Страница 159 из 258
К примеру, если это проистекает от флегмы (что случается редко, во всяком случае не так часто, как от других жидкостей), это возбуждает симптомы слабоумия, своего рода отупение или ущербное бесчувствие[2525]: они, говорит Савонарола[2526], сонные, оцепенелые, медлительные, равнодушные, глупые, ослоподобные, asininam melancholiam, как характеризует их Меланхтон[2527]; «они весьма склонны к плаксивости, и их услаждают воды, рыбные садки, пруды, реки, рыбная ловля, птицеловство и пр. (Арнальд, Breviar. I, cap. 18 [Краткое изложение, I, гл. 18]). Они бледны[2528], ленивы, сонливы и унылы; «их часто мучает головная боль»[2529], они постоянно погружены в размышления и что-то бормочут про себя; им часто снится, что они на воде, что им грозит опасность утонуть, и они очень этого страшатся (Разис)[2530]. От других меланхоликов их отличает большая тучность, землистый цвет лица, они более склонны отхаркивать, их чаще других беспокоит насморок, они любят поспать[2531], а глаза у них всегда устремлены в землю. Именно такая пациентка была у Геркулеса Саксонского — вдова из Венеции, отличавшаяся грузностью и постоянной сонливостью; у Кристофера а Веги описан другой пациент с подобного же рода симптомами. Если это недуг застарелый и в более тяжелой форме, тогда симптомы проявляются более очевидно, и слабоумие таких людей проявляется более явственно; всеми своими жестами, поступками и речами они вызывают у окружающих насмешку; им представляются вещи совершенно невозможные, как, например, уже упоминавшемуся пациенту Кристофера а Веги, который полагал, что он бочка с вином, или тому жителю Сьены, который решил воздерживаться от мочеиспускания из боязни, как бы он не затопил весь город[2532].
Если же она происходит от запекшейся крови или если в ней содержится примесь крови, то, согласно Саллюстию Сальвиану и Геркулесу Саксонскому, «у таких людей обычно цвет лица красный или даже багровый»[2533], а как присовокупляют к этому Савонарола и Викторий Фавентин Эмпирик, «у них обычно в глазах и на лицах видны красные венозные прожилки»[2534]. Такие люди очень смешливы, остроумны и веселы, а в беседе сметливы и приятны, если дело не зашло слишком далеко, и чрезвычайно увлекаются музыкой, танцами и предпочитают женское общество. У них только и на уме что подобного рода забавы, и «им постоянно мнятся спектакли, танцы и иные подобные развлечения»[2535] (как полагает Геркулес Саксонский[2536], им также абсолютно неведомы ни опасения, ни печаль), даже если бы ими овладела именно такого рода меланхолия, добавляет Арнальд (Breviar. lib. I, cap. 18 [Краткое изложение, I, гл. 18]), они подобны упоминаемому поэтом жителю Аргоса, который знай себе хохотал весь день напролет, словно сидел в театре[2537]. Другого подобного меланхолика упоминает Аристотель[2538]: тот жил в Абидосе, городе, расположенном в Малой Азии, так он, бывало, усаживался таким же манером, воображая себя на сцене и играя самого себя; время от времени он начинал хлопать в ладоши и смеяться, как бы выражая одобрение только что увиденному им зрелищу{1896}. Вольфий рассказывает об одном деревенском малом по имени Брюнселлий, у которого был такой же нрав; «присутствуя при богослужении, он стал случайно свидетелем того, как задремавшая было женщина свалилась со скамьи, вызвав тем смех у большинства присутствующих, что же до него, то он пришел от этого в такое возбуждение, что три дня кряду после этого не в состоянии был чем-либо заняться, а все беспрерывно смеялся, вследствие чего очень ослабел и долго потом не мог прийти в себя»[2539]. Таким же был старина Софокл, да и самому Демокриту было присуще hilare delirium [веселое безумие], выражавшееся в примерно таком же расположении духа. Лауренций (cap. 3 de melan. [гл. 3 о меланхолии]) считает, что именно такого рода меланхолию, при которой черная желчь немного запеклась с примесью крови, как раз имел в виду Аристотель, когда говорил, что из всех людей меланхолики самые остроумные, и это часто становится причиной переживаемого ими божественного восторга и своего рода enthusiasmus, что и способствует появлению среди них превосходных философов, поэтов, прорицателей и пр.{1897}. Так Меркуриалис (consil. 110 [совет 110]) приводит в качестве примера одного своего молодого пациента, сангвинического меланхолика, отличавшегося «большим остроумием и превосходно образованного»[2540].
