Страница 33 из 45
Желтый туман… Все получилось? В это трудно было поверить, ведь все догадки чуть не на уровне интуиции.
— Ты вернуться, — констатировал факт бесцветный голос, доносившийся откуда-то из-за клубящейся желтой стены. А может, и ото всюду. — Ты разумный.
— Да, — зачем-то кивнул туману Филин. — Ты тоже.
Наступила тишина, будто невидимый собеседник о чем-то думал.
— Ты — я?
Более дурацкий вопрос и найти-то сложно. Что ни говори, разумная или нет, но машина есть машина. Пусть ее программа размыта и изменчива, как и положено в системе искусственного интеллекта, но это программа. Каждый пробел электронный разум вынужден дополнять. Хотя бы вероятностями, но обязан. Так он работает.
— Нет, мы разное.
Снова молчание. Правда, оно продлилось немного меньше предыдущего, но столь длительные паузы в разговоре раздражали.
— Ты — я.
Вывод оказался еще более дурацким, нежели вопрос. И как этот родственник консервной банки додумался до подобного? К тому же, констатация спорного факта прозвучала столь же обыденно, как, например, предложение пойти перекусить в столовую.
— Я разговариваю с тобой, ты разговариваешь со мной. Ты не можешь быть мной, а я — тобой. Мы двое… две разных личности.
— Я всегда разговариваю с собой, — сообщил голос. — С каждой своей частью. И управляю каждой своей частью. Раз ты здесь, то ты — моя часть.
— Вот еще! — фыркнул Филин. — Может, ты моя часть?
Опять наступила тишина. Похоже, несчастный агрегат проверял каждый свой электронный синапс, чтобы постичь суть происходящего.
— Если ты не часть меня и ты разумен, то должен спать до времени, когда последствия пробуждения перестанут быть фатальными.
Голос замолк на мгновение и отчеканил:
— Директива ноль. Это означает, что ты не можешь быть здесь. Раз ты не спишь, то ты — часть меня. Если разумен, то ты автономная часть меня. Я не могу быть твоей частью.
Филин хмыкнул; судя по ответу, этот искусственный интеллект играл в кубики совсем недавно. Об окружающем мире он ничего не знал толком. Но ему и не нужно. Он выполняет директиву ноль. Почему же…
Инженер хлопнул себя по лбу. Конечно! Вот почему никто не узнал о том, что планетоидом управляет искусственный интеллект. Его никто не конструировал изначально, а когда сигнал достиг Земли, то прекратил свое существование. Эволюция машины! Уникальный, невозможный, но, тем не менее, сформировавшийся разум. Сотни корабельных ЭВМ, как человеческих, так и созданных другими цивилизациями, породили этот туман, способный самостоятельно поддерживать свое существование. Тысячи, миллионы вариаций. Как? Но факт есть факт: туман-мозг. Потому и был сперва «предбанник» — стерилизатор. Каждая пылинка немедленно становилась частью этого мозга, меняла весь мыслительный процесс. Случайностей не должно быть слишком много, иначе это нарушит образовавшиеся связи. Могучий, наивный, заботливый и уязвимый туман…
— Ты уйдешь?
Вопрос заставил Филина вздрогнуть: этот… это существо способно не только быстро думать, но и, похоже, молниеносно принимать решения.
— Мне нужно на поверхность, — уклонился он от прямого ответа.
Послышалась мелодия, инженер вздрогнул. «Танцующая королева» для машины стала навязчивой идеей? Филин нахмурился. А почему, собственно, нет? Любой разум, в том числе искусственный, имеет право на безумие.
Голос сказал:
— Хорошо. Ты скоро вернешься. Вернешься, когда все будет готово.
— Что именно?
— Все. Ты узнаешь.
— Отлично, — деревянным голосом в тон машине ответил Филин, — что и как узнаю?
Но ответа не последовало. Спустя мгновение он уже щурился от света вокруг. Позади был лес, впереди периметр, а за ним Город.
— Сходил, черт-тя…
Положение было не ахти, конечно: без пояса, без бластера и далеко от леса. Ко всему, со стороны поля заходила эскадрилья «ос», а за ними маячили патрульные роботы. Даже если попытаться убежать…
«Осы» приблизились, облетели человека и вернулись к патрульным. Роботы развернулись и двинулись в сторону города.
