Страница 25 из 34
Чарли пытался привлечь на свою сторону и Джека.
— На кой тебе сдался этот кооператив? Вкалываешь для них задарма, — говорил он, прикидываясь его другом. — Взял бы меня в компаньоны, мы бы с тобой ого какими делами ворочали!
Но, убедившись, что ничего из этого не выйдет, отстал от Джека.
И они с Адамсом стали собирать разный хлам: перегоревшие электрические лампочки, ракушки, обрывки киноленты. Из исписанных тетрадей делали стрелы и хлопушки. Имелся у них фарфоровый слоник, статуэтка Наполеона, треснувшее зеркальце, щипчики для конфет, тупой напильник, один конек, кукольная шляпка, алмаз для резки стекла, молоток, какие-то ремешки, замусоленные игральные карты. Затесалась каким-то чудом и одна старинная монета. Старые почтовые открытки тоже сгодились: сделают подобие рамки — чем не картина!
И вот устроили они выставку-продажу. Чарли и раньше украдкой кое-чем приторговывал. А теперь решил действовать открыто: чем он хуже Джека!
Разложил свой товар на скамейке, написал цены и объявил:
— Внимание! Зачем платить Джеку за пользование коньками да еще за свои же деньги просить как о великом одолжении, когда у меня можно купить один конек, зато в полную собственность.
Эго было форменное жульничество. Чарли продавал в кредит, обменивал с приплатой, если вещь того стоила. Бетти занималась тем же среди девочек, а Адамс помогал обоим.
Чарли торговал и у себя во дворе. И продолжалось это целых три недели.
Вот для примера одна из его торговых сделок. У кого есть алмаз, говорил он, тот может стать стекольщиком. И вообще алмаз и бриллиант — одно и то же, а продается всего за пять центов. На удочку клюнул Смит. Исцарапал стекла в школе и, надо думать, дома и за шесть центов отдал Питту, тот поменялся с Хэнсоном на самописку. От Хэнсона алмаз перекочевал снова к Чарли, в обмен на две ракушки и ремешок. И Чарли продал его во дворе одному мальчишке за два цента. У того был только один, второй он обещал отдать через неделю. Но через неделю не отдал. Тогда Чарли алмаз отнял и перепродал Пеннеллу за три цента и петушка с настоящими перышками. Когда разразился скандал, алмаз снова оказался у Чарли.
Джек, ничего не подозревая, в продолжение этих трех недель занимался кооперативом и библиотекой. Купил сказки Андерсена, «Путешествие Гулливера» и ботанический атлас, чтобы знать, как по всем правилам собирать и засушивать растения для гербария.
Больше половины учеников все или почти все покупали в кооперативе. Приходили за покупками даже из других классов. Не покупали только те, кто сам любил походить по магазинам, поглазеть на витрины, поторговаться. Ну, может, еще несколько недовольных и двое, которым не позволяли дома. Некоторые родители все покупают сами и детям совсем не дают денег.
Начерно расходы записывал Джек, а набело переписывала Нелли.
Случалось, в класс заглядывали сторож или его жена и справлялись, как идут дела. Джек и Нелли ненадолго задерживались после уроков и вместе шли домой. По дороге они болтали о школе, иногда Джек рассказывал про Мери, а Нелли — о своей маме и братишке.
У Нелли очень добрая и приветливая мама, и Джек часто заходил к ним, но никогда долго не засиживался. Иногда бывал и в воскресенье, один раз Нелли была у него в гостях: ей хотелось увидеть Мери.
Неллина мама подарила Джеку портфель с замочком — с такими взрослые ходят на службу. Собственно, не Джеку, а кооперативу. Сначала он отказывался, но она сказала:
— Он вам пригодится. В нем можно держать счета, расписки, а то потеряешь что-нибудь — и будут неприятности. Мой муж, когда работал в профсоюзе, тоже хранил в портфеле разные бумаги. Бери, Джек, а если не понадобится, вернешь.
— Спасибо, но я боюсь испортить, — отказывался Джек.
— Не беда, он уже не новый, а в шкафу его мыши попортят.
Портфель был из настоящей кожи, и замочек такой славный!
Из-за этого портфеля и подрались Лим с Адамсом.
