Страница 57 из 111
* * *
Быть парой, оказывается, это не постоянное напряжение и мысль о том, что ты можешь что-то сделать не так и опозорить своего мужчину.
Без сравнений не обходилось. Ева постоянно проводила аналогию и считывала свое состояние рядом с Русланом, вспоминая себя с Кареном. Она представляла его заносчивых друзей, живущих под лозунгом «Время — деньги», встречи с ними проходили в деловом стиле, и пока мужчины обсуждали свои рабочие темы, женщины между собой переговаривались о том, о чем обычно переговариваются жены богатых людей. К счастью или сожалению, сама девушка не владела должными навыками для светских бесед: не знала локаций лучших детских садов с языковым уклоном, профильных школ со ставкой на перспективное будущее детей, а также не являлась тусовщицей.
Тимур и Денис были на порядок проще, хотя, если судить по одежде и аксессуарам, не отставали от высшей лиги Аракеляна. Парни пару-тройку раз приходили к другу, вели себя вежливо и ни одним словом не пытались задеть или намекнуть на что-то личное. Привыкшая к тому, что девочка должна обхаживать гостей при любых обстоятельствах, Ева обязательно готовила для них что-нибудь на скорую руку, удивляясь тому, что вписалась в роль хозяйки. А как иначе? Не могла же она сидеть рядом с ними и болтать. Её учили другому. Естественно, это было странное ощущение… Передник жег бедра, напоминая, что в конце концов вышло по его, Руслана, желанию. А неуловимый многозначительный взгляд Тимура разом напомнил о значении этого кухонного аксессуара.
Ева подумала-подумала…и плюнула на все предрассудки. Эти вечера в узком кругу проходили весело, а парни открывались с очень интересной и даже милой стороны. Когда те уходили, Руслан обнимал её со спины и зарывался носом куда-то в основание шеи, и в такие моменты что-то внутри девушки бухало вниз к самым пяткам, а освободившееся пространство наполнялось умиротворением и тягучей нежностью. Да, чувствовалось его ликование, радость, благодарность. То, за что в её семье не привыкли благодарить, считая нормой, этот чертенок возводил в какой-то иной более почетный ранг. Не ответная, но всё же своеобразная забота Евы ему доставляла удовольствие. Как ни странно, ей тоже…
Не сказать, что отношения круто изменились. Ева всё так же пребывала в шоке от самой себя, но старалась не грубить и не закрываться от него. Разговоры стали длиннее, улыбки — искреннее, смех — безудержнее. Кто бы знал, что он окажется такой интересной глубокой личностью. Было несколько острых углов, которые негласно обходились: её прошлое, его семья и совместное будущее. Выбрав быть здесь и сейчас и наслаждаться обществом друг друга, они проводили вместе свободные вечера. Чаще у него. «Свою» квартиру девушка не любила. Поэтому, как и прежде, он забирал её после работы, привозил к себе, где Ева готовила что-нибудь поесть. Ужин плавно перетекал в чаепитие, а после…на кровать.
И каждый раз она чувствовала собственное фиаско, потому что в этом вопросе ничего с собой поделать не могла. Да, парень ей нравился. Да, поцелуи кружили голову. Да, прикосновения окутывали нежностью. Но до определенного момента. Ева не…хотела его. Вообще никак. Для неё секс был неотвратимой необходимостью в стремлении забеременеть. Всё. Для него — чем-то большим. Поэтому каждый раз, отправляясь в душ, Руслан выглядел опустошенным и померкшим.
Разочарованным.
Ещё бы…после такого-то богатого опыта быть с девушкой, холодной в постели, как айсберг. Но, наверное, как раз в эти моменты она и чувствовала его любовь сильнее всего. То, как он прикасался губами к её виску, давая понять, что понимает и не торопит…как обнимал, не комментируя безучастность к процессу. Ждал. Терпеливо и молча.
Лето подходило к концу, удивляя своей быстротечностью. Ева сходила с ума от мысли, что с ней явно что-то не так, раз до сих пор не удалось зачать. Ведь прошло полгода с того первого раза, она отслеживала дни овуляции и старалась не пропускать их, горя желанием скорее осуществить желание стать матерью. Бредила этим, постоянно зависая у витрин с детскими вещами и на соответствующих сайтах, если на работе выдавалось свободное окошко…
И всё больше впадала в отчаяние, считая себя бракованной. А как иначе объяснить ситуацию, если анализы у обоих идеальные?.. Половые акты регулярны, а мечта иметь ребенка — всепоглощающа?..
В общем, девушка всё активнее накручивала себя по этому поводу, не делясь ни с кем. Тома витала в облаках, срок её ухода в декрет наступал через две недели, и подруга представляла собой эталон истинной беременяшки — светилась счастьем, выпадала из реальности в разговорах, рефлекторно тянула руку к животу. Ева была рада. Искренне. Но это не мешало чувствовать вкус собственного поражения. Будто проигрывала на каждом поле битвы жизни…
Настроение как-то само собой портилось всё чаще. И никакое солнце, никакой ажиотаж на улице, вообще ничего не влияло на его подъем.
Первое сентября настало внезапно. Никто так и не понял, каким образом осень подкралась так незаметно. Как обычно, в этот день в городе творился сплошной хаос, пробки доходили до небес, а в воздухе так и витал запах миллионных букетов цветов. Руслан опаздывал. Застрял в дороге, прислав сообщение, что задерживается. Ева, давно закончившая прием, сидела во дворе среди декоративных кустарников с пестрыми цветочками и удрученно пожевывала губы. Будто это выше неё, и эти мысли-паразиты, снующие туда-сюда, беснуются и никак не хотят оставить в покое.
Вот так-то, дорогая моль, ты даже для этого оказалась непригодной. И старания твои — пустой звук.
Это злило. Картинки из прошлого с Никой и Кареном в главной роли только подливали масла в огонь. Наверняка в отличие от самой Евы они прекрасно живут и наслаждаются своим существованием, не заморачиваясь и не предаваясь таким идеям-фикс. А сама Ева держится за надежду стать матерью, будто за спасательный жилет, без которого непременно утонет. И её гложет ворох сомнений, недосказанность, боязнь открыться родителям, сестре…
Потому что всё у неё не так. И она тоже не такая! Забитая, увешанная ярлыками, слишком сильно погрязшая в этой рутине самобичевания… Попыталась быть нормальной, два месяца старательно вживалась в амплуа девушки Руслана, но это…не её место. Несмотря ни на что… И пузырь постепенно лопается.
Синий автомобиль плавно подъехал, ослепляя светом фар. Водитель проворно выскочил, открывая ей пассажирскую дверь, не забыв одарить приветственным горячим поцелуем. Он выглядел уставшим, но при ней всегда старался не выплескивать негатив. Хотя заикнулся пару раз, что работа для него — каторга. Вообще, этот факт до сих пор подлежал тщательному перевариванию в голове Евы. Отец Руслана — депутат. Семья — очень известная и довольно родовитая. У них какие-то старинные активы, приносящие стабильные доходы, а каждый выходец — ключевая фигура в той или иной области. Сам парень после получения диплома и прохождения практики остался на службу в городской Думе. Видеть шебутного мальчишку в строгом дресс-коде…необычно. И серьезность, которую он обретает, — тоже.
Для простой девушки из семьи иммигрантов это был параллельный мир, с которым она никак не могла соприкоснуться. Хотя, и с Кареном была та же история, просто тот был хотя бы соотечественником, и с Алисой они учились в одном заведении. А вот с Русланом — фантастика… И всё больше Ева приходила к выводу, что эти игры в пару — провальны.
— Отвези меня домой, пожалуйста, — попросила тихо. — Сил нет.
В салоне играл непритязательный блюз, на улице уже стемнело, а за окном то и дело проезжали машины с веселыми первокурсниками или счастливыми студентами, норовящими выпрыгнуть через открытые люки. Они орали, подпевая различным песням, раскинув руки в стороны, ловя ветер. Совершенно наплевав на окружающий мир. И вот на этом празднике жизни Ева особенно остро ощущала себя инородной.
— Что-то случилось? — парень сплел их пальцы, продолжая следить за дорогой.
Она не смогла бы объяснить, почему, но это прикосновение вдруг обожгло.