— Вот так-так! — покачал головой Филин.
Похоже, он теперь свой у машин. Стало неуютно — вдруг, как и Мареку, ему вживили в голову схему, посредством которой можно будет проникнуть в «Галактис»?
— Нет, — помотал головой Филин. — Ему такое не нужно, это уж точно.
Он повернулся и пошел к лесу. Уже под сенью деревьев инженер остановился и оглянулся. Город теперь не казался чужим. Скорее, он теперь воспринимался как дом существа, которое никому не желало зла. Люди живы, остается возможность — Филин почему-то был уверен, что такая возможность есть — вернуться в родной для землян мир. А вот с самими землянами и «Галактисом» могли возникнуть сложности. Начать с того, что неизвестно местное время, в которое вернулся инженер. Прошлое здесь, настоящее или будущее? Безусловно, как и в случае с изъятием массы во время перехода, второго Филина машинный разум не пустит на планетоид. Но оказавшись в корабле хотя бы даже на месяц позже, можно столкнуться со многими неприятностями. Закончившаяся провалом экспедиция позволит Стивенсу встать во главе экипажа. И организовать поход на Город. А между тем, машина просила подождать, причем, явно не потому, что готова нанести решающий удар.
Филин прикинул и решил, что вряд ли искусственный интеллект промазал. Наверняка точка возвращения выбрана очень четко.
Сзади окликнули.
— Илья!
Он вздрогнул и обернулся: его догоняла Майя. Это зрелище показалось настолько невероятным, что он даже закрыл глаза и потряс головой. Но когда открыл — видение не пропало. Мало того, вслед за бежавшей девушкой шли оба кибернетика и оживленно о чем-то говорили. Скорее даже спорили, иначе и не объяснить их абсолютное равнодушие к происходящему вокруг. Не хватало только Ильи.
Майя подбежала, прижалась к Филину и замерла. Он крепко обнял девушку и почувствовал, как вздрагивают ее плечи. Никак не удавалось подобрать какие-нибудь подходящие к случаю слова утешения. Он только повторял.
— Тихо, успокойся, все хорошо!
— Мы… мы… я думала, что ты ушел, — всхлипывала Майя.
Ростовцев и Мережко не стали подходить близко. Кибернетики явно рады были видеть Филина, но деликатно отвернулись и словно бы продолжили спор.
Майя отстранилась, вытерла слезы и улыбнулась.
— Надо идти!
— Да! — он улыбнулся в ответ. — Только позовем кибернетиков.
Михаил и Евгений подошли.
— Рад видеть тебя в полном здравии и целым! — провозгласил Евгений, стискивая ладонь Филина.
— Присоединяюсь! — хлопнул по плечу второй кибернетик. — А теперь идем к лесу. Энергия поясов закончилась, если патрульные очухаются, то…
— А что с Ильей?
Ростовцев помрачнел.
— Он угодил в ловушку одного из существ периметра и бесследно исчез. Разве ты не помнишь?
Филин посмотрел на Мережко. Он прекрасно помнил только то, что в ловушку угодил Евгений, а штурман бросился его спасать, но говорить сейчас об этом не стоило. Реальность немного изменилась. Как? Это явно не возврат во времени. Выходит, так случилось в том мире, где он, Филин, не вышел из тумана к станции и не угодил в будущее. Путешествия сквозь подпространство не прекратились, и Илья вернется на «Галактис».
— Нет, я думал, что может быть он…
— Увы. Тот штурман погиб.
Они быстро дошли до леса; по дороге не было ни одного сюрприза. Филин прекрасно понимал, что никто не станет теперь охотиться на людей, но под деревьями все равно чувствовал себя уверенней, чем в открытом поле.
Люди сбавили шаг. Видимо, облегчение чувствовали все. Майя шла рядом, крепко держа инженера за руку. Она явно была счастлива. Спрашивать ее о том, попала ли она к пленникам Города, похоже, не стоило. События, произошедшие здесь, несколько отличались от пережитых им, следовательно, не стоило углубляться в выяснение подробностей. Всему свое время. Однако некоторые моменты стоило прояснить. Филин обратился к Мережко.
— Евгений, кому-нибудь из вас удалось отправить сообщение?