Страница 89 из 139
Сказав это, преподобный отворотился от Климатия и пошел в свою внутреннюю келию. Климатий же тотчас пал ниц, объятый трепетом, ибо на него напал какой-то страх и ужас. В то время находился там Дометиан; он собрал некоторых отцов и, войдя к преподобному, просил простить Климатия.
Вняв им, святой вышел и поднял лежащего и знамением креста уврачевал его, причем сказал;
— Впредь внимай себе и не пренебрегай наставлениями отцов, принимая их как бы Божии слова, и сделайся весь оком, как мы слышали о херувимах. Тщательно соблюдай себя повсюду, ибо ты ходишь посреди сетей.
Так наказав брата и наставив обоих, сговорившихся бежать, преподобный отпустил их в свои келии утвержденными.
В те времена был собран в Ефесе на нечестивого Нестория Третий Вселенский Собор42. Тогда пришел из Мелитины в Палестину для поклонения вышеупомянутый Синодий, который вместе с Акакием во время юности преподобного был его учителем. Имея в лавре Евфимия трех вышеназванных племянников: Стефана, Андрея и Гаиана, Синодий пришел туда и, облобызав преподобного Евфимия, рассказал ему о нечестивой ереси Нестория43, который по попущению Божию был некоторое время патриархом Константинопольским и возмутил своими лжеучениями всю вселенную; рассказал ему о ревности в Православии блаженного Кирилла, архиепископа Александрийского44, и Акакия, епископа Мелитинского, бывшего некогда учителем его. И радовался за них преподобный. Петру, некогда именовавшемуся Аспеветом, а в то время бывшему уже епископом Сарацинским, который вместе с другими палестинскими епископами отправился на Собор Ефесский, преподобный повелел держаться учения Кирилла и Акакия и всячески их защищать. По окончании Собора и низложения Нестория Петр, возвратившись, подробно рассказал старцу обо всем, происходившем на Соборе; старец радовался об утверждении Православия, но скорбел о Иоанне, архиепископе Антиохийском, который, будучи православным, защищал Нестория.
Диакон Домнин, скорбя о дяде своем, просил великого отца отпустить его в Антиохию для исправления своего дяди. Но святой сказал ему:
— Не ходи, чадо: если останешься на том месте, на которое призван, и не послушаешь помысла, хотящего отторгнуть тебя от пустыни, то преуспеешь в добродетели и прославишься о Боге; если же преслушаешь меня и пойдешь, то примешь престол дяди твоего, но не на пользу и недолго будешь почитаться на нем, ибо он вскоре будет отнят у тебя злыми людьми.
Но Домнин, не послушав заповеди отца своего, пошел без его благословения в Антиохию, и сбылось на нем все, предсказанное святым45; впоследствии он возвратился к старцу, плача и каясь, и удивляясь прозорливости святого.
О сем преподобном отце нашем Евфимии преподобный Кириак отшельник46, ученик его, свидетельствует следующее: «Никогда мы не видали его вкушающим, кроме субботы и воскресенья, ни беседующим с кем-либо, за исключением великой необходимости, ни спящим на боку, но иногда лишь дремлющим сидя; иногда же он брался обеими руками за веревку, протянутую в углу его келии, и так, по телесной необходимости, немного спал, следуя изречению великого Арсения47 о сне: «Гряди, злой раб!» Ибо он подражал в житии своем тому преподобному Арсению и с услаждением слушал о нем от приходивших из Египта братий.
Некий Анастасий, сосудохранитель церкви Святого Воскресения48, желал видеть великого Евфимия и вместе с друзьями своими, клириками иерусалимскими, пошел в его лавру. Преподобный Евфимий, провидя духом их пришествие, призвал лаврского эконома Хрисиппа и сказал ему:
— Приготовься к принятию гостей, ибо вот идет патриарх Иерусалимский.
Когда гости пришли, преподобный принял Анастасия, как патриарха, и беседовал с ним, как с патриархом. Все присутствовавшие удивились; эконом же Хрисипп, подойдя, сказал на ухо старцу:
— Честный отче, здесь нет патриарха: это — Анастасий сосудохранитель.
Святой, удивившись, сказал:
— Верь мне, чадо, что доселе я видел его облеченным в патриаршие одежды. И воистину я не обманулся: ибо что Бог предопределил, то так и сотворит.
Сие слово преподобного было сказано во всеуслышание и сбылось в свое время, когда Анастасий был поставлен патриархом49.
