым людям, — произнесла Милагрос и снова заглянула в глаза Азазелю.

"Свет? Что же ты видишь во мне? Только тьму", — подумал демон и медленно направился к выходу из мастерской.

— Я подумаю над твоим предложением, — сказал он прежде чем скрыться за дверью.

После завтрака было принято решение отдохнуть на природе. Недалеко от лесного дворца, на берегу горной реки, чуть ниже по течению. В сопровождении нескольких гвардейцев князя они прибыли на заранее подготовленную Лусио площадку для пикника. Они прибыли на поляну когда миновал полдень. Весь день Милагрос старательно избегала Анцифера и он это заметил. Сомнения и тревога терзали её сердце.

— Мили, что-то случилось? — спросил он её, когда та расстилала полотно для пикника.

— Ничего. С чего ты взял, — тихо произнесла она, не глядя на него.

— Да так. Ты за что-то сердишься на меня, — предположил он, пытаясь заглянуть ей в глаза.

— Нет, ты ошибаешься, — сказала она, встав и направившись к берегу реки.

Миновав ряды деревьев, девушка оказалась на берегу, покрытом мелкой галькой. Там она увидела одного из своих рыцарей, слишком знакомого ей. Ренат размашисто рубил крупные ветки, сложенные неподалёку и был по пояс раздет. Она некоторое время наблюдала со спины за его резкими движениями, как перекатываются под смуглой кожей мышцы рук. И широкая спина блестит от выступивших капелек пота. Обладая довольно мощным телосложением, демон казался старше своих двадцати лет. Но не только впечатлительная фигура Рената привлекла её внимание. Два внушительных широких шрама на лопатках. Он прервал своё занятие, почувствовав на себе чей-то пристальный взгляд и обернулся.

— Ваша Светлость, — сказал он, преклонив колено.

— Ренат, можно без церемоний, — сказала княжна, улыбаясь. Рыцарь поднялся и вернулся к своей работе. Девушка подошла к кучке мелко нарубленных дров и стала неспеша выбирать те, что помельче. Милагрос изредка поглядывала на демона. Потом тихо подошла к нему.

— Ренат, откуда у тебя эти шрамы на спине? — решилась спросить она.

Демон снова остановился и взглянул на неё. Затем сел на гравий. Милагрос села на, неподалеку лежащее бревно, сообразив, что рассказ будет долгим.

— Мне было тогда лет шесть, когда их отрезали. Сначала рубили топором, чтобы перерубить кости, затем резали грязным ножом, чтобы повредить сухожилия и вывернуть с корнем остатки костей. И всё это делалось без какого либо обезболивания. Сначала я кричал от боли, потом просто потерял сознание. Очнулся уже в рабском бараке, вместе с такими же бедолагами как и я. Детьми примерно одного со мной возраста. Теми, кто выжил после ампутации. Я отчетливо помню груду изуродованных детских тел, тех, кто умер на операционном столе. Их бросали там же, в углу. И я помню страх оказаться среди них. Затем неделя в горячке. Когда более менее оклемался, выяснилось, что выжило только половина детей. Я считал, что мне повезло, но хозяин которому меня продали был достаточно суров и наказывал всех даже за малейшую провинность. Но я с детства был строптивым и не терпел несправедливости по отношению к себе и к другим. Поэтому меня наказывали чаще других. В конце концов хозяин решил, что лучше продать меня, чем забить до смерти. Так я попал в одну клетку с Анцифером. С отсутствием крыльев я в общем-то смирился. Но увидев, что они есть у Анцифера, который был старше меня, позавидовал ему и тем, у кого их не отрезали. Хотя таких было чуть меньше половины: Цири, Ракуэль, Дамиан, пара мелких, и Дарен если не ошибаюсь. У остальных их не было, как и у меня. Здесь же попал в приют. И узнав, что Анцифера усыновил сам князь, честно говоря, разозлился на него. Было обидно и досадно, что именно ему так повезло. Но со временем стало все равно, ведь в приюте к нам тоже хорошо относились, как и к остальным детям. Но забыть все окончательно не так то просто, — тихо говорил Ренат. Вдруг он почувствовал как её ладонь коснулась его плеча.