Страница 30 из 62
— Это не я убил его, — возразил он.
— Это могут доказать только секунданты, если, конечно, мы их отыщем. А сейчас мы вынуждены поместить вас в арестный дом, пока вы ещё чего-нибудь не натворили.
Савин понял, что следователь не знает о его прежних похождениях и считает, что он золотодобытчик Асташев. Прекрасно, если так! Корнет молча вытянул вперёд руки, выражая полное послушание властям. Следователь охотно надел на него наручники и указал на выход. Фанни остановила их на пороге. Закусив губы, девушка бросилась Савину на шею. Неразумно было так вести себя в присутствии полицейских, но Фанни не могла не попрощаться с тем, кто открыл ей дорогу в счастливое будущее.
— Найди способ выбраться оттуда, — шепнула она Савину, нежно целуя его в щёку.
9.
В тесных камерах арестного дома набилось множество преступного люда. Все нары были заняты, не то что лечь — сесть некуда. Лишь в одной камере осталось несколько свободных мест, поэтому Савина поместили в неё. В камере стояла вонь прокисшего пота и грязной одежды. Савин брезгливо сморщился от стойкого запаха блевотины.
Скучающие преступники с интересом посмотрели на нового заключённого, пытаясь сходу отгадать, что он за птица — матёрый грабитель, рыночный воришка или просто беспаспортный бродяга. Савин выглядел странно — на его лице была написана безучастность, которая обычно присуща новичкам, впервые совершившим тяжкое преступление. Сокамерники решили, что парень замешан в какой-то семейной драме.
Погружённый в свои мысли, Савин не заметил, как к нему вразвалку подошёл высокий мужчина худощавого телосложения. Корнет поднял голову и обомлел — перед ним стоял Косой.
— Здорово, Савин! Какими судьбами? — развязно проговорил Косой, расплываясь в беззубой улыбке. Но Савин молчал и, не мигая, смотрел на бандита.
— Чего молчишь, усач? Тут так не принято, задали вопрос, отвечай, — грубо приказал бандит и дёрнул корнета за усы.
Савин смерил его презрительным взглядом и демонстративно отвернулся.
— Ну-ка, братцы, ещё раз объясните этому франту, что к чему! — воскликнул Косой, размахивая оторванными усами.
В тот же миг с нар соскочили Миха и Вальдшнеп. Они направились к Савину, рыча, как цепные псы. Очнувшись от забытья, Савин осознал, где находится и занял оборонительную позицию. Его лицо стало злобным, губы сжались в тонкую линию.
— Послушай ты, Косой, Кривой, Хромой, как там тебя, — резко заговорил он, используя интонации, которые были в ходу у преступников. — Уйми своих чертей, не то я на вас донесу. Тогда уж загремите по полной!
Савин полностью оправился и вернулся в свой привычный образ. Его изворотливый ум заработал на полную катушку, отыскивая лучший способ выбраться из тюрьмы.
— За что? — недоверчиво спросил Косой, на всякий случай вытаскивая из сапога финку.
— За все ваши дела. Сидите-то наверняка за мелочь, ждёте, что скоро отпустят?
Слова Савина попали в цель. Косой нервно переглянулся с дружками и презрительно ответил:
— Тебя это не касается.
— Ты мне денег должен, Хромой. Я бы на твоем месте угомонился, — надменно произнёс Савин.
Косой, Миха и Вальдшнеп громко загоготали. Такой наглости от юнца они не ожидали. Миха резко оборвал смех и, схватив Савина за горло, прижал его к стене.
— Ишь, какой шустрый выискался! Думаешь, мы тебя испугались? — он оскалил прогнившие зубы, и изо рта его потянуло болотом.
— Косой, угомони его. Я тебе расскажу, как ещё заработать, — воскликнул Савин, отрывая руки Михи от своего горла.
Тот не ослабил хватку. Но Косой, услышав о заработке, встрепенулся и затараторил довольным тоном:
— Вот это деловой разговор! Миха, отпусти-ка его пока.
Бандит послушно убрал руки от Савина. Корнет сипло закашлялся и поправил парик. Теперь, когда он оказался лицом к лицу со смертью, все сомнения рассеялись. Он страстно желал выбраться из тюрьмы, вернуться к Фанни, жить свободно и богато.
Савин понимал, что Косой и его дружки — недалёкие мужики, которых легко обвести вокруг пальца. У них есть то, что требуется ему сейчас — связи в преступном мире.