А дело было так. Адамс сказал: Джек на деньги кооператива купил себе портфель и корчит из себя взрослого. Когда же выяснилось, что это неправда, Адамс стал дразнить Нелли невестой Джека.
Дальше — больше: Джек, дескать, самовольно распоряжается чужими деньгами. Дураки дают, а он покупает, что ему вздумается. То никуда не годные чернильницы купил, то тупые точилки для карандашей, то самописки, которые не пишут. А вот почтовые марки не покупает, потому что ничего в них не смыслит. И подарки раздает. Ишь какой щедрый за чужой счет! Моррису подарил дорогие краски, Бэр-нему — губную гармошку и Нелли небось покупает подарки на кооперативные деньги.
Джек сначала побледнел как полотно, но потом взял себя в руки и ответил совершенно спокойно.
— Да чего с этим мошенником разговаривать, — воскликнул Лим.
— Тоже мне защитник нашелся! Небось одна шайка-лейка!
— Эго вы с Сандерсом из одной воровской банды.
— А что он у тебя украл?
— Не у меня, а у матери Пеннелла — кольцо.
— А твой Джек портфель украл!
Кажется, Джек первый ударил Чарли, но туг подскочил Лим и трахнул Адамса. Адамс тоже в долгу не остался. Началась потасовка. Адамс и Лим почем зря мутузили друг друга. Потом сцепились — кто кого на лопатки положит. Высвободив руку, каждый норовил ударить противника кулаком. Разнять их не пытались: силы были равные, к тому же злость удваивала их.
Вдруг у Адамса лопнули подтяжки, и драку волей-неволей пришлось прекратить. Лим больно ударился головой об угол парты — одно хорошо: под волосами ссадины не видно. И никаких улик, только оба потные и красные, как вареные раки.
Драка разрядила обстановку. И класс разделился на две партии: на противников и сторонников Джека. Хорошие ребята были за Джека.
Джек созвал в субботу общее собрание и предложил всем желающим выступить. «За самописки, — сказал он, — я готов вернуть деньги и чернильницы-непроливашки приму обратно».
И он предложил собрать деньги на футбольный мяч.
Когда потеплело и каток растаял, раздались голоса, что надо, мол, коньки продать. Но Джек рассудил иначе: в этом году не пригодятся, зато к следующей зиме у них будет три пары коньков, а если прикупить еще одну, пожалуй, на всех желающих хватит. И тщательно смазал коньки жиром, чтобы не заржавели. А футбольный мяч можно купить и так, даже два.
Крика на собрании было много, но кончилось все благополучно.
— Ты одержал крупную победу, — сказал Фил.
И это была правда. Победу ведь одерживают не только на поле брани. Можно сражаться против завистников, клеветников, за свои убеждения, за торжество справедливости.
Но такая победа лишний раз убеждает: не все честные и порядочные. И как ни старайся, на всех не угодишь и всегда будут недовольные.
Но главное — не унывать, не опускать рук, а работать еще больше. Так и поступал Джек.
Ему уже давно хотелось сделать классу новый сюрприз, и теперь это желание окрепло. А задумал он организовать для всего класса посещение цирка.
Как с помощью Фила ему это удалось, речь впереди, а пока надо рассказать о том, как он выдержал бой с самим директором школы.
Свалилось это на Джека совсем неожиданно, через десять дней после той драки. К директору пришла жаловаться мама Гамильтона. Из ее сбивчивых объяснений выходило, что виноват не Чарли, а Джек.
На уроке арифметики Джека вызвали в канцелярию, и он догадался: стряслось что-то из ряда вон выходящее.
Директор говорил спокойно, но было заметно, что он с трудом сдерживает гнев.
Взрослые часто, не выяснив толком, в чем дело, начинают сердиться. Тогда в голове все путается, и ребенок вместо того, чтобы объяснить, что и как, молчит или, что еще хуже, пытается выкрутиться. Но Джек был уже опытным учеником и потому решил молчать.
— Послушай, Фултон, что у вас происходит? Мало вам библиотеки, так еще кооператив понадобился? В седьмом классе тоже есть кооператив, но у них дело поставлено честно, без жульничества. Скажи, пожалуйста, что за история у вас с коньками? И вообще что все это значит?