Страница 24 из 76
— А давай, проверим! Проведем следственный эксперимент. — пришла мне в голову мысль. — Есть кусок мяса?
— Рыба на балконе. Замёрзшая. — буркнула Галия.
— Неси. — скомандовал я.
Галия принесла. Подозвал к себе собаку и кота, дал понюхать. У обоих сразу слюни потекли. Положил в комнате рыбу на пол, выгнал всех и закрыл дверь.
— А теперь давай смотреть. — сказал я жене и увлёк её на кухню. Мы сделали вид, что сели за стол, а сами через полминуты подкрались и стали подглядывать за животными из-за угла.
Мурчик усердно скрёб лапой дверь. Рыба же!!! А Тузик встал на задние лапы, одной передней лапой упёрся в дверной косяк, а другую положил на ручку, которая спокойно опустилась под его весом, открыв замок. В тот же момент Мурчик лапой подтолкнул дверь и открыл её.
— Вот и всё. — произнёс я, подходя и вытаскивая рыбу из пасти и лап кота, вцепившегося в неё мёртвой хваткой. — Что и требовалось доказать.
Галия сразу смутилась.
— Даже мысли не было… — оправдываясь, проговорила она.
— И твои туфли, и ёлка пали жертвой кооперации этих двоих чрезмерно умных мохнатых тварей. Спокойней было, когда они между собой враждовали. — подвёл итог я, не став злорадствовать. — Теперь придётся срочно стулья покупать и подставлять под ручки дверей.
— А сейчас что делать? — растерянно спросила жена. — Вещи ещё можно в шкаф попрятать. Но ёлку?
— Не знаю… Можно к потолку привязать, но тогда его портить придется. Крюк ввинчивать. Гости, когда елки не будет, будут спрашивать, зачем крюк в потолке, кто вешаться собрался?
— Не шути так! – охнула Галия.
— Прости, что-то я в черный юмор ушел. А вообще, ручки надо другие. — задумчиво ответил я. — Знаешь, такие, круглые? Их вращать надо, чтобы замок открылся. С такими наши доморощенные хвостатые таланты не справятся. А если справятся, то мы их в цирк отнесем и дорого продадим.
Мы подняли ёлку, подмели осколки. Галия разложила по ветвям слетевшую вату. Она была в иголках и каких-то песчинках. Не хватало блеска стеклянных игрушек. Второй раз получилось уже не так празднично.
Выгнали пса с котом из комнаты и подпёрли дверь шваброй, чтобы эти бестии дверь открыть не смогли.
А вот, если бы двери, как и положено, открывались из комнаты в коридор, а не наоборот, то ничего подобного не случилось бы.
Пока гулял с псом, звонил Сатчан, поболтал с Галиёй и просил передать мне, что ждёт звонка. Сразу набрал ему, как вернулся. Он сообщил радостную весть, что в типографии навели шороху, проследили и повязали всю цепочку от производства до сбыта. И Борщевскому можно возвращаться домой. Ещё, он конкретно намекнул, что про его, Сатчана, участие в этом деле не стоит никому знать.
— Сам понимаешь, если свести воедино эту историю и мой будущий интерес к типографии, то не очень благовидная картина получается. — пояснил он.
— Я всё понимаю. — успокоил я его. — А как там у молодожёнов дела?
— Всё прекрасно. Заявление подано. Правда, со второго раза. — усмехнулся Сатчан. — Государство даёт, в таких случаях, шанс одуматься, придираясь к документам по поводу и без. Но твои упёртые! Мне обещали, что зарегистрируют их в ближайший возможный день в январе. Уже можно, кстати, звонить им, узнавать, на какой день назначена свадьба.
— О, вот это новость! — обрадовался я. — Спасибо большое!
— Обращайтесь ещё! — ответил довольным голосом Сатчан.
Не иначе, Фирдаус уже щедро отблагодарил этого пройдоху за помощь. Ну, или что пообещал стоящее.
Зато, есть повод позвонить будущему зятю. Только положил трубку, попрощавшись с Сатчаном, сразу же пошёл за своей записной книжкой.
Фирдаус взял трубку довольно быстро.
— Привет! Это Павел, брат Дианы. — сразу представился я. — Как дела?
— О, брат! Приветствую тебя. — искренне, как мне показалось, обрадовался он. — Мы с Дианой сейчас как раз подписываем приглашения на свадьбу. Она передаст твоей жене в институте. Ждём вас обязательно! Ты будешь мой самый дорогой гость на этой свадьбе! Спасибо тебе огромное! Я никак не ожидал, что у вас так трудно жениться. Если бы не твой друг… Если бы не твоя помощь…
— Ну а как же не помочь, дело-то такое важное.
— Если у вас будет свободный вечер, не могли бы вы к нам подъехать? — вдруг спросил Фирдаус. — И Диане твоя жена компанию составит, может, посоветует что насчёт свадебного наряда. И мне с тобой хотелось бы парой слов перекинуться.
— Ну, конечно! — с готовностью согласился я. — Хоть завтра.
На ловца и зверь бежит. — думал я, записывая адрес, куда нас пригласил Фирдаус.
— До завтра. — попрощались мы с ним.
— Как удачно всё получилось. — сказал я жене. — Даже напрашиваться в гости не пришлось, они нас сами завтра вечером пригласили. Ты же хотела расставить все точки над «и»? Но учти, у них уже день свадьбы назначен. О, чёрт! — хлопнул я себя по лбу. — Забыл дату уточнить. Ладно, завтра узнаем.
Выходные стремительно приближались к концу, но Рашид Фархатович об этом не жалел, смотрел интересный хоккейный матч. Завтра на работу? Ну и что, работа у него интересная, и иногда очень даже прибыльная. Нет, все же он молодец, что уехал из Ташкента — то, чего он мог там достичь, и рядом не стояло. Да, там были родственники, что неплохо устроились, и они бы помогли ему тоже найти неплохое место, но тех возможностей, что у него в столице СССР и близко бы не было. Слишком много было людей в Ташкенте с родственниками, что занимали более влиятельные должности, чем его родственники. Они бы никогда не пустили чужака слишком высоко.
А тут… по комсомольской линии нет преград. Правильно себя поведет, может лет через десять-пятнадцать поехать из Москвы в Ташкент на родину с назначением на очень высокую должность. И уже он будет подтягивать свою родню на более высокие позиции.
Жена рядом усердно наглаживала ему брюки на завтра. Марля сохла под утюгом слишком быстро, её приходилось то и дело мочить в раковине на кухне.
Рядом зазвонил телефон.
— Алё. — недовольно буркнул он в трубку. Вот точно, пока говорит, отвлечется, шайбу забьют, а он пропустит этот момент. По закону подлости всегда так. А тут все же шестнадцатый кубок СССР, московский Локомотив, за который он болеет, забил уже пять шайб пензенскому Дизелисту и явно не собирается на этом останавливаться. Мощно идут ребята!!!
— Здорово, Фархатыч. — услышал он в трубке голос Ивана Николаевича из райкома, краем глаза косясь на экран. — Новости есть!