Если же меланхолия проистекает от спекшейся желчи, тогда такие меланхолики отличаются дерзостью и бесстыдством и особенным легкомыслием, они склонны к спорам, их занимают поединки и баталии и собственная мужественность; они неистовы и нетерпимы в беседе, в своих чудовищных взглядах они непреклонны и считают их неоспоримыми, а если их затронуть за живое, тогда они становятся запальчивы, яростны, готовы унизить и вывести из равновесия любого и даже убить себя и других[2541]; Арнальд < Вилланова> присовокупляет к этому, что во время приступов они поистине безумны, «спят они мало, а их моча ненасыщенная и горячая»[2542]{1898}. А вот что пишет Гвианери: «Когда у них приступ, вам доведется услышать, что они говорят по-древнееврейски, по-гречески и на латыни, хотя никогда эти языки не изучали и не знали их прежде». Аппоненсис (in com. in Prob. sec. 30) рассказывает{1899} об одной безумной женщине, говорившей на превосходной латыни, а Разис знавал другую, которая во время приступов начинала пророчествовать и предсказывала вещи, которые действительно впоследствии сбывались. У Гвианери[2543] был пациент, который, когда Луна бывала охвачена огнем{1900}, способен был сочинять латинские стихи, хотя на самом деле был неграмотен{1901}. Авиценна и некоторые из его последователей склонны считать, что эти симптомы, когда они случаются, исходят от дьявола{1902} и что эти люди являются скорее одержимыми daemoniaci, а не безумными или меланхоликами, или и теми, и другими одновременно, как считает Язон Пратенций, immiscent se mali genii [злые духи незаметно вселяются в них] и пр., однако большинство приписывает это состоянию жидкости, и Монтальт (cap. 21 [гл. 21]) твердо придерживается этого взгляда и опровергает утверждения Авиценны и остальных, относя это полностью на счет качества и предрасположения жидкости и самого человека. Кардано (de rerum var. lib. 8, cap. 10 [о разнообразии вещей, кн. VIII, гл. 10]) считает, что из всех людей именно эти способны на убийство, они смелые, дерзкие, жестокие, любящие приключения, готовые приняться за что угодно по причине их ссохшейся от зноя желчи. «Такой нрав, — говорит Кардано, — приуготовляет их выносить даже смерть и всевозможные мучения с непоколебимой смелостью и удивительно наблюдать, с какой готовностью они сносят подобные муки»[2544], ut supra naturam res videatur [так что это кажется противоестественным]; он приписывает это великодушие, ярость или скорее бесчувственность горячему ссыханию желчи и черной желчи, однако сам я считаю, что эти люди — скорее безумные или отчаявшиеся, нежели меланхолики в собственном смысле, ибо обычно эта жидкость, такая запекшаяся и горячая, вырождается в безумие.
2525
Брайт, cap. 16 [гл. 16].
2526
Pract. major. [Большая практика.] Somnians, piger, frigidus.
2527
De anima, cap. de humor. Si a phlegmate, semper in aquis fere sunt, et circa fluvios, plorant multum, etc. [О душе, гл. о юморах. Если это вызвано флегмой, то их мысли заняты всегда водой, и реками, они часто плачут. <Это цитата из сочинения Арнальда Виллановы «Краткое изложение медицинской практики» («Breviarium practicae»). Далее он пишет: «Если этот недуг вызван флегмой, тогда они вялы, им мнится, будто бы они рыбы, их каждый день манит вода, и они жаждут весь день напролет быть в реке или океане». — КБ.>]
2528
Pigra nascitur ex colore pallido et albo. — Herc. de Saxon. [Геркулес Саксонский. <Пантеон. — КБ.>]
2529
Savonarola. [Савонарола.]
2530
Muros cadere in se, aut submergi timent, cum torpore et segnitie, et fluvios amant tales. — Alexand. cap. 16, lib. 7. [Александр, гл. 16, кн. VII.]
2531
Semper fere dormit somnolenta, cap. 16, lib. 1 [гл. 16, кн. VII].
2532
Laurentius. [Лауренций.]
2533
Cap. 6 de mel. Si a sanguine, venit rubedo oculorum et faciei, plurimus risus. [Гл. 6 о меланхолии. Если меланхолия проистекает от сангвинических соков, тогда это видно по красноте глаз и лица, а также от чрезмерной смешливости.]
2534
Venae oculorum sunt rubrae, vide an praecesserit vini et aromatum usus, et frequens balneum, Trallian. lib I, 16, an praecesserit mora sub sole. [Вены в глазах красные — проверьте, происходит ли это от употребления вина и специй и частых купаний, Траллиан, кн. I, 16, или от долгого пребывания на солнце.]
2535
Ridet patiens si a sanguine, putat se videre choreas, musicam audire, ludos, etc.
2536
Cap. 2, tract. de Melan. [Гл. 2, Трактат о Меланхолии.]
2537
Hor. epist. lib. 2. Quidam haud ignobilis Argis, etc. [Гораций. Послания, кн. II. Таков был один аргивянин. <Далее у Горация: «Все-то казалось ему, что он слушает трагиков дивных, — / Сидя в театре пустом, аплодировал он им в восторге» (2, 128–130, пер. Н. Гинцбурга)>.]
2538
Lib. de reb. mir. [Кн. о чудесных вещах.]
2539
Cum inter concionandum mulier dormiens e subsellio caderet, et omnes reliqui qui id viderent, riderent, tribus post diebus, etc.
2540
Juvenis ingenii et non vulgaris eruditionis. [Меркуриалис. Книга ответов.]
2541
Si a cholera, furibundi, interficiunt se et alios, putant se videre pugnas.
2542
Urina subtilis et ignea, parum dormiunt.
2543
Tract. 15, cap. 4. [Трактат 15, гл. 4.]
2544
Ad haec perpetranda furore rapti ducuntur, cruciatus quosvis tolerant, et mortem, et furore exacerbato audent et ad supplicia plus irritantur; mirum est quantum habeant in tormentis patientiam.