Вышеупомянутый Теревон, сын епископа Петра, называемого Аспеветом, взяв жену из своего рода и, долгое время прожив с ней, не имел детей, так как она была бесплодна. Приведя ее к чудотворцу Евфимию, он молил его, говоря:
— Знаю, отче, что Бог послушает молитвы твоей, ибо Он творит волю боящихся Его. Итак, умоляю твою святыню: помолись за нас Человеколюбцу Богу, да дарует нам чадо.
Святой знаменовал его и жену трижды знамением святого креста и сказал им:
— Се Бог дарует вам чадородие, и вы будете иметь трех сыновей.
Был некий брат в лавре по имени Емилиан, который однажды ночью, на рассвете воскресенья, от бесовского наваждения возгорелся плотской страстию и смущался нечистыми помыслами, чувствуя в сердце вожделение греха. Случайно преподобный Евфимий, идя к утрене в церковь, проходил мимо того места, где стоял брат, смущенный похотением; обоняя смрад блудного беса и уразумев происходящее, святой сказал:
— Да запретит тебе Бог, проклятый нечистый дух!
И тотчас брат упал на землю, изрыгая пену и беснуясь. Собрались братия, принесена была свеча, и сказал преподобный братиям:
— Видите ли брата сего? От юности своей доселе он жил добродетельно, в чистоте телесной; ныне же, когда он ненадолго увлекся плотской похотью и помышлял с вожделением и услаждался нечистыми теми помыслами, им овладел бес. Получим же и мы наставление из таковой его скорби, и пусть каждый знает, что если кто, хотя и не прикасается к чужому телу и не творит нечистого греха, но умом любодействует, увлекаясь нечистыми помыслами, удерживая их, соизволяя на них и услаждаясь ими, тот — блудник, и бес им обладает.
К этому старец присоединил еще следующее повествование.
— Послушайте, братия, — сказал он, — повествование, которое рассказали мне некоторые египетские отцы об одном брате, которого все считали святым, но сердцем он прогневлял Бога, увлекаясь нечестивыми помыслами и любодействуя умом. Когда он приблизился к кончине, пришел туда некий прозорливый старец и услышал о нем, что он болен, при смерти, и нашел всех жителей плакавшими и говорившими: «Если скончается сей святой, то нам нет надежды на спасение, потому что все мы спасаемся его молитвами». Услышав это, прозорливый старец с поспешностью пошел к больному, желая получить благословение от того мнимого святого, и, приблизившись к жилищу его, увидел множество народа со свечами, иереев и диаконов, ожидавших епископа к торжественному погребению того святого. Войдя в горницу, старец застал его еще дышащим и, воззрев душевными очами, увидел беса, держащего трезубец; пронзив им сердце умирающего, бес со многими муками извлекал душу его. При этом святой услышал голос с неба, глаголющий: «Как не успокоила меня душа его ни один день, так и ты непрестанно мучь его и исторгай из него его душу». Итак, тот брат скончался в муках, ибо совне он казался святым, внутри же сердца прогневлял Бога. Внимая сему, братия, — продолжал преподобный Евфимий, — тщательно оберегайтесь от помыслов, осквернивших душу, ибо во время разлучения души с телом воспримут одинаковое мучение мечтающий о блуде, как и творящий грех тот. Но помолимся о брате сем Емилиане Богу, наказующему его, но не предающему смерти, да освободит его от беса и плотских страстей.
Когда святой помолился, вышел бес, вопия: «Я — дух любодеяния», и наполнил все место смрадом, как бы от сожигаемой серы. С тех пор Емилиан освободился от нечистых похотений и сделался избранным сосудом Божиим.
В то время наступило бездождие, и была великая засуха, и исполнилось слово Писания: «И небеса твои, которые над головою твоею, сделаются медью, и земля под тобою железом»50. И были все по причине засухи в великой скорби. Братия с преподобным Феоктистом просили преподобного Евфимия помолиться Богу и испросить дождя, ибо они знали, сколь действенна его молитва пред Богом, но он не соглашался. Наступил праздник Богоявления Господня, и приблизился день, в который святой обычно до самой Цветной недели уходил в пустыню. В обитель собралось множество народа из Святого града и окрестных селений, нося крест и взывая: «Господи, помилуй!» И пришли к великому Евфимию, не давая ему уйти в пустыню, пока не умолит Бога, да ниспошлет дождь. Услышав вопли, преподобный вышел к ним и сказал: