Страница 61 из 75
Харл был странным богом. Если Нильф и Фангорос внимательно выбирали на чей зов откликнуться, то Харл с удовольствием помогал даже тем, в ком не было и капли таланта управления магическими потоками. Даже шаманам диких племен пустошей нужно расположение духов, чтобы призвать дождь или ветер, а вот последователям Харла — лишь оружие и кровь. Нужен охранный контур для лагеря? Вбей четыре столба и воткни в них любое оружие со знаком Второго Бога, добавь немного крови, и Харл лично толкнет тебя в плечо, если границу перейдет чужак. Хочешь сделать топор крепче, а меч острее? Нанеси клеймо Харла на металл, да капни своей или чужой крови. Главное — используй это оружие по назначению, то есть сражайся с ним в бою. Это было настолько глупо, настолько для меня противоестественно, что любой последователь Второго Бога виделся мне, как тупая скотина. При этом темные маги и Владыки Харла были весьма умелыми колдунами, способные творить поистине чудовищные заклинания прямо на поле боя. Если мне требовалось влезать в долги перед Нильф, использовать свою кровь и прожигать плоть печатями, то эти колдуны просто впитывали энергию прямо из смертей вокруг себя. И там, где я мог ухватить лишь пару капель, им доставались целые реки силы. И если такой маг оказывался в гуще сражения, я искренне не завидовал бы его врагам…
Вот, наконец-то два дезертира, которые возились на берегу, ушли, предварительно перекатив к лагерю бочонки с водой и перетаскав бурдюки. Я же остался сидеть в зарослях кустарника, терпеливо дожидаясь темноты. Ночь — мой союзник, ночь — время, когда призванные демоны сливаются с окружающей тьмой и спокойно двигаются от цели к цели, без надобности прятаться в тенях от солнечного света. Я уже выбрал, каких тварей призову. Несколько ночных кошмаров — для палаток командиров. Этих я пущу под нож на алтаре в намеченный срок, через две ночи. Остальных — в расход с помощью призрачных гончих. Я не видел смысла в призыве высших демонов, среди бывших солдат Мордока не было магов, чтобы противостоять даже дымным теням, которые накроют костры и лампы, чтобы погрузить лагерь во тьму. Так зачем тратить больше, чем понадобится? Я же, пока мои твари будут резвиться, аккуратно пройду к наспех сколоченным клеткам и выкопанным ямам, и освобожу похищенных из деревень людей.
Сейчас я был у самой границы лагеря, стоял под кривой сосенкой, опершись о ствол плечом и сложив руки на груди. Вроде, и на самом виду, но едва солнце ушло за горизонт, мои противники потеряли возможность видеть меня. Довольно простое, но эффективное заклинание, просто отводило глаза людям, они скользили по месту, где я стоял, рассеянным взглядом, способные уловить лишь очертания мутной тени, которую принимали за что угодно, кроме человеческой фигуры.
Ну что же, время пришло.
Я развел в стороны ладони, взывая сразу к обеим печатям Нильф на моих руках. Сначала — контур из охранных тотемов Харла. Потом — все остальное.
Как там Лиан? Я четко ощущал тонкую нить, которой нас с девочкой связала Нильф. Эта нить позволяла мне ощущать эльфийку без какой-либо магии, чувствовать настроение, понимать, как далеко она от меня находится. Будучи Владыкой, я и так чувствовал все живое в пределах нескольких сотен шагов, но эта связь была особенной, такого не было даже с моими учениками. Наверное, единственная, с кем подобная связь была крепче — сама Третья Богиня. Сейчас же гнев эльфийки отступил, с наступлением ночи ее захлестнула боль и отчаяние. А еще — сожаление. Она искренне раскаивалась за то, что ослушалась меня, и попала в этот переплет.
Я уже почти закончил творить заклинание, которое должно было уничтожить воткнутые в тотемы топоры, а сами деревяшки — расколоть на несколько частей, как в лагере поднялся шум.
Что⁈ Неужели я проглядел какого-то колдуна⁈
Моя сосредоточенность на связи с Лиан сыграла со мной злую шутку. С другого конца лагеря, со стороны гор, на дезертиров напала группа охотников. Два десятка человек, не больше, и почти все — из поселения Орина, которое налеты пока обходили стороной.
Проклятье! И что они тут забыли⁈ Я чувствовал, как Орин приходил сегодня к моим контурам, но в это время я уже был тут, сидел в засаде и собирал информацию о дезертирах. Да, я понимал, что если попалась Лиан, то в плен угодили и ее друзья, но неужели охотники оказались настолько отчаянными, чтобы просто броситься на вооруженных солдат посреди ночи⁈
Пока я размышлял о том, что теперь делать, в лагере пролилась первая кровь, послышались крики, лязг железа, ржание лошадей. Вся стоянка дезертиров встала на уши, а до меня стали долетать обрывки фраз и приказов:
— К клетям!..
— Не дайте прорваться!..
— Они всего лишь оборванцы!..
— Стройсь!..
— Больше света!..
— Этот ублюдок, Грокк! Остановите его!..
Помогать охотникам я не планировал. Они сорвали мой идеальный план. Как же неудачно они решили зайти с другой стороны лагеря! За эманациями жизни дезертиров и пленников я просто не смог распознать, что впереди есть еще одна группа, а посылать демонов тени так глубоко не имело смысла… Теперь же мне ничего не оставалось, как прорубиться к Лиан и забрать из плена девочку.
Боевой топор — хорошее оружие в пешей рубке в составе разряженного строя, но в бою один на один с опытным мечником он почти бесполезен. Даже круглый щит не слишком помогает в подобных случаях — я просто валил выбегающих на меня бандитов, нанося удары по незащищенным ногам. Если же какой-то из смельчаков пытался парировать мои атаки, в ход шла магия — чистая тьма срывалась с моих пальцев, вгрызаясь в лица и шеи, убивая бывших бойцов Мордока быстро, но крайне мучительно.
Путь мне попытались преградить в общей сложности пятеро, и все они поплатились за это своими жизнями. Я подошел к северной оконечности лагеря, туда, где стояли перевязи с лошадьми и телеги, и стал искать Лиан.
—
—