Страница 40 из 110
Феликс улыбнулся, протянул руку и как бы невзначай опустил ее на черную деревянную статуэтку жабы с монеткой во рту, стоящую на столе. Старик отшатнулся, склонился, едва не стукнувшись лбом о прилавок. И с удивительной прытью для его возраста метнулся в подсобку.
— Почему он так испугался? — спросил я тихо учителя.
— Понял, что я могу использовать против него эту вещь. — Феликс взвесил на ладони статуэтку.
— Он догадался, что ты сновидящий⁈ Но как?
— Вряд ли обычный человек будет покупать мощное снотворное, способное продержать человека во сне месяц.
— Месяц?!! Мы что, собираемся проспать так долго?
Феликс рассмеялся над моим изумлением.
— Если придется.
— Но зачем снотворное? Мы же сами можем управлять процессом сновидения и пребывать в нем сколько нужно.
— Да, если только ты сумеешь удержаться в нем. И тебя никто не выкинет оттуда. Или организм не начнет отключаться.
Феликс замолчал, потому что продавец вернулся и с поклоном подал ему довольно объемный сверток из грубой серой бумаги, перетянутый бечевкой. Судя по величине покупки, снотворного в нем было столько, что можно усыпить половину Баннгока.
Дэймос не взял пакет, кивком велев положить на прилавок, и отдал короткий приказ. Старик бережно опустил его на стол и принялся послушно распаковывать. Хотя мне показалось, он предпочел бы, чтобы мы ушли сразу, не рассматривая содержимое.
Я увидел плоскую коробку. Под прозрачной крышкой лежали шесть миниатюрных шприцев и столько же ампул с мутно-желтым содержимым.
Феликс взял контейнер и убрал во внутренний карман своего светлого пиджака. Продавец разорвал бумагу, демонстрируя еще один футляр, побольше. Открыл его. В аккуратных углублениях обнаружились два разобранных пистолета. Немного странной формы, но вполне узнаваемые. Вместо обойм к ним прилагалась батарея и крепление на предплечье. А у меня создалось впечатление, что, если пользоваться ими, надо предварительно ампутировать себе пару пальцев и вставить гибкие металлические щупы.
Учитель взял один, собрал несколькими скупыми движениями, оставив без внимания модификаторы, вставил батарею. Старик что-то умильно проблеял. Феликс усмехнулся, вскинул руку и направил дуло на парня, все так же притоптывающего ногой в такт неслышимой музыки. Продавец ухмыльнулся, демонстрируя две пластины металлических зубов. Его глаза утонули в веках, превращаясь в две щелки.
— Феликс! — воскликнул я, окончательно поверив, что он действительно собирается застрелить человека.
Дэймос, не обращая на меня внимания, нажал на спусковой крючок. Выстрела не было, но парень упал на пол, забился в конвульсиях и замер. Его глаза-линзы вытаращились, с отвисшей губы свесилась нитка слюны, брюки в паху потемнели, а на полу начала натекать лужа.
— Зачем? — спросил я с горечью.
— Должен же я проверить, как работает оружие, — невозмутимо отозвался он, поставил электрический пистолет на предохранитель и сунул ствол за ремень брюк, затем увидел выражение моего лица. — Успокойся, я его не убил. Всего лишь небольшой разряд.
— Угу, небольшой.
— Через пару часов очнется. — Учитель собрал второй пистолет и подал мне рукоятью вперед. — Можешь проверить свой на этом, — он кивнул на продавца, и улыбка тут же исчезла с лица старика.
— Нет, спасибо, — буркнул я, убирая свое оружие, оказавшееся неожиданно легким.
— Тогда пошли. — Феликс захлопнул крышку контейнера, снял его с прилавка и направился к выходу.
— Ты не заплатил, — напомнил я.
— И не собирался. — Он открыл дверь и вышел на улицу.
Улицы погрузились в темноту, подсвеченную желтыми и красными огнями.
По проезжей части проносились машины, облитые ночным светом. Громоздкие, громыхающие конструкции, длинные, стремительные, похожие на хищных рыб, маленькие полупрозрачные купола на колесах и сотни мотоциклов. Все они ревели, изрыгая клубы едких выхлопных газов.
Казалось, город бьется в горячечных конвульсиях и его дыхание с хрипом вырывается из железных легких.
— Феликс, и все-таки… это не хорошо. — Я все еще вспоминал инцидент в лавке.
— Ты про деньги? Думаю, старик в итоге неплохо заработает, продав на органы того торчка, — сказал учитель. — Так что мы в расчете.
Я замер, потрясенный.
— Ты серьезно?
— Я предложил тебе поджарить продавца. — Феликс тоже остановился. — Ты отказался. А так они оба провалялись бы в отключке час-другой и очнулись одновременно.
— Я не знал…
— Теперь знаешь. Не надо разбрасывать корм перед шакалами, — душевно посоветовал дэймос.
— Если бы ты не выстрелил в него…
— Послушай меня, Аметист. — Феликс приблизился ко мне вплотную, опустил обе руки на плечи, почти пригибая к земле их тяжестью. — Ты хочешь выжить?
— Хочу, — буркнул я.
— Тогда пришло время нарастить шкурку пожестче, — он насмешливо потянул меня за тонкую, летнюю рубашку на плече.
— Я не могу убивать, как ты.
— Как я, ты и не сможешь.
Он оттолкнул меня и пошел дальше. Черная тень на фоне черной улицы, подсвеченная бликами с канала. Я побрел следом, терзаясь сомнениями.
Через полчаса мы были рядом с отелем, где Феликс планировал остановиться.
Широкие ступени вели на широкое крыльцо, но понять, что здесь находится вход в один из самых известных отелей Баннгока, было сложно. Витрины двух магазинов, выпирающие вперед, загораживали высокие стеклянные двери. В них синхронно изгибались две механизированные красотки, демонстрируя то ли свои точеные тела, то ли одежду из металлических, сплетенных друг с другом колечек. Несколько смуглых мужчин в замызганной рабочей одежде, сидящих внизу лестницы, явно не производили впечатления гостей дорогой гостиницы.
В холле было на удивление много людей. Они толпились на первом этаже, возле зеркальных дверей лифтов, опасливо косясь на бронированных охранников с автоматами и шокерами. Я заметил, что над входной дверью укреплена решетка, которую можно опустить, полностью перекрывая проход. При этом ни багаж, ни посетители не проверялись, и мы с Феликсом спокойно пронесли оружие.
Тут на нас тоже смотрели, с недоверием и любопытством.