— У меня на воле подруга, наследство получила, может хорошо отблагодарить за одну услугу, — деловым тоном произнёс Савин.
Арестанты слушали молча, но алчный блеск в их глазах показывал, что они весьма заинтересованы.
— Да я ей сам заплачу, если хорошенькая, — улыбаясь слюнявым ртом, заявил Косой.
Савин поморщился, представив Фанни рядом с этим недоумком, и продолжил:
— Очень смешно! Короче, слушай внимательно. Нужно найти двух секундантов. Я сегодня стрелялся с владельцем казино Ярцевым…
— И ты его укокошил? — воскликнул Косой, одобрительно посмотрев на Савина.
— Ага, — спокойно подтвердил корнет. — Секунданты должны явиться в полицию и дать показания.
Он понимал, что заключённые примут заказ на его условиях, хоть и поторгуются сначала, как у них принято. Привыкшие грабить, они не знали жалости к тем, кто запутался в сетях закона. Они умели добивать и отбирать последнее, лишь бы выжить в своём исковерканном мире.
— Мы работаем, только если платят вперёд, так что давай адрес своей мамзели, а потом уж займёмся секундантами, — потребовал Косой.
Он поставил ногу на койку и протянул руку, как будто в знак ожидания оплаты, словно они были на свободе. Савин спросил нарочито наивным голосом:
— А не обманешь?
— А у тебя что же, выбор есть? — усмехнулся Косой.
Продолжая игру, Савин тяжко вздохнул и опустил голову, словно оказался в несчастном положении. Он понимал, что бандиты ждут жертвенную овечку и стал ею, чтобы выполнить всю работу их руками.
10.
Оставшись одна, без Савина, Фанни то и дело подбегала к окну, чтобы выглянуть на улицу. Она ждала носильщиков. Ей хотелось поскорее покинуть этот номер, сесть в поезд и уехать как можно дальше, туда, где её никто не знает.
Ближе к ночи девушкой овладел страх. Казалось, что Ярцев вот-вот войдёт в номер, вся история с дуэлью окажется жестоким розыгрышем, а Фанни посадят за решётку. Ох, где же эти носильщики! Ей пора на вокзал, навстречу новой роскошной жизни, в которой нет мыслей об убитом старике и постылой жизни с ним.
Авантюристка не думала о судьбе Савина. Он сыграл свою роль в придуманном ею спектакле, дальше она в нём не нуждается. Как говорится, мавр сделал своё дело, мавр может уходить. Взгляд Фанни перескакивал с окна на стрелки часов, отсчитывающих минуты до её освобождения.
Громкий стук в дверь обрадовал Фанни. Она отперла, не спрашивая, кто там.
— Наконец-то! У меня поезд через час, а вы…
Девушка застыла от неожиданности — перед ней стояли двое элегантно одетых мужчин. Что-то они совсем не похожи на носильщиков!
— Думаю, вы ошиблись номером, — сказала Фанни и попыталась закрыть дверь, но один из мужчин ловко подставил ногу. Незнакомцы молча вошли в комнату.
Фанни в страхе попятилась назад.
— Что вы себе позволяете? Я сейчас закричу, позову полицию!
— Не надо, сударыня. Мы от Савина. Я Зиля, а это Ерпыль, — процедил сквозь зубы один из посетителей и оценивающим взглядом осмотрел комнату.
— Что? Как он? Где? — растерянно пробормотала Фанни, не понимая, откуда эти двое знают об их секрете.
— С ним всё в порядке. Он просил нас об услуге, но для этого нужны деньги, — сказал Ерпыль, развязно глядя на глубокое декольте Фанни.
Её бросило в пот при мысли, что эти двое могут наложить лапу на её богатство.
— Сколько? — спросила она, накинув на плечи ажурный платок. — Точнее, что за услуга?
Вид незваных гостей не внушал доверия, к тому же оба бесцеремонно разглядывали Фанни, словно вещь на базаре.
— Нужно найти секундантов, которые докажут, что он не убивал Ярцева… — игриво проговорил Ерпыль на ухо девушке.
Он нахально провёл пальцем по её гладкой шее. Фанни испуганно отшатнулась и села на край кровати.
— Как не убивал? А кто же тогда?
Фанни жила в России уже более шести лет, но русским языком хорошо не владела. Все её поклонники были людьми светскими, поэтому прекрасно знали французский, а то и английский. Когда же Фанни приходилось общаться с «простыми», как Ерпыль и Зиля, она с трудом понимала их, а сама говорила с сильным акцентом.