Страница 26 из 50
Я отвечаю тем же, нахожу его ремень с пряжкой, расстегиваю молнию на джинсах и вынимаю его красивый член. Я вижу, что он натягивает нижнее белье так же впечатляюще, как я помню.
Ещё раз привет.
Я вроде как мяукаю и хнычу, потому что знаю, что сейчас произойдёт, и чертовски уверена, что это разорвет пространственно-временной континуум надвое.
Времени на раздумья почти не остается, поскольку меня подхватывают и протаскивают через комнату, а затем укладывают на кровать, смещение веса дает некоторое представление о том, где расположился Бобби. Одежда сбрасывается бесшумно и быстро, проезжающая мимо машина бросает на меня мимолетный свет фар.
Руки Бобби снова на мне. Разбросанные носки. Смех. Жара. А потом я остаюсь голой.
Я снова задыхаюсь от возбуждения, когда меня переворачивают на спину и Бобби оказывается сверху. Обхватываю его руками и сжимаю изо всех оставшихся сил, не желая отпускать никогда.
Протягиваю руку и позволяю своим ногтям скользить по его обнаженной спине, упругим булочкам задницы, готовым к работе. Его кожа такая гладкая, такая теплая. Я буквально дрожу от возбуждения.
Я стону у его губ, его сосновый, вересковый аромат опьяняет.
Он что-то бормочет в ответ, его рука скользит у меня между ног и находит влажную, открытую теплоту моей киски.
Я протягиваю руку между нами и беру его член, слегка сжимая его. Он всё ещё кажется таким неестественно большим.
— Ты боишься, что я причиню тебе боль? - спрашивает он.
— У тебя действительно вместо члена телеграфный столб, - отвечаю я.
Он запускает два пальца в моё влажное влагалище.
— Мне не кажется, что это будет проблемой.
Я прижимаюсь бедрами к его руке, но он убирает пальцы и начинает скользить вниз к моей попке.
— Но просто чтобы быть уверенным...
Он запечатлевает поцелуй на моей груди, грудной клетке, а затем на моей киске, полностью накрывая ртом клитор. Мой позвоночник изгибается, и я смотрю в темноту.
— Б-оже мой, - заикаюсь я.
Запускаю руки в его волосы и подтягиваю ноги, чтобы предоставить ему лучший доступ.
Я хочу сказать ему, какую замечательную работу он проделывает, но у меня нет слов. Я вздрагиваю и задыхаюсь, его губы отрываются, чтобы скользнуть по моей дырочке, продолжая двигаться на юг, пока…
— Что ты…
Но уже слишком поздно. Кончик его языка уже обходит периметр моего заднего входа, щекотка превращается в полномасштабную атаку, от которой у меня перехватывает дыхание.
Никогда ещё никто так на меня не нападал, ни здесь, ни сейчас. Это... невероятно, так запретно и неприлично. Но, чёрт возьми, я просто не могу насытиться.
Он снова облизывает мою киску долгим, влажным движением, прежде чем прикоснуться к моему клитору. Его щетина касается внутренней поверхности моих бедер.
— Трахни меня. Ты восхитительна на вкус.
Он начинает подниматься вверх по моему телу, и я совершенно не готова к этому ощущению — его весу, лёгкому прикосновению его волос к моим соскам. Мои мышцы напрягаются как единое целое.
Один палец дразнит кольцо моей дырочки, второй входит в тугое влагалище. Я бессильна против этого нового проникновения и палец проникает в мою задницу.
Снаружи всё ещё темно, похоже на Армагеддон, но у меня почему-то перед глазами расплываются пятна.
И затем его пальцы покидают меня, выходя из моей нуждающейся киски и задницы.
— Почему ты остановился? Что случилось? - спрашиваю я в панике.
Он берет свой член и направляет его к моему отверстию.
— Потому что палец, и даже два, три, ничто по сравнению с этим. - И с этими словами он толкается вперед, его член погружается глубоко в мое тепло.
— Боже, - рычит он мне в плечо, - никто никогда не брал меня так глубоко, так легко.
Я прижимаюсь к нему, позволяя его члену глубже войти в себя.
— Я думаю, мы просто созданы друг для друга.
