Страница 29 из 40
строфа IIЗа языком бы… Да много ли смыслаВ мертвой слюне палача?Много ль осталось объедков у барина,Латных обносков с плеча?Бывшая жизнь, ужурчит, переварена,Склизкую ткань щекоча, —Взмокшее дерево кисло,Скисшая медь горяча.антистрофа IIТо, что в окраинном ветре гугнило,Выветрилось без следа,Только ржавеет на мшистых обочинахВыкачанная руда.Старые девушки в платьях намоченных,Смолкните в никуда —Поющее дерево гнило,Поющая медь молода.эподКажется, все уже начисто сплавлено —Доверху высвобождена река.Кажется, все уже намертво сплавлено —Донизу выработана руда.Все, что распалось, по горсточкам взвешеноВ призраке выключенного луча.Все, что осталось, по шерсточкам взвешеноВ золоте вычесанного руна.1994
Зима 1994
Земля желта в фонарных выменах,В реке черна и в облаках лилова,А лошадь с бородою, как монах,И царь в ватинной маске змееловаУстало зеленеют из-под дырРазношенной до дыр кольчужной сети.Всплывает по реке поддонный дым,Ему навстречу дышат в стекла дети,И женщины, румяные с тоски,В стрельчатых шубах и платках как замокБегут от закипающих таксиИ заплывающих каблучных ямок,Где шелестит бескровно серый прахИ искрами вскрывается на взрыве.Там в порах смерть, там порох на ветрахИ ржавые усы в придонной рыбе.Там встала ночь, немея, на коньки,И, собственных еще темнее тéней,Засвеченные зданья вдоль рекиС тетрадами своих столпотворенийПарят над балюстрадой меловой,Где, скрючась под какою-то коробкой,Безумный Вольф с облезлой головойИ белой оттопыренной бородкойИдет.1994Иерихонская ода
Жидкое железо пили, торопясь.На слоях разреза костенела стесь.На следах зализа торфенела слизь.Роза зеленела, сделана не здесь.Прозвенел о свойском камешек в висок.Каменные дяди выли позади.Мы ползем за войском в глиняный песок.Дужный крест у суки вырезан в груди.Как замолкли трубы, выросла стена.Зачерствели хлебы в плоских очагах.На манер залупы выползла луна.Заклепались склепы там, на берегах.Ветви подымали боги на холму.Опускали руки тени на горе.Выплюнуть и рта нет лунную халву.Никогда не встанет солнце на заре.1994«Босой еврейский лес на выщербленных скалах…»
Босой еврейский лес на выщербленных скалахСквозится впереди, куда ни сторонись.Что бы ни значилось на картах и на шкалахИ в скоротечных полушариях страниц,Всегда насквозь и вкось заматывают кокон– Волос за волосом закат, ко стыку стык —:Тускнея, катится волна стекловолокон,На срезе розовых, на сгибе золотых.А вслед за нею тьма идет по Галилее– Как бы внутри волнистого стекла —:В отлогах пурпурней, в подъемах зеленееИ в черном озере, как косточка, светла.1994«Во мгле хрипят червивые цыгане…»
Во мгле хрипят червивые цыганеИ нашатырно пахнет от мездры.Заросшими веревкой утюгамиПереступают мертвые одры.Трещат огни холерного обоза,Визжит петух в селении на дне.Не та дорога и не эта роза– Не от меня. Не я. И не ко мне —По узким кромкам складчатого мракаПод уголки обугленных воротКружат коней цыганка и собака —Всегда наверх и никогда вперед.Мне табаку до осени не хватит.Я не хочу их сладкого вина.Альфонс ложится под короткий катет.– Не та дорога – и не та луна —1994Дачная баллада
Во тьму на кормленье был сосланБоярышник, мокрый до слез,Метелки сиренные с ним прискакалиИ смород полупесьих полки.Было стыдно березовским соснамПеред сходом сосновских берез,Что их детки, луны нализавшись, икалиИ высовывали языки.В России нету места страшнее, чем дачаВ июле, в двенадцать часов,Когда на шоссе высвещаются сетиК отлову опальных машинИ падает сердце от подколодного квачаИ умолчного пения сов,И всё плачут и плачут какие-то дети,И капает капля в кувшин.1994Виды на ночь 25.12.1994
В польше и дальше, там, где поезд погашенный едетИ в воронках фонарных стоит кристаллический чад,На перронах, истертых до глянца, кто дышит, кто лает, кто бредит,Кто прозекторским светом отсиняет себе китайчат, —Лишь казенные снежные бабы с флажками, по имени Эдит,Время бочками вешают и в лицо тепловозу молчат.В льеже и ниже, там, где пляшут базарные сети,Заспиртовано в каждом окошке ночное кино,Дождь висит полосатый сквозь ячейки в химическом свете;На косых перекрестках затекает брусчатое дно,Уплывают по черным шоссе – По сверкающим – спящие детив колыбельках стеклянных, Где между лучами темно.В небе и выше, где луна на бессветной равнинеоблаков Зеленеет, сжижается и протекает к земле,Самолет неподвижный лежит на запаханной гнили и глине;Поджидая смещения сфер, спит пилот на рогатом руле.И босыми крылами звенящими твердь толкают по льдиневереницей светящейся ангелы, Исчезая за поворотом во мгле.1994