Страница 37 из 45
— А если попробовать на подпространственном приеме?
— Ожидаемо пусто, — махнул рукой кибернетик. — В общем, мистика какая-то.
— Похоже, по крайней мере, — кивнул головой Филин. — Могу только предположить возможность прямого воздействия на исполнительные элементы схем устройств.
Евгений встрепенулся.
— А что? В этом что-то есть. Михаил, мы тут слушали запись, что хранилась в кубе Филина. Так вот, она совсем другая. Вовсе не тот доклад, что мы туда записывали.
— И предохранитель…
— Все так же физически отключен, — кивнул Мережко. — Так что полагаю — явления схожие.
— Эй, вы куда пропали? — подал голос Илья. — Что случилось?
Филин подошел к экрану.
— Понимаешь, дружище, мы не можем никак тебя засечь.
— Что-то с оборудованием не в порядке?
— Да, нечто в этом роде, — уклончиво ответил инженер. — Пытаемся отладить. Давно не включалось тут все.
— А! Так может, я лучше отключусь, чтоб не мешать?
— Да, пожалуй. Мы свяжемся, когда все будет готово.
— Буду ждать! До связи!
— До связи.
Экран погас. Мережко еще раз покрутил верньеры пеленгатора — ничего.
— Что будем делать?
Ростовцев щелкнул тумблером, контрольные лампы приборов мигнули и погасли.
— Я предлагаю попить кофе. Ничего более дельного в голову не приходит.
— Тоже неплохо! — поддержал Филин.
Мережко тоже не возражал, и они втроем отправились в лабораторию.
За кружками с ароматным напитком соображалось почему-то лучше. Возможно, сказывалась смена обстановки. В голове прояснилось. Филин заметил также, что личные переживания отодвинулись на задний план.
— Есть идеи? — поинтересовался Мережко, поставив кружку на край стола.
— Одна точно есть, — отозвался Филин. — Попробовать добраться до тумана. Если изменение записи и трансляция — явления одного порядка, то можно попробовать установить контакт с тем, что влияет на приборы. Поискать источник. Возможно, так получится выяснить, где находится Свиридов. Или как-то активизировать события. Правда, мне сказали, что дадут знать, но как-то плохо бросать товарища в беде. Есть уже пройденный маршрут, в конце-то концов…
Ростовцев внимательно посмотрел на него.
— Хочешь пройти тем же путем второй раз? Мне кажется, это не самое лучшее решение. Боюсь, что, может статься, нам придется искать способ, как выручить уже двух субъектов. Тут творится нечто такое, что пока нам не по зубам.
— Да и из опасностей Илье грозит разве что одиночество, — пожал плечами Мережко. — По крайней мере, создается такое впечатление.
— Мне тоже так показалось, но все же хотелось бы как-то помочь. Да и подозрение у меня, что местечко, где оказался штурман, хранит немало тайн.
— Согласен, — Мережко взял кружку и одним глотком допил кофе. — Только я думаю, что не только там живет разгадка всего происходящего и происходившего тут. Потому стоит подождать. Филин, а время ожидания этого самого знания не указали, случаем?
— Что нет, то нет.
— Жаль. Хоть приготовиться. Предлагаю тогда поддерживать канал связи. Пусть Свиридов чувствует, что он не один. Ничего иного в этой ситуации придумать не могу.
— Да, так лучше.
Жизнь в «Галактисе» изменилась. Теперь у лифта не стояли в угрюмом молчании, ожидая возвращения родственников из очередного рейда. Да и численные составы охотников заметно сократились. Теперь отряды пользовались тележками и без труда привозили в несколько раз больше, чем раньше. Роботы нигде не появлялись. Кое-кто осмеливался на прогулку до Города, однако за периметр не шли: механические обитатели оставались вполне активными. Любой источник энергии, будь это даже батарея жетона-маяка, заряжающаяся от тепла тела, мог спровоцировать нападение.
Каждого очередного пришельца или возвращенца встречали теперь два человека с тележкой. Они помогали новичку добраться до «Галактиса».