Рука сжимается на моём бедре, переходит к другому и поднимается выше. Он отстраняется и сильно толкается вперед, моё имя срывается с его губ в горячем порыве.
Я наполовину кричу, наполовину воплю от равной смеси боли и удовольствия. Это безумие, но мое тело хочет большего, нуждается в большем.
— Я собираюсь трахать тебя весь день, всю ночь, - говорит он.
Я подтягиваю колени к его груди, моя попка отрывается от простыней, и отчетливо слышу, как скользко моя киска принимает его член.
— Скажи мне, чего ты хочешь, - шепчет он твёрдым голосом.
Сейчас нет времени на скромность. Я говорю ему.
— Я хочу, чтобы ты трахнул меня так сильно, как только сможешь — без пощады.
— Я не услышал волшебного слова.
— Пожалуйста, - выдыхаю.
Я снова задыхаюсь, когда он отрывается от моего тела, используя головку своего члена, чтобы нажать на мой клитор.
— Как пожелаешь, - говорит он, входя так сильно, так неистово, что я прижимаюсь к изголовью кровати, мои руки вытягиваются, чтобы зацепиться за простыни.
Он жесток, быстр и сильно насаживает меня на свой толстый член, не замедляясь и не сбавляя темпа, пока мы оба сильно не вспотеем, - животные, одним словом.
— Блядь. - Это всё, что я могу пробормотать, слово слетает с моих губ постоянной мантрой.
Любой контроль, который, как я думала, у меня был, быстро исчезает. Я жажду его плоти больше всего на свете. Я жажду этого, нуждаюсь в этом, как в воздухе для легких.
Он вонзается в меня снова и снова, сила каждого толчка вдавливает меня в матрас. Он хватает меня за волосы одной рукой и оттягивает мою голову назад.
— Сильнее, - умоляю. - Пожалуйста, - я на грани слёз, но хочется гораздо больше.
Я почти вижу свет, сгущающийся на периферии моего сознания, и потребность освободиться.
Его пальцы впиваются в мои волосы, и следующим толчком он полностью погружается в меня.
— Да, - произносит он сквозь стиснутые зубы. - Возьми мой член. Прими всё в свою мокрую грёбаную киску.
Я никогда не думала, что есть время или место для подобных разговоров, но я не могу насытиться.
— Сильнее! - кричу, и слеза бежит по моей щеке.
Он отстраняется и прижимает моё тело к себе.
— Кончи для меня, - говорит он. - Обхвати мой член.
Этих слов достаточно. Моя кульминация настолько всеобъемлюща, настолько мощная, что тьма исчезла, а на её месте появился новый и чуждый мир света и красок, ощущений настолько сильных, что я даже не уверена, что всё ещё жива.
Я слепо хватаюсь за него, нахожу его плечи, бедро, впиваюсь в них, в то время как он прижимается своим мокрым лбом к моему и замирает внутри меня.
Каким-то образом я сжимаю его член изо всех сил, пока за потоком ненормативной лексики не следует его собственное горячее высвобождение.
Он падает рядом со мной, тяжело дыша. Проходят минуты, прежде чем мы возвращаемся к какому-либо подобию нормальности.
— Ты не трахнул меня в задницу, - замечаю я.
Он смеётся, всё ещё пытаясь отдышаться.
— У меня не было возможности.
— Ещё один раунд? - спрашиваю.
Он тянется к своему члену, который уже твердеет в его руке.
— Дай мне пять минут.
ГЛАВА 26
БОББИ
Я сижу на кровати и наблюдаю за Жизель добрую часть часа, просто отмечая мелкие детали её лица и плеч. То, как изящно её пальцы касаются подушки.
Ни одна женщина раньше не захватывала меня настолько, как она. Впервые в своей жизни я сомневаюсь в себе и в том, смогу ли справиться с этим. Это пугает и возбуждает в равной мере.
Я помню, как в одном баре в городе раньше висела вывеска с надписью: "Заходите, это 3D Тиндер". Раньше я от души смеялся над этим, зная, что мне даже не нужно было заходить внутрь, чтобы потрахаться. Девушки сами приходили ко мне, но Жизель? Она, должно быть, знает, сколько женщин у меня было, но знает ли, что она первая, кто на самом деле значит нечто большее?