Перемены не слишком изменили жизнь Филина. Когда он находился на корабле, то старался пореже выходить из своей каюты. У Майи теперь другая жизнь и другой человек рядом. Каждая встреча отзывалась болью. Ситуацию невозможно было изменить, это Филин прекрасно понимал, а потому частенько устраивал себе экспедиции по окрестностям. Прогулки отвлекали, заставляли думать о разных вещах, не связанных с жизнью «Галактиса».
Как-то он вернулся довольно поздно и уже собирался спать, когда в гости заглянул Мережко. Вид у кибернетика был встревоженный.
— Не спишь?
— Собираюсь уже. Что стряслось?
— Еще как стряслось! Ты давно был у периметра?
— Пожалуй что давно.
— Сходи завтра. Думаю, тебе стоит посмотреть. Я докладывал координатору, но тот как-то не отреагировал.
— Да что там происходит? Завтра будет завтра, но хоть намекни, раз пришел.
— Если упрощенно — роботы взбесились.
— О как! — сонливость моментально улетучилась. Если уж кибернетик говорит о бешеных роботах, то стоит узнать подробности. — А поконкретней?
— Множественные некоординированные действия. Они толкутся, разбирают друг друга, собирают. Патрульные толкутся в воздухе, словно стая мошкары летним вечером. Только от металлических «мошек» во все стороны летят искры при столкновении. Машины ведут себя так, как если бы кто-то частично отключил их «мозги». Весь Город окутан пылью. Что творится в нем самом — даже подумать страшно. Нет, тебе стоит это увидеть.
— Не поверишь, но я знаю одного человека, который столкнулся с чем-то подобным. Я от него услышал занимательную историю, в которой я, как оказалось, принимал живейшее участие. Но тот я, который сейчас в земной реальности.
— Ты Свиридова имеешь ввиду?
— Совершенно верно.
— И как этот вопрос решился?
— Тогда роботы по команде сняли устройства дистанционного управления. Вряд ли нам это поможет теперь.
— Да, тут не получится. Учитывая нынешний принцип воздействия на электронные схемы, который вообще не затрагивает входные цепи, нам вряд ли удастся наладить работу машин, — Мережко взял с стола пластиковую колбу с минеральной водой и опустошил ее не отрываясь. Отдышавшись, он продолжил. — Должен признать — ты оказался прав, когда говорил про искусственный интеллект. Я не знаю, что с ним произошло, но сейчас машинный разум исключил себя из цепочки управления, что и довело роботов до безумия. Их поведение задают случайные импульсы, а выходные цепи переводят сигналы в механические действия. Фактически с некоторой натяжкой подобное можно назвать инстинктивной деятельностью.
— Я, кажется, понял. Завтра сходим и посмотрим. Полагаю, нам это ничем не угрожает?
— Знать бы. Пожалуй, стоит взять бластеры.
— Переделанные? Вроде тех, с которыми мы шли? — Филин вспомнил поход и снова помрачнел.
— Зачем? — удивился Мережко. — Возьмем самые обычные. Нам сейчас не от мышей механических обороняться. Завтра выпишу у Вениамина.
— Договорились. Как будешь готов — заглядывай!
Утром с первым рейсом на поверхность поднималось сразу два десятка обитателей «Галактиса». Евгений и Филин с трудом втиснулись в толпу, стремившуюся попасть на поверхность. Люди были одеты совершенно по-разному, что радовало взгляд. Они гомонили, обсуждали будущие дела и улыбались. Страх ушел с палуб корабля.
Когда лифт остановился, кибернетик и инженер подождали, когда люди разойдутся по своим делам. Мережко вынул из сумки бластер, запасную обойму и протянул все Филину.
— Возьми. И держи его как-нибудь так, чтобы можно было быстро пустить в ход.
Филин уложил обойму в нагрудный карман комбинезона, а бластер прицепил к карабину на поясе.
— Пойдет?
— А ты попробуй сейчас резко выхватить его. Представь, что необходимо срочно выстрелить. — вместо ответа предложил Мережко.
Филин попытался быстро отстегнуть карабин, но провозился несколько секунд.
— Да, не очень удачная идея.
В итоге, после некоторых размышлений, инженер сунул оружие в набедренный карман, а чтобы рукоятка не била по бедру при каждом шаге, обмотал вокруг ноги веревку. Теперь выхватить бластер удавалось мгновенно, но зато обратно убрать получалось долго. Впрочем, Мережко одобрительно кивнул.